Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Наш фильм про добро, любовь и треш». Интервью с продюсером сериала «Гриша Субботин» Евгением Горенбургом

«Наш фильм про добро, любовь и треш». Интервью с продюсером сериала «Гриша Субботин» Евгением Горенбургом
Фото: Григорий Постников для 66.RU
Команда «Ночи музыки» снимает сериал про студента-доставщика. Продюсером выступает Евгений Горенбург. В интервью 66.RU он рассказал, что создавать такое триллер-кино весело — особенно в пандемию. А еще, говорит Евгений Горенбург, сериал — это хороший способ объяснить себе и окружающим, почему стоит прожить всю жизнь в Екатеринбурге.

По словам Евгения Горенбурга, сериал «Гриша Субботин» строят по принципу «ничего кроме неинтересного», поэтому съемки проходят в секс-шопах, в тюрьме и в салоне ритуальных услуг. Общая картина выглядит эксцентрично, но, как говорит продюсер, это комедийный фильм о Екатеринбурге, который должен показать всему миру, почему наш город лучший на земле.

Интервью с Евгением Горенбургом вышло достаточно длинным, поэтому если сейчас у вас нет времени читать его целиком, отложите этот текст на потом. Коротко говоря, продюсер сериала и глава «Ночи музыки» рассказывает о том, что:

«Я не умею снимать кино, но хочу именно так показать всем Екатеринбург»

— Вы рассказывали, что идея снять фильм про Екатеринбург появилась еще в прошлом году и вы даже заказывали сценарий в Голливуде. Почему вы решили заниматься съемками? В прошлом году у вас было три крупных фестиваля и вы занимались подготовкой запуска новых проектов, таких как New Open и «Комитет музыкальной индустрии».

— Есть одна больная жизненная тема — объяснить, почему ты живешь в этом городе. Мне хотелось рассказать всем, что Екатеринбург — это не ноунейм. Меня дважды приглашали на работу в Москву. Я мог уехать и за рубеж по разным программам, но жизнь сложилась так, что я продолжаю жить здесь. Не могу сказать, что это было мое осознанное решение — скорее, так сложилось. Но даже для этого должно быть внятное, хотя бы сиюминутное, оправдание. У меня их несколько.

Я родился и вырос в Екатеринбурге. Как у любого животного, у меня есть некий понятный ареал обитания. Это моя комфортная зона — я знаю, куда пойти за хлебом или в театр. А кроме того, поскольку часто путешествую, постоянно ловлю себя на мысли, что мне приятно возвращаться в мой город. Я точно понимаю, что могу с Химмаша до Уралмаша доехать ночью за 20 минут и это удобно. В городе живут замечательные люди, с которыми мне интересно общаться. Я точно знаю, что есть места, где мне хорошо в этом городе, — например, иду на стадион «Динамо» и могу там просидеть какое-то время.

Фото: Григорий Постников для 66.RU

Предположим, для себя я как-то уяснил, почему остаюсь в Екатеринбурге. Дальше начинается новый этап — рассказать о том, что мы живем в самом лучшем месте на земле, всему миру. Я смотрю инструменты, которые помогают в этом. Кинематограф — один из самых успешных. О кино быстро узнают, а вдобавок это художественная штука, которая позволяет представить мир красивее, чем он есть.

Мне показалось, что наряду с фестивалем нам нужно снять большое кино про наш город, в котором бы он выступал в самобытной, самодостаточной роли. Поскольку я очень люблю триллеры и детективы, мне показалось, что если в таком жанре нам удастся это сделать, будет интересно.

Я обратился к ребятам, которые уже лет 15 живут и работают по мировым стандартам в Голливуде, с просьбой написать нам сценарий. Мы встретились, обсудили идею, думали даже про развитие истории героини-китаянки — мы же на границе Европы и Азии, поэтому это входит в нашу концепцию. Но потом случился коронавирус, а идея переросла своих создателей и потребовала больше экранного времени, чем серийный триллер, и становилась похожей на большой сериал.

— Но, судя по тому, что происходит на съемочной площадке, фильм совсем не про Екатеринбург. Это история конкретного парня, который попадает в трешовые ситуации — в полицию, на БДСМ-вечеринки, на какой-то очень торжественный банкет. Как это формирует бренд Екатеринбурга?

— Это разные истории. Тот фильм про Екатеринбург, о котором я рассказывал выше, обязательно будет когда-то, но не сейчас.

Я не умею снимать кино. Я всегда был где-то около кино, даже снимался несколько раз. Общая схема работы мне понятна, но опыта в большом художественном фильме у меня нет. Сейчас образовалось свободное время, наши массовые мероприятия остались вдалеке, а у меня прекрасная команда ивентеров, менеджеров, я стал искать возможности для нашей реализации, и мы решили снять совершенно абстрактное кино.

— То есть вы планируете снять еще один фильм?

— Он будет, если все мы будем живы, здоровы. Вообще будет много фильмов.

— Страшно ли было начать заниматься этой сферой? Это сильно отличается от ивентерской деятельности, которой вы занимаетесь, и присутствует серьезная конкуренция на рынке, где огромные площадки, как Netflix, ежедневно выпускают десятки новинок.

— Да они сами — эти площадки — и заинтересованы в том, чтобы кто-то постоянно создавал новый контент. Им постоянно нужна новая продукция.

Мне было не страшно. У меня был друг — первый гитарист нашего школьного ансамбля — Леша Балабанов, и он-то вообще окунулся в кино и звал меня участвовать. Как-то он снимал что-то в «Старой Крепости». Леша на одной из сцен зашел в тупик, и тогда я в силу своей самоуверенности принялся разводить ее. У меня все получилось, я совсем обнаглел и сказал ему: «Леха, я однажды сниму кино лучше, чем ты». К сожалению, он этого никогда не увидит.

Такая история. Жить-то вообще страшно, но давайте бороться со всеми страхами. Тут будет либо все хорошо, либо еще лучше.

«Нужно просто снять нормальное кино, и его возьмут бродкастеры»

— Съемки фильма предполагают не только большую трату времени и сил, но и финансовые вложения. Где вы так быстро нашли спонсоров?

— Когда мы решили снимать кино, появился Фонд развития интернета. Он выставил гранты на два миллиарда рублей на создание контента. И мы тогда решили сделать интернет-сериал.

Но мне кажется, что этот фонд финансирует очень несправедливо. Они сначала дают условно 5 процентов от суммы на начало процесса, потом еще 30 процентов, а остальное выплачивают, только когда ты уже все отснял, получил определенное количество просмотров и выполнил KPI. То есть через 1,5—2 года, а за это время ты мог уже и разориться. Кроме того, у деньгодателя всегда есть возможность признать, что ты не выполнил все задачи, а значит, и вовсе не давать тебе финансирование.

У меня есть добрый приятель Игорь Мишин, который возглавляет сейчас МТС ТВ. Я позвонил ему и попросил разместить наш сериал на этой площадке, потому что мы были заинтересованы в просмотрах для гранта. Он мне сказал, что незачем работать с фондом — нужно просто снять нормальное внятное кино, и его возьмут на МТС. Это уже некий вызов — теперь мы точно не можем сделать что-то «ненормальное».

— То есть «Гришу Субботина» купил МТС?

— Пока нет. Они сказали, чтобы мы сняли сначала, а там посмотрят. Мы будем предлагать нашу картину не только МТС, но и другим стриминговым сервисам и телеканалам. Пока мы этим не занимаемся — на этапе сценария владельцы бродкастинга не очень готовы разговаривать, им нужен пилот. Мы через пару дней закончим съемки, потом нам понадобится время, чтобы смонтировать пилот, и с ним мы пойдем ко всем.

«Кроме репутации, на нас уже ничто не работает»

— Но кто тогда финансирует съемки сейчас?

— Сейчас это все частные инвестиции. Конечно, мы оптимизируем все затраты, и много нам удалось, особенно благодаря компаниям «Юста», «Галамарт» и прочим.

— Эти компании также спонсируют «Ночь музыки»? Вам помогает в съемках то, что команда уже зарекомендовала себя как организатора успешных фестивалей?

— Да, и мы это используем. «Ночь музыки» работает прежде всего на мой образ. Но, конечно, спонсоры дают деньги под имя, под человека. И я сейчас чувствую ответственность, чтобы оправдать ожидания, поскольку, кроме репутации, на нас уже ничто не работает.

«Будет много треша»

— Как шла работа над сценарием после того, как «сюжет перерос своих авторов»?

— Я стал смотреть сценарии и пилоты сериалов. Потом написал нашим сценаристам в Голливуде, что им нужно все переделать. Один из них, Леонид Андронов, прислал нам пилот, который собирались делать парни из Челябинска, — фильм про доставщика еды. Мне идея понравилась — этот парень может попадать в любые ситуации, на которые хватит фантазии. И, кроме того, тема актуальная сейчас — доставщики еды стали одними из главных героев самоизоляции. Так мы начали работать над сценарием.

В этом сериале я хочу показать красивые локации Екатеринбурга. Поскольку это комедия, в ней будет много треша. Но, по большому счету, это история про человека, про добро и зло, про искреннюю любовь и добрые дела. Главный герой, в какую бы жесткую ситуацию ни попадал, всегда зарешивает. И причем зарешивает с гуманистическим посылом. А все остальное — шелуха. Мы снимаем и в секс-шопе, и в ритуальной конторе — это точки кристаллизации человеческих интересов, которые мы эксплуатируем. Но, по большому счету, это кино, в котором добро всегда побеждает зло.

Съемка на площадке доставляет удовольствие всем участникам процесса. Вот, например, у нас была съемка 3 августа с массовкой, там поставили песню «Белый цикламен» — по аналогии с «Белыми розами», — и все развеселились, даже угрюмые операторы, хотя работали целый день. Это внушает оптимизм. Ведь у ивентеров одно правило, которое мы перенесли в кино, — «ничего кроме неинтересного», это наш лозунг. Поэтому фильм будет интересным.

«Создателей сценария ждут сюрпризы в итоговом фильме»

— Как вы набирали актерский состав? У многих нет актерского образования, и даже, например, Андрей Михайлов, который играет главную роль в сериале, только поступает в актерский институт.

— В целом у нас прекрасная команда. Я был просто очарован — хотя в моем-то возрасте пора уже разочаровываться — насколько в Екатеринбурге гениальные артисты.

Мы проводили кастинги, в которых приняло участие порядка 1000 претендентов. На роль Гриши было около 10 человек. В последний момент на его роль было три кандидатуры. Один по типажу не укладывался, но у него было прекрасное имя — Ролан Быков, как тот самый режиссер, который снял «Чучело». Конечно, Ролан Быков в главной роли — это отличное продвижение для сериала. Но мы решили не кривить душой, и осталось два претендента. Были многоразовые просмотры, и в итоге мы выбрали Андрея просто потому, что он добрее и в его глазах нет лукавости. Он — классический пример простака, который выбирается из всех ситуаций. Кроме того, он из актерской семьи, поэтому у него много умений.

— На прошлой неделе был инцидент: на съемочную площадку приехали полицейские и задержали одного из актеров — Романа Мыльникова — за то, что он снимался в полицейской форме. Почему так произошло и почему именно в этот день — ведь до этого уже были съемки в полицейском участке.

— Я не знаю, кто им позвонил и пригласил на площадку. Мы в администрации согласовывали, что будем снимать в это время у Театра драмы, но они не знали сюжета съемок. С этой ситуацией быстро разобрались — спасибо нашей полиции, все заняло минимум времени.

Вообще, нам сильно помогают городские структуры. Мы везде снимали — в башне «Исеть», в клубе «Центр», в тире «Динамо» и в других общественных местах. А еще у нас есть идея снять нашу ратушу. Пока обговаривается месседж, чтобы у главного героя была доставка в часовой механизм администрации города. И если бы наш герой высунулся в техническое окошко башни, было бы очень красиво. Если нам хватит времени и средств, то мы это постараемся реализовать. Пока я очень воодушевлен.

— То есть вы дорабатываете сценарий по ходу съемок?

— У нас все на площадке — творческие люди, у которых много идей. Поэтому мы отступаем от написанного. Думаю, создателей сценария в Голливуде ждет несколько сюрпризов. Надеюсь, приятных — мы же во вред не хотим делать.

«Мне, как руководителю, главное ничего не делать самому»

— Сериал будет состоять из 10 серий по 12-13 минут. Планируете ли вы делать несколько сезонов или ограничитесь одним?

— Это наш первый опыт серьезного кинематографа, когда к нам из Москвы приехали три машины оборудования, много людей, и вообще все серьезно и требует серьезных вложений. Будем ли мы снимать его дальше, станет понятно, когда мы выпустим эту часть. Если зайдет, то почему бы и нет. Также мы не исключаем возможности перевода его на другие языки, чтобы его посмотрели не только в России.

— Но ведь в следующем году фестивали и другие мероприятия, скорее всего, вернутся в нашу жизнь. А на съемках также задействована часть команды ивентеров. Как вы будете успевать заниматься двумя такими большими сферами сразу?

— Мне, как руководителю, главное ничего не делать самому, а делегировать и контролировать. Мои ребята со всем справляются. Но 90 процентов на съемках — это люди, непричастные к проведению мероприятий. Из 18 человек команды фестиваля только 10 заняты сериалом. Поэтому мы все сможем сделать в лучшем виде.