Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Работать за бесплатно. Зачем молодежь идет помогать старикам и бомжам

29 марта 2014, 12:00
Работать за бесплатно. Зачем молодежь идет помогать старикам и бомжам
Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru
Что побуждает людей работать бесплатно? Мы узнали у самих волонтеров.

Социологи, а вслед за ними и эксперты кадрового рынка утверждают: молодежь нынче талантлива и амбициозна. Они готовы много работать, но взамен желают получить руководящую должность и непомерно высокую зарплату. Удивительно, что эти же люди после официального рабочего дня готовы взять на себя еще одну работу, за которую не получат ни копейки. Что побуждает людей работать бесплатно и как среди волонтеров оказываются молодые люди? Мы узнали, побывав в Добровольческой службе свт. Иоанна Милостивого при Ново-Тихвинском монастыре.

История Кати. Научить ходить в 80 лет

Пару лет назад, помню, закралась мне в голову такая мысль — надо помочь кому-то. На душе было тяжело. Единственным шансом выбраться из депрессии казалась возможность кому-то помочь, очень захотелось сделать что-то доброе. Просто так, не ожидая ответной благодарности и тем более вознаграждения. Краем уха по телевизору я услышала о добровольческой службе в Зеленой Роще, нашла даже сайт и узнала все подробности… Но пришла не сразу. Сложно было даже решиться позвонить. Я не знала, как это все происходит. Куда идти, что сказать? Кому я нужна со своим внезапным желанием помочь и что я вообще смогу сделать?

Катя — молодая, хрупкая девушка. В рабочее время она сотрудник интернет-магазина, в свободное — волонтер.

Самое сложное было — решиться. А дальше все значительно легче: рассказать, в какое время свободен и за какую работу готов взяться, — и приступать. У меня все так и вышло: несколько месяцев я носила в себе мысль, что надо прийти. А как только пришла — в тот же день нашелся человек, которому нужна была помощь, — бабушка, которая жила недалеко от меня. Недавно она сломала ногу и долгое время лежала, почти совсем не вставая с кровати, даже сидеть ей было тяжело.

Сперва я думала, что мне придется прибираться по дому, готовить еду и ходить за покупками, как это обычно бывает. Но совсем скоро главным стало не это. Куда важнее оказалась новая мечта — встать на ноги и заново научиться ходить. А для этого нужно было разрабатывать сломанную ногу. Бабушке сняли гипс, и мы начали с ней потихоньку тренироваться. Просто встать с кровати — это уже было сродни подвигу. Потом стали ходить по комнате. Каждый шаг давался так тяжело, что идея прогуляться на свежем воздухе казалась фантастической. Еще бы: пешком спуститься с 5-го этажа хрущовки, да так, чтобы сил на обратный путь хватило!

Мы поставили задачу: сначала проходили по несколько ступенек, потом — пролет, потом — этаж. Спустя 5–6 месяцев мы с моей подопечной бабулей впервые спустились до самого низа. Надышались свежим воздухом, разглядели деревья, птиц, резвящихся во дворе детей — для бабушки все это было как в первый раз.

Сейчас я ее вижу не так часто: бабуля поправилась и уже резво ходит, а недавно и вовсе затеяла в доме ремонт. В строительный магазин меня позвала. Не столько потому что помощь нужна, сколько ради того чтобы поболтать. Она до сих пор так тепло вспоминает первые ступеньки, которые мы прошли вместе с ней. А ведь тогда она думала, что уже вообще никогда не будет ходить.

Сейчас Катя помогает другой бабушке — когда пол помыть, когда суп сварить. «Такие простые вещи у меня занимают часа полтора, а она может и за весь день не управиться, еще и устанет», — объясняет девушка.

Родственники первое время не знали, что я работаю волонтером. Когда все выяснилось, было много вопросов из разряда: «Зачем тебе это нужно?». Но мы поговорили, и родители поняли и приняли. Может, потому что я стала своих близких лучше понимать, увидела, что и им нужна моя помощь. Стала чаще навещать свою бабушку и поняла, насколько ей не хватает общения с нами, как важно просто забежать в гости и выпить чаю. А телефонный звонок раз в неделю не заменит ей внучку.

Здесь я научилась принимать людей такими, какие они есть, считаться с их мнением. Помню, как хотелось сделать все по-своему, когда первые разы приходила помогать бабушкам: расставить посуду, как я привыкла, сварить суп по своему рецепту… Но ведь ты приходишь не переделывать людей и не учить их жизни, а помогать. И делать это нужно не так, как проще для тебя, а так, как лучше для человека, которому помогаешь. Очень тяжело было принять эту мысль и следовать этому правилу.

Кое-кто из знакомых и друзей до сих пор недоумевает, почему я трачу свое время на работу, за которую не получаю денег. У нас принято считать, что личное время настолько ценно, что тратить его на кого-то другого — слишком большая роскошь. А для меня — уже необходимость.

История Маргариты. Не надо репостов, встаньте и сделайте

В социальных сетях то и дело появляются просьбы о помощи. Они собирают сотни лайков и репостов. Вот только из тех, кто поставил галочку «рассказать друзьям», единицы что-то сделали реально. Столько из-за этого суеты и разговоров, а реальных дел — почти нет. Мне захотелось сделать что-то. По-настоящему, чтобы увидеть результат.

Я пришла к Ирине (куратору добровольческой службы, — прим. ред.) и почти со слезами объясняла, для чего мне все это. Я не знала, чем смогу помочь. Мне предложили начать с самого простого — разбирать вещи, которые приносят люди, а потом забирают малоимущие.

Вообще Маргарита — переводчик, а в добровольческой службе помогает сортировать вещи для малообеспеченных и бездомных.

Я приходила сюда каждую субботу и несколько часов тратила на то, чтобы разобрать и отсортировать вещи. Услышала, что нужно перевести сайт монастыря на английский язык, и предложила свою помощь, ведь я переводчик по профессии.

Сортировка вещей — одно из самых простых, но важных направлений работы добровольческой службы. С этого, как правило, многие начинают волонтерскую работу.

Потом помогала пожилым людям и взяла на себя часть административной работы — сейчас помогаю вести страничку «ВКонтакте». Я пригласила в группу добровольческой службы «ВКонтакте» всех своих друзей. Но большинство из них не откликнулись. Меня мучил вопрос: почему? Благородное же дело! Я волновалась и не понимала, почему так происходит, почему репостят записи с просьбой о помощи неизвестным людям и не хотят принять приглашение от знакомого человека вступить в группу, в которой регулярно публикуется информация о том, как можно кому-то помочь. Начала расспрашивать друзей — оказывается, многие испугались того, что служба милосердия при монастыре и это может быть связано с религией.

Действительно, эта служба при монастыре, но у нас никто не говорит о религии, никто не заставляет читать Библию или молитвы. Это личное дело каждого. Хочешь делать доброе дело — делай, а веришь ли ты в Бога — это уже твой личный выбор. Можно просто прийти и помочь разобрать вещи, принести вещи, которые уже не нужны, а бездомным пригодятся. Это не обязывает принимать православную веру.

«Добрые дела нужны не только для тех, для кого мы их делаем, но и для нас самих. Для нас самих даже в большей степени», — считает Маргарита.

Здесь довольно строгие правила приема вещей. Так может показаться на первый взгляд. На самом деле они просто напоминают о том, что сдать вещи бездомным или малоимущим — это не способ избавиться от ненужного хлама, а возможность помочь.

Правило №1. Верьте себе, товарищи. Если у вас есть сомнения — отдать или выкинуть, это неспроста. Выкидывайте. Нельзя унижать людей, предлагая им дырявые вещи.

Правило №2. Уважайте тех, кому собираетесь помочь. Не отдавайте нуждающимся людям заношенные и растянутые вещи, морально устаревшую одежду.

Правило №3. Вещь, при помощи которой вы хотите сделать добро, должна быть функциональной. Человек вытащил ее из пакета, надел и пошел. Давайте смиримся с тем, что благотворительную вещь надо привести в порядок. Придется приложить дополнительные усилия:

— проверяем пуговицы, замки, кнопки, молнии — они должны быть в рабочем состоянии; если их нет — пришиваем и вставляем.
— стираем; если пятна не отстирались — в помойку;
— проглаживаем;
— небольшие малозаметные единичные дырки допускаются, но — их надо зашить, разошедшиеся швы — застрочить;
— верхнюю одежду честно осматриваем — если вещь нуждается в химчистке, несем ее в химчистку, тратим время и деньги, но радуемся, что поступаем хорошо и правильно, и кто-то получит чистенькое пальтишко;

— вы и так много сделали, но будет лучше, если вы произведете предварительную сортировку: в один пакет — все мужское и надписать, в другой — постельное белье и надписать и т.д.

Правило №4. Отдаем не то, что не нужно вам, а то, что нужно им, людям в тяжелой ситуации. А потому лучше не отдавать странные вещи типа нейлонового пеньюара, корсета в клепках или болеро из парчи.

Правило №5. Нижнее белье. Только новое. Пусть самое простое и бюджетное. Белье нужно всегда и его всегда приносят мало. Необходимы также носки и колготки.

Правило №6. Обувь должна быть не стоптанная, с рабочей молнией, без дыр, с набойками, со стельками и шнурками.

Я никогда не воспринимала время, проведенное здесь, как работу. Мне находиться тут даже комфортнее, чем в офисе. На работе я не чувствую, что делаю что-то полезное. А здесь — разобрала вещи, кто-то их взял, и я вижу, что не зря это время провела. Возможно, поэтому меня не коробит то, что я не получаю за это денег. Я хочу кому-то помочь — иду и помогаю. Не абстрактными лайками, а реальным, пусть и очень простым делом.

Делать добрые дела — тяжелый труд

Таких историй, как у Кати и Маргариты, здесь много. Удивительно, что среди волонтеров в Добровольческой службе при Ново-Тихвинском монастыре довольно много молодых ребят. В основном, конечно, девчонки. А вот мужской помощи часто не хватает. «Не отправишь же девочку починить бабушке кран на кухне или замок поменять», — говорит Ирина Свистунова, координатор добровольческой службы.

С мужской одеждой тоже проблема: приносят много женских вещей маленьких размеров, детской одежды тоже хватает, а мужчин — не балуют. Для сравнения: под женскую одежду отведены около 5 стоек, а весь мужской гардероб уместился на одной стойке, да и то делит ее с одеждой для беременных.

С обувью та же беда.

Приходится вести список заявок. Самые актуальные позиции в нем — мужская обувь и одежда больших размеров. В особом дефиците всегда белье. Его приносят мало, а оно всегда нужно. Впрочем, иногда попадаются и необычные просьбы, например, учебники для детей или палочка-трость для стариков.

Еще одна беда — сезонность. «Чаще всего одежду приносят в межсезонье. Это понятно: люди меняют гардероб. Но для тех, кто приходит к нам за вещами, это беда. Сейчас вот кончилась зима, на пороге весна. Нам несут шубы и сапоги на меху, а нуждающиеся люди приходят за пальто и весенними куртками. Еще хуже осенью: народ несет к нам соломенные шляпки, купальники и парео, а на улице вот-вот уж снег пойдет», — объясняет Ирина.

Большого помещения у добровольческой службы нет — всего несколько комнат. Одну из них частично заняли под склад несезонной одежды.

Изнутри помещение добровольческой службы похоже на комиссионный магазин. Вот только ценников на вещах вы не найдете: все товары тут бесплатные. Взять их может любой нуждающийся. Ограничение только одно: не брать больше 10 вещей в неделю.

«Мы принимаем всех, не требуем справок о зарплате и не оцениваем внешний вид. Сюда может придти любой человек. Есть всего одно требование — иметь при себе паспорт. Документ нужен для того, чтобы мы могли вести учет. За один раз можно взять примерно 10 вещей», — рассказывает Ирина Свистунова.

Полки с одеждой для бездомных есть, но их самих сюда не пускают, чтобы соблюсти санитарные нормы. Для таких людей специально собирают полный набор одежды по сезону, от носков до пуховиков, ведь хранить и стирать одежду им просто негде.

Сбор одежды для нуждающихся и помощь одиноким старикам и инвалидам — только часть работы добровольческой службы. Целая команда волонтеров работает с детьми-отказниками, не отказывают здесь и тем, кто просто приходит в монастырь за помощью.

«Мы называем это работой со случаем. Случаи эти бывают совершенно разные. Один я вспоминаю до сих пор, — рассказывает Ирина Свистунова. — Девчушка, вся зареванная, шла мимо монастыря и буквально уткнулась в нашу монахиню. Та расспросила ее о том, что случилось и отчего она так горько плачет, а после отправила к нам. Оказалось, она родом из Иваново. Там влюбилась в гастарбайтера и поехала вместе с ним знакомиться с родителями. Вернее, так обещал ее жених. Но приехали они в Екатеринбург, поселились в доме под расселение, из которого уже выехали жильцы. Фактически это было общежитие гастарбайтеров, и бедная девочка всех иностранных работников обстирывала и на всех готовила. Еще и работала официанткой, по глупости оформила на себя кредиты для горе-жениха. Деньги он отправил на родину, а расплачиваться пришлось ей. Как только слово против скажет, так и побить могли. Когда она нам рассказывала об этом — у нас волосы дыбом вставали.

Спрашиваю — так ты почему домой не уехала? Боялась, говорит. Один раз пыталась сбежать, но жених нашел ее на вокзале, уговорил остаться. Мол, как он тут без нее? А у нее такой уровень ответственности, что она подумала: и правда, ну как он без нее. Осталась. Вот только жить лучше не стало: побои стали чаще и хуже…

Мы тут же позвонили родителям девушки. Когда мама услышала, что ее дочь в Екатеринбурге, то разрыдалась. Говорит, думали, что ее уж и в живых нет, ведь год прошел, а на связь она не выходила. Мы нашли деньги на билет до дома, собрали подарки, проводили ее, посадили в поезд и проводнице наказали, чтоб девчонку берегли. И пока мы не убедились, что она добралась до дома, сердце не успокоилось. Все тут за эту девчонку переживали».

Просить помощи приходят многие. Часть из них просто хотят получить деньги, но есть и те, которым действительно нужна помощь. Сотрудникам добровольческой службы приходится проводить мини-расследование, чтобы выяснить истинные намерения просителя, — связываться с родственниками, изучать документы, интернет и соцсети. Главное не пропустить того, кому действительно нужна помощь.

Как любой человек может прийти сюда за помощью, так и любой может чем-то помочь. Не нужно иметь много денег или свободного времени. И совсем необязательно быть православным и верующим вообще. Достаточно только желания.

Волонтеров пока немного, и их берегут как зеницу ока. «Мы понимаем, что надо очень любить и беречь своих добровольцев. Нельзя человека заставить ходить к бабушке 2–3 раза в неделю или повесить на волонтера сразу несколько пожилых людей, потому что психологически это очень тяжело, — говорит Ирина. — Это работа, и работа очень сложная, потому что связана с людьми. Причем это, как правило, не счастливые люди, а те, кто в чем-то нуждается, кому и так тяжело пришлось в жизни. Это огромная, подчас тяжелая работа и над собой самим… Мы всегда говорим, что помощь другим не должна быть в ущерб своей собственной семье, своему здоровью. Только так она будет приносить радость».

Если вы тоже хотите и можете чем-то помочь, то все подробности о добровольческой службе можно узнать на сайте или в группе «ВКонтакте».

Фото: Дмитрий Горчаков, 66.ru