«Денег на ДДТ и Ёлку у меня нет». [Выбираем хедлайнера нового фестиваля Евгения Горенбурга]
Летнего «Старого нового рока», который с 2005 года традиционно проводится на базе отдыха «Волна», в этом году не будет. Директор фестиваля Евгений Горенбург объясняет, что решил взять паузу, пока сразу несколько креативных рекламных агентств ломают голову над тем, как переформатировать фестиваль, чтобы привлечь новых зрителей и не потерять старых. Да и денег на рок-звезд, вроде ДДТ, с легкостью собравших тысячи зрителей на берегу Белоярского водохранилища в июне прошлого года, у организаторов сейчас нет. Но фестиваль, говорит Горенбург, все равно будет. Только другой. Называется Ural Music Night.
«Уральская музыкальная ночь» Евгения Горенбурга пройдет в ночь с 26 на 27 июня, поэтому ее можно смело назвать фестивалем выпускников. Планируется, что Ural Music Night станет неким аналогом санкт-петербургских «Алых парусов». Причем звучать на ней будет не только рок, но и джаз, и классическая музыка, и даже казачьи песни. Мы спросили Евгения Горенбурга, чем «Уральская ночь» будет отличаться от СНР и кто станет хедлайнерами нового фестиваля.
— Почему в этом году решили не проводить летний «Старый новый рок»?
— Сейчас мы думаем, что делать со «Старым новым роком». Очевидно, что зимой он состоится. И — да, мы очень надеемся, что он будет в другом формате. Над тем, в каком именно, сейчас думают многие люди. Агентство «Восход», например. Пока этого не произошло, мы решили взять паузу на лето и сделать новый фестиваль, который называется Ural Music Night. Я абсолютно согласен с нашими друзьями-критиками в том, что из «Старого нового рока» ушел праздник. Технология фестиваля понятна: по всей стране проводится широчайший отбор, людям дарится надежда, что их хоть кто-то услышит, что они не просто пишут в стол. Но за всем этим ушла радость встречи.
О том, в каком именно формате проводить фестиваль в дальнейшем, мы пока серьезно не думали. Но это все время где-то крутится, это все время где-то есть, но пока… Никакие креативные агентства с нами по этому поводу не связывались. Поэтому мы решили взять паузу и попробовать новый, пионерский формат. Нам захотелось сделать что-то вроде питерских «Алых парусов». Пока на Урале аналога этому нет. Этим фестивалем мы хотим сказать, что нужно заниматься музыкой. Любой. Не только рок-н-роллом.
— То есть на фестивале будет звучать не только рок?
— Сейчас мы встречаемся с организаторами разных фестивалей. У нас есть джазовый фестиваль, есть Фестиваль духовых оркестров. Наша «Музыкальная ночь» вберет их все. Музыкальных жанров там будет представлено безумное количество. Будет там и классическая, и народная, и плясовая музыка. Много всего. Будет работать 30–40 площадок в течение всей ночи. Это где-то 150 часов времени. На них выступят порядка 300 коллективов. Возможно, что некоторые из них будут перемещаться по разным площадкам. Тогда, наверно, можно будет занять меньше музыкантов.
— Есть вероятность, что в будущем новый фестиваль поглотит летний «Старый новый рок»?
— Я не исключаю, что, может быть, «Старый новый рок» в дальнейшем станет частью Ural Music Night. А может быть, они останутся как два параллельных фестиваля. Не готов пока рассуждать на эту тему.
— Уже известно, кто из известных музыкантов примет участие в Ural Music Night?
— Времена сейчас не лучшие. Нас поддерживают власти, администрация города и область, но вся поддержка сводится к административному ресурсу. У нас есть наши верные спонсоры — «Ельцин-центр», «Лукойл», «Галамарт» и «Мотив». Конечно, есть некие финансы, которые пойдут на организацию и рекламу. Но возможности пригласить звезд, которые стоят дорого, у нас сейчас нет.
С другой стороны, деньги — это далеко не все. Особенно когда речь идет об искусстве. Мы понимаем, что раз фестиваль будет идти всю ночь, с 23 часов и до 5 утра (то есть это шесть часов музыки постоянной), где-то должны возникать пики зрительского интереса. Человек так устроен, что ему нужна звезда. И, конечно, мы мечтаем о том, чтобы у нас были звезды. Нам нужно понять бюджет, понять алчность звезд, разделить бюджет на всё остальное... Тогда мы поймем, какие звезды у нас будут.
Одну из площадок мы хотим отдать бардам, клубу самодеятельной песни. Несколько дней назад в Екатеринбурге был концерт Тимура Шаова — лучшего барда, одного из лучших поэтов современности, который читает лекции о русской словесности в Штатах. Но на его концертах почему-то собирается до 300–400 человек. Хотя он заслуживает гораздо большего. Если нам удастся с Тимуром договориться, я бы хотел, чтобы за одну ночь он выступил на нескольких площадках, чтобы его услышали как можно больше людей.
Мы мечтаем, чтобы к нам приехали звезды классической музыки. Юрий Башмет, Денис Мацуев. Это музыка, которая вечна, которая должна звучать в раю. Сейчас мы разговариваем со многими великими виолончелистами, альтистами, пианистами. Мы понимаем, что на гала-концерт, который будет венчать фестиваль, мы все равно должны собрать некий звездный состав и спеть последнюю песню: «Ночь пройдет, наступит утро ясное». Главное — это должны быть некие моральные лидеры.
— Наверняка вы уже позвали играть на фестивале «Чайф» и «Смысловые Галлюцинации».
— В обратной последовательности. Мы с Володей (Шахриным, — прим. 66.ru) сейчас делаем кино ко Дню Победы. И как-то вдумчиво про Ural Music Night поговорить пока не удалось. Но я понимаю, что раз сейчас группа «Чайф» находится в туре, а 26 июня — это День молодежи, то ее, скорее всего, не будет. Ровно так же не будет в городе группы «Смысловые Галлюцинации». На самом деле Сергей Бобунец в курсе этой темы. Нам будет помогать медиалаборатория S.G.T.R.K. У них уже есть идеи по участию в «Ночи». Они хотят, чтобы на фестивале выступила группа, которую они курируют. Называется Abc. Более того — они хотят поставить рекорд Гиннесса: группа выступит за одну ночь на максимальном количестве площадок. Такая вот механистическая штука.
— Вы разговаривали с Самойловыми? Они же ваши старые друзья: Глеб дважды выступал на зимнем «Старом новом роке», Вадим приезжал на летний.
— Пока не разговаривал. Я звонил Глебу, просил его рассказать мне, когда он будет поблизости от Екатеринбурга. Сегодня вот позвоню Вадиму. Мне бы хотелось, чтобы они вместе выступили, как в Ленинграде, как в Москве.
— Вы думаете, это возможно?
— Ну они же выступили...
— Я так понимаю, там свою роль сыграли большие деньги.
— А здесь должно сыграть некое большое энергетическое воздействие.
— Соберите деньги на звезду на какой-нибудь краудфандинговой платформе. Пусть люди сами выберут, кого из музыкантов хотят услышать на фестивале. Ну и скинутся на гонорар.
— Я думал об этом. Но мне бы не хотелось, чтобы эта краудфандинговая история была совсем какая-то воздушная: мол, давайте привезем U2, скинемся… Я не знаю, о ком мечтать по большому счету. Екатеринбург — это культурный центр современности. И в общем-то все наши звезды — доступны. Начиная от Лепса, Ваенги и заканчивая Мацуевым, Басковым, Башметом. С ними можно разговаривать. Сейчас главное — понять, чего бы нам хотелось. Чего нашему городу точно не хватает. У нас ведь тоже много своих коллективов. У нас есть джазовые коллективы с мировой известностью, у нас в области есть шесть симфонических оркестров! Кто вот об этом знает? Надо дать выступить и своим. То, что мы столица рок-н-ролла — ну да, это вроде бы понятно…
— Как насчет «Мумий Тролля»?
— Я не знаю, открою ли я тайну, если скажу, что мы спросили у нашего Уральского федерального университета, кого бы из музыкантов хотелось услышать студентам? У них ведь 27-го числа день вручения дипломов. Так вот: они провели исследование, и получилось, что студенты хотят Ёлку… Я сначала не мог взять в толк: что, Новый год у нас какой-то, что ли?
— В прошлом году в «Уральце» прошел семичасовой марафон, на котором вместе с «Мумий Троллем» выступала Ёлка. Илья Лагутенко опоздал часа на два, и она стала главной звездой шоу. Ёлке каким-то образом удалось очаровать фанатов «Мумий Тролля». Может быть, не такая уж и плохая идея.
— Никаких возражений. Я не против. Но тогда нужно понять, является ли Ёлка нашим моральным ориентиром, который должен сказать: «Ночь пройдет, наступит утро ясное». Ведь все это должно как-то завязаться. Если да, то давайте собирать деньги на Ёлку. Она очень дорого стоит, кстати.
— Если вам нужен моральный лидер, везите Юрия Шевчука. Тем более что он уже выступал на «Волне».
— Сейчас у нас нет таких денег точно. И я не думаю, что мы столько соберем. Хотя тогда Юрий пошел, прямо скажем, нам навстречу: гонорары у нас были половинные на «Старом новом роке» (за что ему огромная благодарность). Но у него высочайшие требования к аппаратуре, к сцене, к свету, к экранным установкам. Это очень большие деньги. Кроме того, если говорить о рок-н-ролле — то мы можем думать про Шевчука. Но я не думаю, что в массовом сознании именно он является тем лидером, который скажет: «Ночь пройдет — наступит утро ясное».
— Хорошо. Давайте потом составим список звезд, на которых реально собрать деньги и привезти их в Екатеринбург на «Уральскую музыкальную ночь». И устроим голосование. А пока поговорим о площадках фестиваля. По какому принципу вы их отбирали и со всеми ли удалось договориться?
— Мы на середине дороги. Тот же самый Театр оперы и балета пока даже не знает, что он был выбран нашей площадкой. Но в этом нет ничего страшного. Скоро будут подписаны письма Министерством культуры, и всё будет улажено.
Выбирали мы площадки по месту расположения. Мы хотели сконцентрировать всех на улице Ленина, на главном проспекте нашего города. Первая площадка, с которой мы уже переговорили и получили окончательное добро, — это Дворец молодежи, в самом начале улицы Ленина. Ограничить место проведения фестиваля мы решили улицей Восточной, у Коляды. Это важно, чтобы у зрителей была возможность посетить хотя бы 5–8 площадок за ночь. Мы хотим, чтобы люди при помощи нашего фестиваля могли реализовать свою тягу к социализации. Так сложилось, что у нас нет никаких карнавалов, демонстрации как-то отменили, а людям хочется вместе выйти, пройтись, посмотреть друг на друга. Поэтому я думаю, что в фестивале примет участие много народу. Это ведь большой праздник.
— Любой человек сможет просто зайти в бар или ресторан и послушать какой-то джаз-банд или симфонический оркестр, не платя за это деньги?
— Мы сейчас договариваемся, чтобы все заведения открывали свои двери бесплатно. В этом тоже есть какая-то фишка. Но диктовать, кого пускать, а кого — нет, с кем работать, а с кем не работать, мы не можем. Все площадки — это наши соорганизаторы. На каждой площадке есть свои правила, свои законы, свои руководители, есть своя служба охраны, своя служба развлечений. Я уверен, что каждая площадка захочет себя представить как можно лучше. Поэтому если, предположим, мы решим, что наш моральный ориентир — это Леди Гага, и привезем ее в Екатеринбург на площадку Rosy Jane, понятно, что туда войдут первые 200 человек. После этого там уже станет тесновато. Те, кто опоздал, попасть туда не смогут. Как быть в этой ситуации, должна решать эта площадка.
— Музыкальный фестиваль проходит при поддержке властей. В чем заключается их помощь?
— Есть некий административный орган, который отвечает за порядок в городе, за безопасность, за медицинские службы. Все это на самом деле стоит тех же денег, которые мы и заплатили государству, чтобы всё это происходило. Но в этом есть и помощь. Кроме того, львиная доля учреждений культуры финансируется государством. И рекомендации сотрудничать с нашим фестивалем дорогого стоят.
— Никаких грантов на фестиваль вы не получите?
— Я уже разговаривал о грантах с Павлом Владимировичем Крековым. И у меня точно нет иллюзий о бюджетировании Министерством культуры. Во всяком случае в этом году. Это объективно. Вообще-то заявки на грант нужно за год подавать. Это вне зависимости от того, хороший или плохой Павел Владимирович. Денег нет. И это абсолютно понятно.
Но это опять же некий вызов всему музыкантскому сообществу. Не все готовы играть бесплатно. Это абсолютно точно. Разговаривая с музыкантами, мы постоянно с этим сталкиваемся. Я не буду называть сейчас имен, поскольку каждый имеет возможность передумать. Скажу, как рассуждают музыканты. Они горят: «Мы известный екатеринбургский коллектив (причем известный в России), а 26–27 июня — это День молодежи, на который у нас точно будет 2–3 заявки. Вы предлагаете нам заняться организацией площадки, ну то есть тех ребят, которые не столь популярны в нашем творческом сегменте. А мы можем потом взять и уехать. И площадка останется без нас. А зрители идут туда именно потому, что ждут нас там. Как бы мы потом всем в глаза смотрели? Поэтому заплатите нам деньги, тогда мы с легким сердцем останемся, организуем площадку, и всё будет».
Это все логично, но я думаю, что нужно искать компромиссы. Наша жизнь — путь компромиссов. Мы можем обратиться к другим представителям этого течения, которые не так известны, но, может быть, не хуже. Полно всяческих сложностей и трудностей.
— Как будете зарабатывать на фестивале?
— Нам бы, конечно, очень хотелось заработать, но для начала нужно сделать продукт. Чтобы потом не ходить и не рассказывать всем, что это за фестиваль. Чтобы каждый имел возможность увидеть все своими собственными глазами.
— То есть продавать билеты не будете?
— Во всяком случае мы продавать билеты точно не будем. При этом постараемся не уйти в минус. Я уже говорил, что у нас есть четыре спонсора. Это позволит остаться на плаву.
— Если фестиваль станет успешным, в следующем году он может пройти и в других российских городах, как, например, это произошло с проектом «Ночь музеев»?
— На мой взгляд, «Ночь музеев» — это абсолютная пустышка, поскольку музеи предлагают практически те же самые экспозиции, которые показывают в течение всего года. А в некоторых городах, в том числе и в Екатеринбурге, почему-то еще и за деньги. Мы же говорим о том, что все площадки будут работать бесплатно. Поэтому я думаю, что в городах, где есть хоть какая-то культурная прослойка, такой фестиваль будет востребован. Из наших городов я бы выделил Каменск-Уральский, где есть великолепное музыкальное училище, и Нижний Тагил, в котором полно коллективов, которые, к сожалению, мы не знаем. Может, нам удастся кого-то из них привезти на «Уральскую музыкальную ночь». Ну и дальше по списку: Тюмень, Челябинск, Пермь, Нижний, Новосибирск...
