Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Держите телефон при себе, а порнографию – в гараже у друга. Понятная инструкция на случай обыска

13 сентября 2022, 18:18
инструкция
Держите телефон при себе, а порнографию – в гараже у друга. Понятная инструкция на случай обыска
Фото: Анастасия Кеда, 66.RU
В последние месяцы российской действительности обыски грозят каждому, уверен юрист и глава адвокатской группы «Логард» Сергей Колосовский. В разговоре с 66.RU он поделился опытом из своей практики, рассказал о том, как вести себя при следственных действиях, а также дал советы по поводу того, какие вещи в квартире держать не стоит.

Любой обыск всегда можно оспорить и получить компенсацию

Обыск проводится на основании судебного решения. В случаях, не терпящих отлагательств, обыск может пройти на основании постановления следователя. В любом случае следователь обращается в суд до обыска и указывает в материалах, что есть информация, подтверждающая, что в этой квартире есть нечто, имеющее отношение к делу; в случае «неотложки» — после обыска. В противном случае судебное решение может быть признано незаконным, что чаще всего с «неотложками» и бывает.

Если есть постановление о производстве обыска, следователь имеет право вскрывать все помещения, которые собственник откажется вскрыть. Это касается и входной двери. Если к вам пришли с постановлением и стучатся в дверь, то бесполезно не открывать — ее сломают.

Вот тут начинается первая сложность. У нас правоохранители очень часто вместо обысков проводят осмотр, который позволяет изымать вещи. Полицейские приходят, осматривают помещение, а в протоколе осмотра указывают, что собственник разрешил. Записывают это при понятых, и вы уже ничего не докажете. Во всех случаях требуйте постановление о производстве обыска и не пишите, что дали согласие.

Если не дают постановление, то надо писать в протоколе обыска, что постановление не выдали, и при понятых сказать это, чтобы они услышали. Достаточно часто понятым дела нет. Обычно кто это… «два дворника — подписали и ушли». Разговаривать с понятыми не запрещено, надо указывать им на нарушения, которые совершаются, чтобы впоследствии они это смогли подтвердить.

В постановлении о производстве обыска указывается, какие предметы подлежат изъятию, и предлагается выдать их добровольно. В принципе, если вы не настроены на конфликт, то говорите: «Берите». Так бывает, что свидетель, допустим, не зная, купил ворованные вещи, может отдать добровольно — все равно будут искать. Если вы к этому делу отношения не имеете — отдайте и не создавайте себе проблем.

Фото: Анастасия Кеда, 66.RU

С другой стороны, если вы к этому отношение имеете, тогда вы заинтересованы в том, чтобы нашли как можно меньше, а то, что нашли, было изъято с многочисленными нарушениями, что потом позволит оспорить. Если гражданин незаконопослушный с точки зрения действующего законодательства (у нас ведь то, что сейчас считается противозаконным, через 10 лет может стать гражданским подвигом) и есть то, что могут потом использовать против него, задача этого человека сделать так, чтобы его вещи изъяли с максимальными нарушениями. Это пригодится в будущем.

При этом у следователя и судей есть дежурный аргумент: «Если вы подписали протокол, почему вы не написали, что у вас есть возражение?». Нужно писать всегда: «С обыском не согласен. Обыск произведен с нарушением закона. Подробно об этом напишу после получения юридической консультации». В любом случае.

В ходе обыска все изымаемые предметы должны быть описаны в протоколе с указанием индивидуальных признаков, чтобы не было разночтений. У нас следователь зачастую этого не делает, сваливает все в коробку, все опечатывается, а осматривается когда-нибудь потом. Это тоже незаконно и можно оспаривать. Все должно быть описано на месте, чтобы из протокола обыска было четко понятно, что изъято.

Сейчас почти всегда изымают телефоны и компьютеры. Все должно быть запаролено. Если вы боитесь — храните информацию в облаке, на компьютере ничего не должно быть; не храните в телефонах компрометирующую информацию, переписку.

Телефон — это то, что отдельно охраняется Конституцией РФ как тайна переговоров. Если есть постановление о производстве обыска, то телефоны тоже можно хватать и разглядывать. Но если вы добровольно предоставили пароли и это отражено в протоколе, то вы тем самым отказались от своей тайны переговоров. Никто не вправе у вас требовать пароли от телефона, а вы ни в коем случае их не должны давать. Это типичная ошибка. Был прецедент: пугали девчонку, что напишут ей по месту учебы и ее выгонят из института, она дала пароль. Всякие способы бывают, но в протоколе это будет отражено: «пароль предоставлен добровольно». Это потом не доказать. Если у вас проходит обыск без судебного решения и изымают телефон, ни в коем случае нельзя подписывать, что вы его передали добровольно. Нужно писать: «Я возражаю против изъятия телефона». На это нужно обращать внимание.

Когда адвокат нужен, а когда он вреден

При производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производится обыск, или член его семьи, ближайший соратник. Во время мероприятия может присутствовать адвокат или защитник.

Пару лет назад мы получили решение Европейского суда по правам человека «Круглов против Российской Федерации». По моей жалобе там рассматривался кейс: я прибыл на место обыска с опозданием и меня не пустили. Вот за это Россия заплатила 15 тысяч евро. ЕСПЧ написал, что если хотите, чтобы адвокат участвовал с самого начала, уведомляйте его о проведении обыска заранее.

Многие адвокаты с этим сталкиваются. Ваша задача как обыскиваемого при начале обыска написать в постановлении: «Прошу пригласить адвоката», с которым у вас заключено соглашение, ФИО. Пока до него дозвонятся, день закончится. Желательно, если вы немного думаете о будущем, чтобы у вас был телефон и соглашение с адвокатом. У нас каждому обеспечивается юридическая помощь. Нужно указать о желании подключения к делу адвоката, дальше уже проблемы следователя. По идее, следователь должен сидеть под дверью и ждать, пока адвокат не придет. Адвокат может ехать очень долго. Здесь можно со следователем уже начать переговорный процесс, что вы хотите изымать и так далее.

Ошибка [экс-мэра Екатеринбурга] Евгения Ройзмана, у которого в конце августа проходил обыск, была в том, что он не написал в постановлении, что он настаивает на приглашении адвоката. Если он этого не написал, потом начинаются игры: адвокат под дверью стоит, а Ройзман-то согласие на его участие не дал.

У меня как у адвоката основная мысль — указывать на нарушения бесполезно, они их исправят. Лучше когда уже все случилось, написать, что оно проведено с нарушениями. Идеальная ситуация, когда вы настаиваете на участии адвоката, а он не приезжает. Почему так? Если адвокат приедет, то он своим присутствием обыск узаконит. Понятно, что адвокат в момент обыска — единственная связь с внешним миром, психотерапевт. Если вы опасаетесь на будущее, то присутствие адвоката может быть вредным, потому что юрист попадает в вилку: если обыск происходит с нарушениями, то адвокат обязан на нарушения указать. Если не укажет — уже не оспорить. Суд скажет: «адвокат же видел». Не все адвокаты так думают. Когда не пускают — идеальная на самом деле ситуация. Даже в случае с делом в ЕСПЧ. Если бы следователь меня пустил, то РФ не заплатила бы 15 тысяч евро. Здесь нужно решать, что вам выгоднее.

Силовики могут открывать шкафы, исследовать все закоулки. Квартира большая, и следователь вместе с понятыми должен ходить с вами везде. Но, как показал обыск у главреда «Вечерних ведомостей» Влада Постникова, забегают какие-то люди в масках, а потом начинается обыск. Кто эти люди в масках — неизвестно: спецназ, у которых данные засекречены, или, может, какие-то наемные бойцы с ЖБИ. Что они там положили в квартире — никто не знает. Если мы ходим все вместе, они все равно найдут способ что-то подбросить, поэтому тут нужно соблюдать меру. А в какой-то ситуации рациональнее — пусть творят, что хотят, а потом в конце написать: «Оперативники разбрелись по квартире, делали что хотели, заставили меня сидеть на кухне. Понятия не имею, что они там изымали».

Если вы считаете, что за вами могут прийти, не храните дома порно, фаллоимитаторы, бутылки от алкоголя — силовики сольют это в Сеть

Опыт показывает, что у людей, которые знают, что за ними придут, дома оказывается ерунда, которая не нужна. С одной стороны, частью сознания человек допускает, что за ним могут выехать, а с другой — считает, что это будет не с ним, а с кем-то другим. Тут за себя надо решить, что бы вы не хотели, чтобы при понятых из вас вытряхивали — и просто не держать это дома. И, конечно, всегда держать жилище в чистоте и порядке.

К вопросу о личных вещах у меня была такая смешная ситуация. Девушка одна узнала, что ее могут задержать. Прилетает из командировки, знала, что может быть обыск, но в квартиру идти не хочет. По делу там у нее ничего нет, но в тумбочке лежал огромный фаллоимитатор. Она думала, что если найдут, то над ней будут смеяться. В тот день оперативники ее ждали, а я поднялся к ней в квартиру, достал фаллоимитатор и скинул оперативникам на крышу автомобиля. Было весело.

Фото: телеграм-канал bazabazon

Беспорядок в квартире Юрия Хованского, фото которого силовики слили в анонимные телеграм-каналы. Во время обысков у известных персон слив фото убранства квартиры, как в случае с Евгением Ройзманом, — частая история.

Но если бы этого не случилось и информация пошла бы дальше, это было бы незаконным разглашением тайны личной жизни. Утечка информации по поводу вещей, которые находились в квартире, а потом их фото оказываются в телеграм-каналах для дискредитации личности, — уголовно наказуема. Если выложенные вещи не имеют отношения к уголовному делу, эту историю можно оспаривать, добиваться привлечения к ответственности силовиков и получения компенсации. Теоретически такая возможность существует, но нет гарантии, что получится.