Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Тимур Абдуллаев: «Улица Малышева сейчас — архитектурная вакханалия»

14 сентября 2015, 09:50
Тимур Абдуллаев: «Улица Малышева сейчас — архитектурная вакханалия»
Фото: Сергей Логинов для 66.ru
Главный архитектор Екатеринбурга рассказал Порталу 66.ru о программе, которую он считает своим главным делом на этой должности.

Скоро в Екатеринбурге будут строго следить за тем, как в целом выглядит город с точки зрения архитектуры. «Уже очень скоро, буквально вот-вот, ага», — скажете вы, как бы напоминая, что это нам и раньше обещали, и даже Градостроительный совет якобы создали именно с этой благой целью.

Не все так просто. В Екатеринбурге не существует механизма, ограничивающего девелоперов в их желании определять архитектурное решение здания исключительно по своему собственному вкусу. Нет нормативных актов, которые помешали бы владельцу квартиры повесить под окном уродующий фасад кондиционер, а хозяину кафешки на первом этаже — обустроить крылечко. Он имеет полное право обустроить свое собственное крылечко так, как ему нравится, — а о вкусах, говорят, не спорят.

Тимур Абдуллаев говорит, что это все изменится. Фасады будут не только согласовывать в Главархитектуре до начала строительства, но и поддерживать их в должном состоянии после его окончания. Это будет прописано в Правилах благоустройства Екатеринбурга, новую редакцию которых подготовил Департамент архитектуры.

По большому счету, эти законодательные новации всего лишь приводят Екатеринбург к практике, давно сложившейся в цивилизованном мире. Тем не менее довольно сложно переоценить эти поправки в главный городской документ о внешнем виде уральской столицы. Так что мы попросили Тимура Абдуллаева на пальцах объяснить, что он вкладывает в понятия «паспорт фасада» и «архитектурный облик».

Когда мы пришли к Тимуру Абдуллаеву, он предложил поговорить не в тесном кабинете, а где-нибудь, где попросторнее. Дошли до парадной лестницы, там и обосновались.

— Сейчас на уровне федерального законодательства сложилась ситуация, когда ни градостроительный кодекс, ни другие документы, регулирующие архитектурно-градостроительную деятельность, не обязывают застройщиков согласовывать внешний облик зданий. То есть муниципалитет никак не может повлиять на то, как они будут выглядеть. И это парадоксальное упущение.

Мы хотим закрепить необходимость согласовывать архитектурный облик объектов на муниципальном уровне, владельцам зданий поддерживать этот облик в надлежащем состоянии, запретив его самовольные изменения.

— То есть у жильцов появляется обязанность поддерживать архитектурный облик своего жилого дома?
— Мы считаем, что это совершенно нормально, когда собственники архитектурных объектов обязаны поддерживать их внешний вид. Конечно, с собственниками в многоквартирных домах ситуация сложнее, потому что единоличного владельца у таких зданий нет. Но в какой-то форме существует управляющая организация, так что можно возложить эти обязанности на нее.

— Как будет выглядеть процедура паспортизации?
— Саму процедуру мы еще дорабатываем. После внесения изменений в правилах благоустройства будут описаны и процедура паспортизации, и порядок согласования, и необходимые требования.

— Объясните, в чем разница: разве раньше застройщикам не приходилось согласовывать архитектурный облик зданий, которые они строят?
— Приходилось, и согласовывали. Разница в том, что эта процедура не была закреплена законодательно. И любой застройщик мог оспорить ее, ссылаясь на вышестоящий нормативный документ.

— Вы имеете в виду Градостроительный кодекс?
— Да. По Градостроительному кодексу, застройщик вообще не обязан согласовывать архитектурный облик объекта. А к чему это приводило? Заявитель приходит за разрешением на ввод объекта в эксплуатацию. Мы просим принести согласованный ранее эскизный проект, чтобы сверить с тем, что реализовано на самом деле. А он говорит: «Это здание прошло экспертизу, а эскизы я потерял».

— Но ведь экспертиза не оценивает строительные объекты с эстетической точки зрения?
— Экспертиза оценивает проект прежде всего на предмет его безопасной эксплуатации. Более того — экспертиза сейчас не только государственная, но и частная, и она не требует у застройщиков согласованный эскизный проект. Она не оценивает ни градостроительное положение, ни параметры объектов, ни этажность, никакие другие критерии — исключительно техническая составляющая: пожарные нормы, санитарные нормы и так далее. Вот такая коллизия.

По сути эта ситуация абсурдна: департамент архитектуры может даже не знать, какие проекты в городе разрабатываются, кто и как собирается их реализовывать. Многие муниципалитеты и субъекты Федерации уже много лет назад утвердили требования, которые мы только сейчас пытаемся ввести.

Пока все эти идеи на стадии разработки, но, судя по всему, взялись за них всерьез.

— Что именно регламентируется? Цвет фасада, материал? Что еще?
— Слово «регламентируется» не совсем здесь подходит. В каждом конкретном случае надо оценивать экспертно. Здесь и высота объекта, и исторический контекст, и архитектурно-композиционные требования, градостроительные особенности — целый набор факторов, которые позволяют оценивать здание комплексно, его уместность в предлагаемом виде в существующей среде.

— Значит ли это, что паспортизацию должны проходить все здания?
— По большому счету, ее должны пройти все здания без исключений. Вопрос только в том, в какие сроки это произойдет и какие будут приоритеты. В Екатеринбурге есть гостевые маршруты, и мы понимаем, что фасады, которые выходят на них, в первую очередь нуждаются в приведении в порядок. А в отдаленных районах эта работа, скорее всего, растянется на десятилетия.

Мы, например, рассматриваем вариант попробовать сделать это в первую очередь на центральных улицах, а по объектам, которые представляют меньшую визуальную значимость, делать это по заявительному принципу. Это значит, что, когда заявитель хочет как-то изменить внешний облик здания, переделать входную группу, в этот момент мы предложим ему сперва сделать паспорт фасада, а уже потом — в соответствии с этим документом — производить дальнейшие работы…

— «Предложим» или все-таки «настоятельно рекомендуем»?
— Ну, коль скоро мы это закрепим правовым актом…

— То есть варианта отказаться — не будет?
— Нет.

— Возьмем, например, здание мэрии. Как будет проходить его паспортизация? Что будет указано в паспорте фасадов? И что это даст?
— Во-первых, то, что будет написано в паспорте фасада здания администрации, вовсе не обязательно будет на сто процентов совпадать с тем, как он выглядит на данный момент…

— Как так?
— Да очень просто. Некоторые инженерные конструкции появились здесь гораздо позже, чем здание было введено в эксплуатацию. Они стали составной частью архитектуры здания, хотя вовсе не предполагались там изначально. Просто когда их здесь размещали — не задумывались о том, как они повлияют на архитектурный облик. А сейчас придется задумываться. И когда подойдет время следующего капитального ремонта фасада, у нас уже будет готов некий набор рекомендаций относительно колера фасада, материалов, расположения инженерных элементов и так далее.

— А для кого это больше — для жителей Екатеринбурга или для его гостей?
— Речь идет о том, чтобы чиновники, архитекторы, застройщики и владельцы недвижимости уважительно относились к жителям своего города. Чтобы всем было понятно, что любое здание в городе — это не домик на приусадебном участке, а объект среды. Вопрос взаимоуважения друг к другу внутри города. Если угодно — определенная архитектурная гигиена.

После очередного капремонта здание екатеринбургской мэрии будет выглядеть чуть-чуть иначе.

— Сейчас во многих управляющих жилищных компаниях и ТСЖ есть такое понятие, как «недопустимость внесения изменений во внешний облик жилого дома». В основном имеется в виду, что на фасад нельзя устанавливать наружные блоки кондиционеров. Можно ли считать это эпиграфом к тем нововведениям, которые появляются сейчас? Что может быть запрещено, помимо кондиционеров?
— Отчасти. Это касается еще многих аспектов: и наружной рекламы, которой наш город так хаотично и обильно увешан, и помещений на первых этажах, которые переведены в нежилые и оборудованы отдельными крыльцами, ступеньками, козырьками…

— А история «Пятого гастронома» — сюда же?
— История «Пятого гастронома» даже не настолько кричащий пример, как, скажем, вся улица Малышева, первые этажи вдоль которой представляют собой хаотично-пестрый ковер из пристроек, крылечек и вывесок. То, как сейчас выглядит улица Малышева, — это архитектурная вакханалия.

Улица Малышева. Фото: «Яндекс.Панорамы»

— Хорошо, ну вот придет к вам владелец помещения на первом этаже на улице Малышева, который задумал что-то в нем переустроить. Сначала ему рекомендуют сделать паспорт объекта?
— Естественно.

— А если он не захочет его делать? Тогда несоизмеримая входная группа в его небольшой магазинчик просуществует еще двадцать лет?
— Ну почему. Рано или поздно все равно сменится собственник, помещение потребует ремонта…

— То есть вы занимаете выжидательную позицию?
— Было бы опрометчиво думать, что у нас есть возможность принуждать людей к этому.

— Но мы же говорили о том, что есть гостевые маршруты, у которых более высокий приоритет…
— Саму процедуру нам еще только предстоит разработать. Сейчас у меня нет ответа, как мы будем расставлять приоритеты и какие сроки будут обозначены в документе. Это тонкая грань между двумя задачами: не допустить возмущения жителей города и в то же время построить работающую систему. Пока мы делаем лишь первые шаги. Мы ввели в обиход понятие паспорта фасада. Закрепили его юридически. Сейчас разрабатывается положение, которое мы предложим обсудить застройщикам, управляющим компаниям, чтобы в итоге получился работоспособный документ.