Екб качает. «Я не хочу развлекаться, [я хочу быть чемпионом мира]»

Продолжаю знакомить вас с титулованными, но малоизвестными атлетами родного города. Вот уже третий месяц напрашиваюсь на индивидуальные тренировки и выясняю, как живут и чему учат мясистые мужики Екатеринбурга. Я уже писал, что среди нас живут и рекордсмен мира по жиму штанги, и брутальный кроссфитчик, даже собственное движение workout в Екатеринбурге есть. А на прошлой тренировке мне объяснили, как легко можно нейтрализовать врага. На этот раз едем с фотографом чуть за город. К чемпиону мира по самбо среди юниоров в весе до 100 кг — Дмитрию Торгашову.

Отправился я в ДЮСШ «Лидер» в Верхнюю Пышму с четким настроем: сейчас меня встретят, проведут тренировку и все подробно объяснят. Эх, мечты, мечты. Здесь все строго по времени, по графику, по таймеру. «Я все понимаю, но у нас тут тренировка», — сказал мне кто-то из тренеров. Да я, в общем-то, тоже все понимаю, поэтому, не медля, влился в общую группу и стал разминаться.

— Дима, сколько тебе лет и во сколько начал самбо заниматься?
— Сейчас мне 20, а занимаюсь с 11.

— Откуда ты родом?
— Башкирия, город Туймазы.

— А как тебя к нам занесло?
— Да тренер, который там меня учил, Тимур Галямов, раньше тут тренировался и очень здешних мастеров хвалил. Вообще у нас все знают, что в Екатеринбурге сильная школа самбо.

— То есть ты от тренера узнал и поехал с желанием попасть в команду Свердловской области?
— Да.

— В каком году это было?
— Третий год уже здесь занимаюсь.

— Приехал в каком звании к нам?
— На момент приезда я был бронзовым на чемпионате России.

— Когда добился первых результатов здесь?
— Как приехал, то есть в первый же год стал чемпионом России. После этого на мировой чемпионат поехал. Сейчас с ускорением бежим, не отставай.

— И какое место занял на первом для тебя «мире»?
— Третьим только стал, но уже через год снова поехал и золото привез.

— Сколько всего поединков было?
— Всего три.

— Соперники лютые?
— Конечно, там других не бывает.

— А живешь-то ты сейчас где?
— В корпусе училища олимпийского резерва.

— То есть ты не просто тренируешься, ты еще и в училище поступил?
— Да, нормативы сдал. Хочу быть в будущем тренером по самбо.

— Распорядок дня какой у тебя? Сколько тренировок?
— Две тренировки в день, в 10 и в 18.

— Между ними что?
— Ем и сплю. Иногда занятия есть.

— А вечером чем занимаешься?
— В 23:00 отбой.

— То есть как, вообще никуда не ходишь, не развлекаешься?
— Ну, мы здесь тренируемся. Училище олимпийского резерва.

— А как же самоволка или там в кино сходить?
— Дак я не за этим сюда приехал, я приехал, чтобы тренироваться.

После этих слов тренер скомандовал: «Разбились по парам, отрабатываем захват и защиту, 5 минут, поехали! У кого нет пары, стоим!». Дима быстро определился с партнером и убежал от меня.

Единственное, что мне оставалось во всей этой строгости, — немного подслушать разговоры спортсменов, чтобы вам рассказать. Рассказываю:

Атмосфера тут, прямо сказать, сбивающая с толку. С одной стороны строгий тренер и режим, с другой стороны, пока боролись в партере, одни шутили и смеялись во время «болевого на руку», другие подкалывали друг друга, третьи вообще обсуждали повседневные дела. Все это вверх ногами, удерживая соперника в нужном положении.

Что ж он за зверь такой, в 20 лет чемпион мира и все тут только о нем говорят, подумал я и начал действовать. Сначала пробую выцепить самого чемпиона.

— Дим, ну что, проведешь для меня тренировку?
— Это через тренера решай.

— Скажите, могу я Торгашова хоть на пару минут забрать?
— Ты чего в самом деле, пойми, тренировка у нас, они работают строго по времени (показывает мне секундомер).

— Мы ж договаривались, вы тоже поймите, мне очень надо!
— Ладно, сейчас они накаты отработают, и я тебе 5 минут дам, хватит?

— А у меня есть выбор?
— Эй, длинный, сюда иди. Ты разве длинный? Вернись обратно. Конечно, Торгашова зову, кого еще-то, он ведь у нас длинный, — добродушно, рассмешив всех, кричал тренер через половину зала. — Иди с человеком, побросай его там, «болевые» покрути, делай все, что скажет, 5 минут вам, — сказал тренер Торгашову, и Дима кивнул. Так я заполучил на целых пять минут чемпиона мира по самбо.

— Дим, мы с тобой остановились на том, что распорядок строгий. На родину-то хоть отпускают?
— Да, раз в два месяца на недельку можно сгонять.

— Там хоть отрываешься с друзьями, с родственниками?
— Ну да. Там и режим можно нарушить.

— О! Нарушить режим, как?
— Например, на час позже спать лечь.

— Да ты хулиган и нарушитель!
(Смеется).

— У меня в голове не укладывается строгость распорядка вашего, как так?
— Да ладно, мы днем иногда по выходным можем в город выехать, пройтись чуток, но я повторюсь — мы здесь не для этого. Я чемпион среди юниоров, теперь буду среди мужчин, во взрослой категории уже бороться, мне нужно тренироваться и отдыхать, зачем мне клубы и прочая трата времени?

— Вообще логично, да. Тогда скажи, а ты тратой времени считаешь гражданские акции типа «русского марша»?
— Это что такое?

— Ну, это люди такие, они идут по городу, машут флагами Российской империи и просят вернуть былые времена. Как тебе?
— Ерунда какая-то, надо силу по назначению применять, на тренировках, на соревнованиях. Создавать нужно что-то, а не пикеты устраивать. Ты бы вот если не сказал, я бы о таком марше и не узнал. Следовательно, для кого они это делают? У нормальных спортсменов на такое времени нет. Лично я планирую в дальнейшем детей самбо учить, чтобы и на соревнованиях выступали, и за себя постоять могли.

— Кстати, о том, как за себя постоять. У единоборцев профессиональных есть такая проблема: если упыря какого-нибудь отмороженного при самообороне покалечишь — посадят. Тебе как?
— Все правильно, если ты владеешь приемами, то должен и головой работать. Профессионал обязан нести ответственность за свои поступки.

— Добро. Тогда давай экспресс-тренировку проведи мне, раз уж времени не так много.
— Что? Экспресс? Это как?

— Ну, основные приемы, что, как, почему?
— Я перед тем как сюда попасть, 6 лет тренировался, а ты быстро хочешь? Не знаю, давай покажу свои коронные приемы и их растолкую.

— Давай.

— А как мне от такого защищаться?
— Твоя задача тут ногу протолкнуть, чтобы у меня рычага не было, на голени уже не сделать болевой, точнее, крайне сложно это будет. Ты берешь за отворот куртки и к себе прижимаешь еще, так вообще нейтрализуешь атаку.

— Какие еще у тебя в арсенале козыри?
— Еще я классику люблю, это «болевой на руку». Прием простой, но если четко и правильно делать, то будешь, как я, поединки досрочно заканчивать. Ложись на спину, сейчас все разложу.

— Так?
— Да, неплохо. Только это все нужно много отрабатывать, чтобы скорость и сила была, иначе не вырвешься. А так, если честно, я больше в партере предпочитаю бороться, перевожу из стойки.

— Так, раз уж начали защиту мне ставить, то как я должен не дать тебе перевести в партер борьбу?
— А тут попроще: я начинаю валить тебя вниз, ты при этом держишься на ногах и тянешь меня за ворот, чтобы у меня точки опоры не было.

— Скажи, ты думал когда-нибудь о другом единоборстве, микстфайт, например?
— Нет, только самбо, это чисто русский спорт и мне он больше всего нравится.

— Хочешь быть стабильным членом национальной сборной?
— Разумеется, для этого и тренируюсь.

— Какая в самбо основополагающая идея? Философия есть?
— Э-э-э…. Тут просто надо быть адекватным, развитым и понимать, что ты должен приносить пользу как близким, так и обществу.

— Не поздно начинать в моем возрасте самбо заниматься?
— Никогда не поздно, просто начни и стремись, дисциплина и режим помогут результатов достичь.

— Спасибо тебе за уделенное время, тренируйся, иди, тренер вон уже машет. Успехов тебе и медалей золотых. Хочешь напоследок добавить что-нибудь, про парней-борцов здешних, например?
— А, да, все пацаны тут крутые.