Раздел Бизнес
30 сентября 2013, 12:15

Пока молчит Холманских. Зачем банкротить «Свердловскавтодор»

Пока молчит Холманских. Зачем банкротить «Свердловскавтодор»
Фото: Дмитрий Горчаков, архив 66.ru
Больше недели прошло с того момента, как работники предприятия обнародовали письмо к полпреду с требованием уволить их руководителя. Пока ответа нет, разберемся в логике поступков директора «Автодора».

Коротко напомним: в открытом письме полномочному представителю президента Игорю Холманских сотрудники «Свердловскавтодора» утверждали: их нынешний руководитель Дмитрий Рыбин заключает заведомо невыгодные контракты, нарушает законодательство о закупках и таким образом планомерно убивает предприятие в пользу тюменского конкурента — «Аэродромдорстроя».

Как поясняют инсайдеры, близкие к руководству «Свердловскавтодора», письмо полпреду недовольные работники адресовали совершенно сознательно: они понимали, что только Игорь Холманских может уволить г-на Рыбина. «Он, так скажем, не успел войти в региональные элиты, держится от них в стороне и способен на внезапные поступки: возьмет — да и натравит на руководство «Автодора» прокуратуру», — пояснил наш источник.

«Свердловскавтодор» — государственное предприятие в федеральной собственности. Непосредственные начальники Дмитрия Рыбина трудятся в Федеральном дорожном агентстве. Им жалобщики предусмотрительно направили копию письма. А еще — в Министерство экономического развития РФ и в Федеральное агентство по управлению государственным имуществом.

Авторы письма надеялись на блицкриг, полагали, что непредсказуемый полпред пойдет на скоропостижные решения и действия, продолжает наш инсайдер. Не вышло. Дело «Свердловскавтодора» тщательно изучают подчиненные Холманских, рассказывают в полпредстве. Реакция будет. Но какая?

Пока сотрудники полпредства роются в документах, коротко расскажем о том, что они могут там найти. Для этого по пунктам рассмотрим изложенные в письме факты.

Факт первый. Дмитрий Рыбин доводит предприятие до банкротства. В качестве подтверждений его сотрудники приводят два иска с требованием признать «Свердловскавтодор» несостоятельным. Такие заявления в картотеке дел свердловского арбитража действительно значатся. Но, отметим, пока нет судебного решения, ничего криминального в этом нет. Любой контрагент любой компании может подать такой иск. И сам факт его наличия еще ни о чем не говорит. Так что наказать г-на Рыбина за это не получится.

Факт второй. Директор «Автодора» заключил с тюменским «Аэродромдорстроем» заведомо невыгодный контракт. Как утверждают авторы письма, за 250 млн рублей он взялся ремонтировать несколько участков Тюменского тракта, а реальная стоимость таких работ составляет не менее 900 млн рублей. Об этом контракте мы писали много и подробно. Найти нарушения здесь сложно. Просто потому что весь процесс субподрядных работ крайне непрозрачен.

Факт третий. Руководство «Свердловскавтодора» закупает товары и услуги через аффилированных поставщиков в обход законодательства. Этот тезис источники в предприятии подтверждают. По их словам, в обход законодательства «Автодор» продлевает с постоянными поставщиками договоры по умолчанию: в конце каждого года контракты автоматически пролонгируются еще на 12 месяцев. Хотя законодатель обязывает все государственные предприятия каждый раз проводить такие договоры через процедуру открытых тендеров. Установить это нарушение легко может прокуратура, утверждает инсайдер. Полпреду остается только «натравить силовиков», полагает он.

Косвенные признаки того, что в «Свердловскавтодоре» не все в порядке с закупками, есть даже в открытом доступе. Согласно официальному отчету самого предприятия, например, в марте текущего года оно заключило договоров с поставщиками на 39,98 млн рублей. Из них — 37 млн (!!!) прошли без конкурса. Контракты, якобы, подписали с единственным возможным поставщиком.

Чем закончится история с открытым письмом для Дмитрия Рыбина — пока загадка. Вполне может быть, он все-таки сохранит свой пост благодаря «тюменским покровителям» (к таковым, в частности, относят губернатора Евгения Куйвашева). Но, как мы уже рассказывали, с высокой долей вероятности все, о чем говорят авторы письма, — правда. И директор «Свердловскавтодора» действительно ведет предприятие к банкротству. Зачем? Сейчас расскажем.

Уничтожение нашего «Автодора» не выгодно никому. Если предприятие разорится, строить и ремонтировать дороги в Свердловской области будет просто некому. Тюменский «Аэродромдорстрой» действительно нацелился на среднеуральские контракты, но нужно понимать: производственных мощностей здесь у него просто нет.

Потому ему нужен субподрядчик — компания, которая по факту будет выполнять все работы. И «Свердловскавтодор» с его мощностями на такую роль подходит идеально. Тем более что его можно заставлять работать даже в минус. Предприятие государственное. Если что — его спасут за счет бюджета.

Кроме того, «Автодор» выполняет работы, за которые никто из его конкурентов по дорожному рынку не возьмется: поддерживает в нормальном состоянии множество коротких участков дорог к свердловским деревням. Это мелкие контракты. Много на них не заработать. А украсть и вовсе нечего. Но кто-то должен эту работу делать.

В общем, просто по логике, убивать «Свердловскавтодор» никто не планирует. Но чтобы тюменским дорожникам никто не мешал осваивать свердловские госзаказы, его нужно вычеркнуть из всех тендеров, сделать простым подрядчиком. И процедура банкротства для достижения этой цели подходит идеально.
Запустив ее, предприятие (как набор активов) сохранится. Оно по-прежнему сможет выполнять подрядные работы. Вот только на тендеры заявляться не сможет.

Потому все логично. Если Дмитрий Рыбин действительно работает в интересах «Аэродромдорстроя», он должен рассматривать банкротство как инструмент выполнения поставленных задач. Единственное, что в этой цепочке фактов не поддается логике, — это постепенное разрушение технической базы «Автодора».

Вот что пишут по этому поводу авторы коллективного письма полпреду: «В связи с нехваткой денежных средств не производится закупка запасных частей для дорожно-строительной техники, асфальтобетонных заводов, в результате чего механизмы выходят из строя, что делает невозможным выполнение государственных контрактов».

Знакомые с ситуацией дорожники это подтверждают: «Да. Все так и есть. У заборов растет кладбище техники. Текущим ремонтом никто не занимается: гоняют машины, пока те не сломаются. А как сломаются — просто ставят у забора».