Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Технорейв на высоте и в подземелье. История ночного клуба «Автобан»

6 сентября 2022, 13:58
Технорейв на высоте и в подземелье. История ночного клуба «Автобан»
Фото: Анна Коваленко, 66.RU
Продолжаем сериал о клубной жизни Екатеринбурга. Сегодня — история «Автобана», который в 2000 году открыл бизнесмен Сергей Литвин. 66.RU рассказывает, где подсмотрели идею культового клуба, как международные компании скидывались на его ремонт и что погубило «Автобан».

К началу 2000-х клубная культура Екатеринбурга переживала переходный период — уже не зачаточное состояние, но все-таки не полноценный расцвет. На слуху были ночные клубы «Эльдорадо», «Карабас» и «Каньон», но еще не открылись прочие важные заведения — «Посторонним В», «Истерика, «Подвал», Gold, «Пушкин» и другие.

«Автобан» привлекал локацией и звучанием. Расположенный сначала в высотном здании, а потом в бункере, он специализировался на техно и предлагал гостям потанцевать под музыку европейских диджеев. Вместе с техно регулярно приходили наркотики, алкоголь и сигареты — в совсем бурные времена последние нелегально продавали бармены мимо кассы.

Но обо всем по порядку.

Как восточноберлинский клуб породил «Автобан»

В детстве отец подарил Сереже Литвину магнитофон и вертушки — диджейские виниловые проигрыватели. Молодой парень увлекся музыкой. В юности он стал ездить на Шувакиш и менять пластинки с такими же увлеченными. Позже — с друзьями организовал клуб «Пирамида» в КОСКе «Россия» на ЖБИ, где звучал новый для тех времен прогрессив-хаус. Заведение сразу стало востребованным, и руководительница «России», как вспоминает позже Литвин, решила подмять бизнес под себя, попросила «диджеев-романтиков» на выход и вместе с сыном создала ночной клуб «Карабас», который стал более коммерческим проектом.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

В 1996-м, после «Пирамиды», Литвин занялся бизнесом, связанным с Германией. Тогда он впервые побывал в берлинском ночном клубе Tresor (с немецкого — «сейф»). Здесь Литвин познакомился и подружился с немецкими диджеями, которых позже привезет в Екатеринбург. Привезет он с собой и виниловые пластинки с вертушками, редкие на тот момент для города.

Культовый ночной клуб Tresor возник в 1991-м только благодаря падению Берлинской стены. Промоутеры из западноберлинского клуба UFO обнаружили на территории бывшего Восточного Берлина часть здания 1926 года. Оно оказалось денежным хранилищем бывшего крупного универмага. История и атмосфера подтолкнули промоутеров создать тут техно-клуб.

Tresor жил почти 15 лет, последняя вечеринка прошла 16 апреля 2005 года. Основатели клуба пытались переместить помещение вместе с банковскими сейфами в другое место, но ничего не вышло — сейчас на месте снесенного здания стоит офисник.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

По возвращении в Екатеринбург Литвин вместе с партнером и другом Александром Кривошеевым стал искать помещение под клуб. И нашел — полузаброшенное промышленное здание НПО автоматики на Начдива Васильева, 1, выходящее на Серафимы Дерябиной. Вместе с партнером Литвин немного заплатил за аренду и решил оживить многоэтажку, вложившись в ремонт. И на 13-м этаже дома решили разместить главное — клуб «Автобан».

От самого высокого клуба города…

Название для ночного клуба было навеяно окружающей обстановкой и немецкими впечатлениями Литвина. «Тогда Серафимы Дерябиной была единственной улицей в городе, напоминающей немецкие автобаны. Я как-то вышел на балкон, посмотрел по сторонам и сказал: «Так это же автобан, как в Германии!»

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

Кроме «Автобана» в заброшенной ранее многоэтажке работали немногочисленные офисы. В дни вечеринок на панели лифта устанавливали лишь две кнопки — 1 и 13 этаж, где находилось заведение. Клуб на высоте с трехметровыми потолками открылся 22 сентября 2000 года — для ночной культуры Екатеринбурга такой формат был в диковинку.

«Автобан» работал два раза в неделю — в пятницу и субботу. В музыке приоритет отдавали техно и прогрессив-хаусу. О новом клубе в основном узнавали по сарафанному радио. В те времена хорошо работали печатные афиши форматов А2 и А3, которые Литвин с друзьями расклеивал по всему городу. Также была налажена работа с модными магазинами и кафе, радиостанциями, региональными мобильными и телевизионными компаниями.

Для самовыражения гостей в «Автобане» устраивали тематические вечеринки, за которые отвечал дизайнер-декоратор Андрей «Гага» Первухин и его команда «Gaga dzgn group». Одна из первых вечеринок — «Fish party, или День рыбака». Помещение клуба в тот день полностью оформили под зимнюю рыбалку: ледовое озеро на сцене, вырезанное из ДСП, искусственные снежинки, сосульки, настоящие заросли осоки и кустарника вдоль стен. Во время тусовки по клубу бродили, как бы никого не замечая, рыбаки в шапках-ушанках, валенках, с коловоротами и ящиками рыбака. В какой-то момент они зашли на сцену, достали удочки и стали изображать настоящую рыбалку. Посетители в тот момент танцевали. Потом «рыбаки» внезапно достали из ящика бутылку, отпили и кинулись танцевать нижний брейк.

Другая тусовка — «Палата № 6». Артисты были одеты в санитаров, Андрей Гага ходил по клубу в костюме врача со старинным докторским саквояжем, а всех желающих могли завязать в смирительную рубашку. Как правило, на следующие выходные интерьер клуба полностью менялся в зависимости от темы тусовки. «Все такие вечеринки вывозили на креативе, финансов почти не было. Декорации делали из подручных материалов собственными руками», — вспоминает Андрей Гага. Например, для вечеринки Speed garage party собирали груды запчастей от автомобилей за гаражами.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

Почти с самого начала «Автобан» стал развивать диджейскую культуру и проводить фестивали, на которые приглашал молодых музыкантов со всего Урала. В клубе организовали школу диджеев — аналогичная на тот момент была только в «Люке» Дениса Плотникова. Выходцы из школы «Автобана» потом становились резидентами других, более коммерческих, ночных заведений Екатеринбурга.

«Автобан» одним из первых клубов города начал открыто продвигать клубную культуру и в городском пространстве. Клуб стал сотрудничать с вузами и городской администрацией. К примеру, в начале 2000-х руководство клуба договорилось с несколькими университетами о том, чтобы устраивать во время большой перемены между парами диджей-сеты в фойе. Во время таких мероприятий студенты могли получить флаеры и записаться в школу диджеев или предложить идеи для последующих тематических вечеринок. «Это развивало творческий потенциал студентов. Когда молодой энергии много, ее как-то надо применять — либо в плюс, либо в минус. Лучше в плюс. Мы помогали в этом», — говорит Вадим З., бывший арт-директор «Автобана», друг и соратник Сергей Литвина. Другим новшеством «Автобана» для города стало первое «клубное» маршрутное такси, которое бесплатно доставляло гостей на вечеринки из разных частей города.

«Автобан» также проводил техно-экспедиции в отдаленные города УрФО, когда на выезд формировалась целая команда из диджеев, дизайнеров-оформителей, ведущих МС и пары фур звуковой и световой аппаратуры. Такие экспедиции для многих городов стали стартом зарождения клубной культуры. У Литвина одно время, кстати, зрела идея организовать российскую платформу под эгидой «Автобана» на берлинском LoveParade, который воспринимался тогда исключительно как часть мировой технокультуры, но из-за нехватки ресурсов этого не случилось. Большую работу в сфере маркетинга, дизайна, партнерских соглашений и идей развития клуба тогда проводил первый арт-директор Олег Плотников.

Впрочем, не прошло и четырех месяцев, как помещение у «Автобана» забрали. «Как только здание заработало и начало функционировать, пришел управляющий с завода и сказал, что они его продали банку «Возрождение», поэтому мы должны освободить помещение. Несмотря на долгосрочный договор. Все решили не по закону, а по понятиям. Это была глобальная катастрофа», — говорит Литвин.

К закрытию тоже подошли эпатажно. К прощальной вечеринке Андрей Гага раздобыл две кувалды и во время тусовки, ко всеобщей неожиданности, стал крошить сцену в щепки. Посетители были в шоке. Тогда выключили музыку и объявили о том, что «Автобан» закрывается. Каждый желающий смог ударить кувалдой по сцене и тем самым «приобщиться к закрытию». Щепки потом разобрали на сувениры.

… «Автобан» опустился в бункер

Бросать дело на полпути основатель «Автобана» не захотел, тут и знакомый рассказал о свободном здании завода «Уралпластик» с действующим бомбоубежищем, где ранее находился стрелковый тир. «В бункере тренировались охранники «Уралпластика». Бомбоубежище было функционирующим, с зоной отдыха, где рядами стояли панцирные двухъярусные кровати. Была выделена зона обучения с партами, где висели плакаты по гражданской обороне. В нескольких помещениях находились ящики с противогазами, бинтами и сапогами. Мы также видели архивные документы с планами эвакуации на случай ядерной атаки, старинные фотографии и многое другое. Из этих вещей впоследствии сделали небольшую музейную экспозицию, которую разместили на барной стойке», — рассказывает Вадим З.

Оказавшись на время самым высоким ночным клубом Екатеринбурга, «Автобан» спустился в подземелье. Литвин и команда быстро сделали ремонт, и 9 мая 2001-го клуб вновь открылся.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Со всех щелей сквозило и пахло плесенью — такой классический сквот. Публика тоже была довольно экстремальная: там такие конкретные свистки собирались, студенчество из техникумов. Что первый, что второй «Автобан» жил практически круглосуточно. У него, конечно, были официальные часы работы, но фактически люди там постоянно танцевали, спали и ели», — вспоминал диджей Вадим Гринопель, который выступал в «Автобане».

Здесь продолжали играть диджейские сеты и проводить смелые вечеринки. «Однажды тут устроили тусовку, посвященную Февральской революции. Все пришли на военке в кожанках. Потом планировали вечеринку в честь Дня Победы. По замыслу, военнопленные русские сидели в немецком лагере и внезапно выходили из заточения на танцпол. Кто-то прознал про наши планы и написал в газетах. Пришлось отменить», — вспоминает один из посетителей.

Новая локация сделала «Автобан» «цитаделью андеграунда и главной техно-сценой города», считают сотрудники клуба. «Почти десять метров под землей, естественная фактурная неаккуратность бетонных стен, толстенные (почти в полметра) звуконепроницаемые двери и при этом великолепные звук и свет поражали даже именитых европейских гостей», — говорит Вадим З.

​​Удивить, кроме локации, действительно было чем: в «Автобан» приезжали диджеи из Германии, Англии, Италии и Швеции, которые привозили с собой много сэмплеров. «Каждый визит западного артиста был большим событием, — вспоминает Вадим З. среди них — Jor-El (ak — Joel Alter, Sweden), Dandy Digital (Andesh Akergren, Sweeden), Doorkipper (Germany), DJ Yolka (Mosсow), Magic B (Moscow), Ralf Kollman (Germany), Dave Shokh (Germany), Mitja Prinz (Germany), MC V (London, UK), Sweet’n Candy (Germany), Aquasky (London, UK), Atomic Hooligan (London, UK), CTRLZ (London, UK), Boris Brejcha (Germany).

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Для наших резидентов-диджеев это был бесценный круговорот музыкальных новинок и обмен профессиональным опытом. В городе сложно было найти новые пластинки, а немцы, например, привозили с собой настоящие артефакты, показывали «секретные» фишки сведения пластинок. Периодически гости привозили свои собственные треки, выпущенные на виниле. Наши ребята торговались с ними, просили продать новинки, за счастье было получить пластинку в дар еще и с автографом музыканта», — вспоминает Вадим З.

Как Coca-Cola, Burn и Heineken отремонтировали «Автобан»

Литвин признает, что проблемы у «Автобана» случались, и подчеркивает: они были аналогичными для всех клубов. Несмотря строгий фейсконтроль, в клуб проникали «проблемные посетители». «Фейсконтрольщики тоже были идейными ребятами, которые стояли на передовой. Периодически не совсем вменяемые гости угрожали им оружием и даже расправой около дома. К счастью, данные проблемные гости были шумными только около дверей заведения. Самым культовым фейсконтрольщиком клуба был Максим Искандаров, который выстроил достаточно эффективную систему работы», — вспоминает основатель «Автобана».

С волной наркотиков в клубе боролись совместно с «Городом без наркотиков». По словам Литвина, одно время они много общались с сотрудником фонда Евгением Маленкиным. В «Автобане» также сотрудничали «с генералами со Степана Разина» (здесь находится УМВД по Екатеринбургу). «Нам не были нужны наркотики. Они портили авторитет нашего дела», — объясняет основатель клуба.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Когда я занималась клубом, наибольшую маржу приносил чай: одна кружка с ложкой сахара обходилась нам в шесть рублей, а продавалась за 30–40 рублей. За ночь выпивали до 300 кружек. Дело в том, что когда наркоман ел таблетку, ему нужно было постоянно пить чай, чтобы она продолжала действовать», — рассказывала Лена Азанова, называющая себя управляющей «Автобана» (основатель клуба с этим не согласен и сейчас утверждает, что официальной должности у нее не было).

Азанова вспоминает, что однажды к ее молодому человеку, одному из ведущих сотрудников «Уралпластика», пришел Сергей Литвин и попросил деньги на развитие «Автобана». «Тогда я и узнала, что у него уже есть доля в клубе. Я не понимала, почему он отдавал деньги, ведь клуб, напротив, должен их приносить», — думала она. Потом Лена решила сделать аудит клуба. «Меня сложно было чем-то удивить, но первому визиту в «Автобан» удалось. Это была ничем не примечательная коробка с железными дверями, куда нужно было спускаться три этажа вниз по лестнице. Реальное бомбоубежище. Запах плесени и затхлости. Прокуренные диваны и такие же прокуренные лица сотрудников. Единственная мысль: «Куда я попала?».

Позже, по словам Азановой, оказалось, что у «Автобана» не было своего оборудования: каждую пятницу Литвин арендовывал колонки за бешеные деньги (Сергей это опровергает).

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

По версии Сергея Литвина, «времена для страны и бизнеса были непростые, и однажды в состав учредителей практически насильно вошли новые коллеги, которые посчитали, что это возможность заработать легкие деньги».

«Эти псевдодеятели культуры ничего не понимали в организации мероприятий, но считали себя «современными управляющими». Они не считали, сколько денег нужно вкладывать в привоз диджеев, их гонорары, райдеры, перелеты, гостиницы, в дополнительную установку звука и аппаратуры на ключевые события. Они думали, что включат свет, набежит полторы тысячи человек — и можно считать деньги. В 2006-м эти пришлые люди, пользуясь своим административным ресурсом, хотели у нас все забрать, но у них не получилось», — уверен Литвин.

Лена Азанова рассказывает, что старалась оптимизировать и улучшать бизнес-процессы. Для начала вышла на компанию Coca-Cola и, обещая «бешеные продажи», через две недели получила два холодильника колы и постоянные поставки. Сотрудничество продолжилось: когда появился бренд энергетика Burn, Лена предложила коллегам из Coca-Cola покрасить одну из бетонных стен в «Автобане», которая на тот момент и так нуждалась в ремонте. Спустя время в клубе провели модный показ одежды, сшитой из пробок и этикеток Coca-Cola.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

Еще одну старую стену привели в порядок благодаря компании Heineken, которая разместила там свою рекламу. Взаимовыгодные коллаборации продолжились с брендом презервативов Contex: компания получила бесплатную рекламу, а клуб — очередную обновленную стену. Вскоре в «Автобан» стали регулярно привозить алкоголь и табак, хотя раньше сотрудники клуба, по словам Азановой, покупали его в магазинах самостоятельно. Бренды бытовой техники стали бесплатно передавать фотоаппараты, которые позже разыгрывали на мероприятиях.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Когда я начала жестко отстраивать некоторые вещи, Сережу [Литвина] это бесило, возникали стычки. Зато в клубе появилось собственное оборудование. Мы сделали нормальную систему канализации (до этого ночью работал только один туалет) и многое другое», — вспоминает Азанова. По словам Литвина, бывшая управляющая «Автобана» «ставит себе в заслуги вещи, которые были общими».

Как закрывался «Автобан»

«Впервые оказался в «Автобане» в 2003 году вместе с другом. Я фанател от электронной музыки и прогрессива, поэтому был наслышан про это место. Первые впечатления: клуб, расположенный в подземелье, где диджеи энергично раздают с винила… На следующий день пришел уже один, познакомился с диджеями. Очень хотел сам играть. В 2005-м купил первые пять пластинок и стал учиться. В 2006-м я стал диджеем клуба», — вспоминает Дмитрий Тенzz, основатель промогруппы UBM, в будущем резидент клуба «Автобан».

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Когда я пришел, в «Автобане» уже не было инсталляций и перформансов, это был суровый андеграунд. Иногда от количества людей в клубе капало с потолка — настолько сильный был конденсат. Интересно, что здесь играли исключительно на пластинках, в отличие от других клубов середины нулевых», — добавляет Дмитрий Тенzz.

В 2006 году, вспоминает Лена Азанова, «Автобан» стал проседать по посещаемости. Кроме того, по ее словам, многое стало ломаться и клуб требовал постоянных вложений, которых уже не было. «5 марта 2006 года я пришла с работы последний день и в ночь на 6 марта родила своего второго ребенка. Когда приехала из больницы, мы с мужем решили завязывать с клубом. С Сергеем расстались не сильно душевно, потому что увезли с собой оборудование, купленное на наши деньги», — говорит Лена. «Мы просто устали делать конфеты из говна и палок», — объясняет она.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

Для Литвина, как и многих в его окружении, музыка была в первую очередь не бизнесом, а «устремлением души и творческого начала». Благодаря личным знакомствам промоутерам «Автобана» удавалось обходить букинговые агентства и напрямую договариваться с иностранными диджеями. Бывало, некоторые артисты потом оставались на неделю в Екатеринбурге, потому что были восхищены локацией и той энергией, которую им отдавала публика.

«Сережа Литвин создавал «Автобан» не для денег, а для удовлетворения внутренних потребностей в творчестве. Но он неправильно выбрал людей вокруг себя, поэтому зарабатывали все, кроме него», — уверена Азанова.

Внутренние трения, произошедшие между основателями «Автобана» и представителями завода «Уралпластик», выглядят противоречивыми и неоднозначными. Одно можно сказать точно — конфликты негативно сказались на работе клуба.

В начале 2006 года Литвин решил разорвать отношения с «навязанными ему партнерами» и перевез «Автобан» на Бебеля, 17. Через несколько лет, когда руководство «Уралпластика» сменилось, а бомбоубежище перешло в собственность государственного учреждения, клуб попытались вернуть на прежнюю локацию, тогда его переименовали в «Base». «В 2014-м я уехал из России и оставил клуб на друга. Без моего участия «Base» стал потихоньку затухать», — подчеркивает основатель «Автобана». В 2015-м клуб окончательно закрыли, а все оборудование Литвин увез в Словению, где открыл новый клуб. Проект, однако, просуществовал недолго.

Фото: предоставлено 66.RU героями публикации

«Клубная культура в 2000-е была образом общения, установления дружеских международных контактов, — считает Вадим З. — Диджеи из других стран часто еще на несколько дней и даже недель оставались в Екатеринбурге, пропускали свои самолеты, играли на следующих мероприятиях бесплатно и с удовольствием путешествовали по Уралу. Столичные диджеи, отыграв свой коммерческий сет в дорогих заведениях Екатеринбурга, после сбегали через служебный вход и играли свои андеграундные сеты в клубе «Автобан» совершенно бесплатно. Один из шведских диджеев познакомился в «Автобане» с местной девушкой, через год вернулся за ней и они сыграли свадьбу: сначала в России, потом в Швеции. Это была отдельная эпоха молодежной культуры».