По обе стороны конфликта: редакция 66.RU спорит до хрипоты о [методах воспитателя из Ельцин-центра]
Инцидент с воспитательницей образовательного центра «Лего-лагерь», которую уволили после того, как она заставила 11-летнего мальчика вымыть рот с мылом из-за употребления матерных слов, расколол комментаторов по всей стране на две части. В том числе конфликт разделил на два лагеря и редакцию 66.RU. Одни отстаивали мнение, что такие методы воспитания неприемлемы и увольнение — это в данном случае правильная реакция руководства. По другую сторону баррикад оказались те, кто поддерживает педагога и считает, что отучать ребенка от ругательств таким способом можно.
Для тех, кто все пропустил, вкратце напомним историю конфликта. Жительница Екатеринбурга Ольга увидела, как воспитатель образовательного центра «Лего-лагерь» в Ельцин-центре заставила ребенка промыть рот с мылом из-за того, что тот выругался неприличными словами. По словам очевидицы, 11-летний мальчик стоял у раковины и плакал, изо рта у него шла пена. Воспитатель же объясняла, что от матерного слова, как от комка навоза, надо отмываться.
Позже преподавательница Ольга Амельяненко объяснила, что такой способ отучения детей от использования матерных слов применяет уже 19 лет и считает его очень действенным. Мама мальчика ей претензий не предъявила, а с самим ребенком педагог «остались друзьями». Тем не менее в тот же вечер Амельяненко уволили из Ельцин-центра.
Проспорив до хрипоты весь вечер (порой переходя на личности), мы так ни к чему и не пришли. И решили, что нас рассудит читатель. Свой голос можно оставить, поучаствовав в опросе в конце текста.
Ян Гравшин, выпускающий редактор: «Если родители отдают ребенка педагогу, тот может сам решать, как его воспитывать»
Платон Маматов не является сотрудником редакции, но в разгар споров он проходил мимо и просто не мог не принять участия в дискуссии.
— Если когда-нибудь посторонний человек накажет моего ребенка, я этого человека загрызу. Даже я не имею права трогать сына. Мне случалось его отшлепать, но всякий раз потом было стыдно, и я об этом сильно жалел. С детьми можно обходиться без насилия. Из этого правила есть исключения, но их мало и они экстремальные.
Когда я отдаю ребенка педагогу, я отдаю его именно педагогу, а не надсмотрщику. И в списке допустимых действий нет агрессии в адрес моего ребенка. Если вдруг случится ситуация, подобная той, что произошла в Ельцин-центре, пусть педагог позвонит мне — я подъеду и заберу ребенка. Насовсем.
Воспитатель сам выстраивает иерархические отношения с моим сыном. И если он не может стать для него авторитетом, пусть откажется заниматься ребенком. А вот из детей, которых бьют в детстве, вырастают псковские подростки.
Кирилл Зайцев, редактор раздела «Авто»: «Нельзя сюсюкать с детьми»
— Как отец я считаю, что сюсюкать с детьми нельзя. Еще их нельзя насиловать, бить до крови и переломов и бить систематически. И вообще — бить, только шлепать. Шлепнуть по губам за матерное слово, например, можно. Меня шлепали, но 25 лет спустя я не хочу об этом плакаться психологу и непроизвольного мочеиспускания эти воспоминания не вызывают.
В свое время нас учителя гоняли, шпыняли, давали затрещин и дергали за ухо, когда мы жестили. Мы их боялись немножко и уважали сильно, а спустя много лет ходим к ним в гости и обнимаемся при встрече. А физрук как-то дал по затылку за мат на уроке. Материться я не перестал, конечно, но сейчас, завидя Валерьича, машину паркую на обочине и бегу обниматься.
Сегодня за любое «нет» ребенку родители готовы вой поднять и учителя засадить. В итоге дети учителей ни во что не ставят и растут офигевшими. А нам с ними еще жить потом.
