Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Воры вне закона. Что нам дали два года государственной борьбы против королей преступного мира

19 июля 2021, 10:00
Воры вне закона. Что нам дали два года государственной борьбы против королей преступного мира
Фото: Анна Коваленко, 66.ru
В 2019 году российские власти объявили войну ворам в законе, приняв соответствующие поправки в Уголовный кодекс. Параллельно с этим идеологически близкое к «законникам» движение АУЕ признали экстремистским. Несмотря на то, что многие юристы называли поправки в УК «мертворожденными и неработающими», по всей России стали задерживать криминальных авторитетов. Количество находящихся на свободе воров в законе стало стремительно сокращаться. А после нескольких обвинительных приговоров представителям АУЕ, об этом движении сегодня и вовсе вспоминают в прошедшем времени. Можно ли говорить о победе государства над ворами в законе и смерти воровской идеи – в материале 66.RU.

Реакция «порядочного человека»

В июне 2021 года Липецкий областной суд впервые в российской практике оправдал обвиняемого по статье 210.1 УК РФ — «Занятие высшего положения в преступной иерархии». Тенгиз Гигиберия, известный в криминальных кругах как Тенго Потийский, с 2005 года отбывал срок наказания по обширному списку преступлений. В места заключения Гигиберия попал в статусе вора в законе. В 2020-м он уже должен был освободиться. Но за год до этого в Уголовном кодексе вступила в силу антиворовская статья 210.1, согласно которой преступлением считается уже сам факт пребывания в статусе вора в законе.

Против Потийского силовики возбудили новое уголовное дело, обвинив его в занятии высшего положения в преступной иерархии. Неожиданно для всех Тенгиз Гигиберия в суде поклялся никогда больше не вести преступную деятельность. Он не отрицал свой воровской статус, но заявил, что оставил криминальный мир в прошлом.

«Я вам слово даю — преступной деятельностью не заниматься и жить со своей семьей. Ваша честь, я порядочный человек и клянусь всем святым…» — приводит слова Тенго Потийского Gorod48.ru. Суд встал на сторону обвиняемого и оправдал Гигиберию за отсутствием состава преступления.

Для неподготовленного читателя стоит разъяснить: сенсационность поступка Тенго Потийского заключается в том, что по уголовному своду правил отказ признать свой статус для подлинного вора в законе равнозначен его потере, которая зачастую дополняется и более суровыми санкциями со стороны адептов криминальной идеологии.

В тени осталось то, что, начиная с апреля 2021 года, ряд воров в законе обратились с письмами к директору Федеральной службы исполнения наказаний Александру Калашникову, в которых сообщали о сложении с себя воровских полномочий.

Данил Сергеев, доцент кафедры уголовного права Уральского государственного юридического университета:

— Вор в законе — профессиональный преступник, такой реликт советской профессиональной преступности. В 90-е и позднее многие воры слились с организованной преступностью. Во многом их значение было и сохраняется как арбитров, наиболее авторитетных советников в криминальных делах, но, конечно, они уже не имеют того значения, какое имели 15–20 лет назад и более. Недаром говорят, что настоящих воров в законе сегодня уже не осталось. В этом смысле норма ст. 210.1 УК РФ, устанавливающая уголовную ответственность за занятие высшей иерархии в преступном мире, несколько устарела. Она вряд ли сможет достичь той цели, которая перед ней ставится. Думается, что государство в первую очередь задумало борьбу именно с идеей, наметившимся интересом среди молодежи к теме профессиональной воровской преступности. Так что считаю, что ст. 210.1 — более символ, чем сила.

Идея под запретом

Проводником воровских идей из мира криминала в среду молодежи российские чиновники считают «Арестантское уркаганское единство» (АУЕ — запрещено на территории РФ, признано экстремистским). Об опасности АУЕ журналисты и чиновники начали говорить с середины 10-х. Якобы представители этого движения набирают неофитов из молодежи, которых заставляют собирать дань с одноклассников и скидываться в общак криминальных группировок, отправлять деньги арестантам в колонии.

Но люди, имевшие непосредственное отношение к криминальному зазеркалью, никогда не воспринимали эти разговоры всерьез.

Михаил Орский, бывший криминальный авторитет, автор книги «Путь русского гангстера»:

— Категорически утверждаю, что АУЕ не имеет отношения к преступному миру! Даже Костя Костыль (скончавшийся в 2020 году вор в законе Борис Константинов) говорил, что АУЕ — это нечисть, клоуны! Склонен предполагать, что это шутка подвыпившего блогера, которая оказалась удачной и ее стали повторять менты, школьники и дамы с накачанными губами. И только потом она дошла до лагерей.

Однако государственные деятели шутить не собирались. В МВД представителей АУЕ называли «боевой единицей акций протеста, массовых беспорядков и преступлений» .

В 2018 году в Екатеринбурге, задолго до признания «уркаганского единства» экстремистским, силовики возбудили дело против создателя крупнейшего в России паблика в соцсети «ВКонтакте» с околотюремным и криминальным контентом. К моменту блокировки на страницу соцсети было подписано 320 тысяч человек.

Сотрудники ФСБ обвинили администратора паблика Николая Бабарику, его супругу и приятеля, помогавших вести страничку, в создании экстремистского сообщества и возбуждении ненависти к сотрудникам Федеральной службы безопасности и полиции.

Фото: Дмитрий Антоненков

Судебный процесс над сообществом Бабарики

В ходе судебного процесса адвокат супруги Бабарики Натальи Алексей Бушмаков задавал обвинителям риторические вопросы: «Если на четках есть воровская звезда — они криминальные? Как простой гражданин, не будучи специалистом, психологом, лингвистом, филологом, может это определить? Отделить экстремистское от общедоступного и некриминального? Это большая задача. У меня два высших образования, и я не знаю, что именно будет криминальным, кроме каких-то идей о совершении насилия в отношении сотрудников правоохранительных органов. Больше ничего там нет».

Гособвинитель Георгий Паникаров на это отвечал: «Материалы однозначно содержат призывы к применению насилия в отношении представителей власти, сотрудников правоохранительных органов. Приходится вспоминать одну английскую поговорку: «Если нечто передвигается как утка, ходит как утка, крякает как утка, то это однозначно утка!» Поэтому когда подобного рода материалы публикуются во множественном количестве, это позволяет сделать вывод, что присутствует умысел».

В разгар этого первого в России судебного процесса над представителями АУЕ, в августе 2020 года, Верховный суд РФ признал движение экстремистской организацией. Тогда в разговоре с корреспондентом 66.RU гособвинитель Паникаров подчеркивал: «Верховный суд лишь подтвердил выводы следствия по делу Бабарики об опасности этого явления».

В сентябре 2020 года Николая Бабарику приговорили к семи годам колонии общего режима. Его супругу Наталью — к четырем условным годам, а их помощника — Артема Зуева — к трем годам и девяти месяцам общего режима.

Что такое АУЕ

После ареста Николай Бабарика, который на воле был военнослужащим, смог узнать в реальности, что же такое «Арестантское уркаганское единство». В период следствия и судебного процесса он содержался сначала в знаменитом московском СИЗО «Лефортово», а потом в камерах екатеринбургского централа.

Корреспондент 66.RU несколько раз общался с Бабарикой в изоляторе № 1. Каждый раз, словно оправдываясь, Николай заявлял: «Я никогда не имел какого-то отношения к криминалу. Я занимался созданием пабликов и их продажей. Мне просто была интересна эта тема (криминальная субкультура). Она была не сильно развита. Поэтому стал развивать. На своем ресурсе я аккумулировал любую информацию. Я разговаривал с людьми, которые отсидели. Мне даже эти разговоры о тюрьме казались смешными, что ли».

Фото: Дмитрий Антоненков

Теперь Бабарике не до шуток. Впрочем, присутствия духа он не потерял. При последней встрече с корреспондентом 66.RU Николай содержался в чистой двухместной камере.

Николай Бабарика, осужденный:

— Я увидел, как люди сидят, вживую. Не по рассказам, фотографиям, а вживую! Моим самым большим удивлением было то, как здесь на самом деле. Это не так, как рассказывают нам в фильмах или интернете. Тебе на воле кричат: «Брат, АУЕ, взаимопомощь!» Никто из тех, кто это писал-кричал, мне не помог, когда я попал сюда. Здесь каждый сам по себе. АУЕ — это просто слова, за которыми ничего нет. Но за них можно получить реальный срок. Когда я приехал сюда, многие смеялись: «Закрыли за АУЕ! Ха-ха-ха». А когда мне объявили приговор — семь лет, люди стали осторожнее. Сделали вывод и задумались, что за это можно получить срок.

Больше всего Николай страдал от однообразия жизни в изоляторе и тосковал по родным. В период следствия его супруга родила сына, которого Николай пока смог увидеть только на фотографиях.

Николай Бабарика:

— Очень не хватает общения с людьми, с близкими. Постоянно находишься в одном замкнутом помещении. Живешь по режиму. Если на воле ты мог выйти, прогуляться, тут ты ограничен во всем.

За несколько проведенных лет в СИЗО первый осужденный в России за пропаганду АУЕ Николай Бабарика так и не стал похож на закоренелого урку.

Юрий Блохин, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин ЮРИУ РАНХиГС:

— АУЕ — никакое не движение, не формирование, а идеология! Это все равно что признать, к примеру, буддизм организацией. Я думаю, что это некий ребрендинг воровской идеи.

Воровская идея

Еще при Советском Союзе силовики проводили несколько кампаний по искоренению воров в законе. Одной из самых знаменитых стала так называемая «сучья война» — противостояние воров — ветеранов ВОВ («сук») и убежденных «законников», продолжавших отрицать служение государству. Администрация ГУЛАГа, воспользовавшись этим противоречием, целенаправленно перетасовывала ортодоксов с ворами новой формации. В исправительных лагерях между сторонами началась война на физическое уничтожение. Позже для «ломки» «крестных отцов» МВД создало в Соликамске особую колонию — «крытку» «Белый лебедь», где для достижения цели применялись жестокие физические методы.

Подобными практиками к брежневскому застою советским силовикам удалось сократить количество «законников» до 60 человек. Но к началу перестройки их насчитывалось уже более 600!

Юрий Блохин:

— Мне кажется, что нынешняя антиворовская кампания — своеобразный реванш силовиков. В 90-е руки у них были связаны, опыта не было. А сейчас, в ходе закручивания гаек и выстраивания вертикали власти, появилось понимание, что необходим контроль и за преступниками.

К началу новой антиворовской кампании — 2019 года, базы МВД насчитывали более 400 воров в законе. Более 200 из них находились на свободе на территории России.

В отличие от прошлых кампаний, в ходе нынешней власть пытается подавить и распространение самой криминальной идеологии. Вслед за поправками в УК и запретом АУЕ, в 2020 году под раздачу попал сайт «Прайм крайм», освещавший события вокруг воров в законе. Его заблокировали по решению суда за пропаганду «уркаганского единства».

Ольга Чантурия, адвокат:

— Государство заявило, что настолько открытую публичную «власть» — это в отношении иерархов — в криминальном сообществе не потерпит и агитацию уклада преступного мира будет наказывать. Грубо говоря: «Уйдите в тень, если хотите существовать как регулятор преступного мира, не мелькайте в публичном пространстве». Кроме того, внутри самого сообщества назрели предпосылки перемен, начиная от отказа от названия авторитетов «ворами в законе», которое в свое время было присвоено администрацией ГУЛАГа.

Противоречия среди представителей криминального мира назревали еще с 90-х. С того времени большинство воров в законе, оперируя «понятиями», тем не менее все дальше отходили от своих жестких неписаных традиций — обзаводились семьями и статусным имуществом, совершали лично или заказывали убийства, употребляли наркотики и сотрудничали с властью.

Михаил Орский:

— Воровская идея заключалась в противостоянии и неприятии советской власти: отказ служить в армии, состоять в организациях. Но Советского Союза нет десятки лет. Армия переходит на контрактный режим, состоять в компартии уже давно никого не заставляют. На каких принципах теперь зиждется воровская идея? Не работать и жить преступлениями? Если идея хочет выжить — то она ждет своего идеолога.

Между тем Россия повторяет путь, проделанный грузинскими силовиками. С подачи Саакашвили в середине «нулевых» в Грузии ввели подобные российским поправки в Уголовный кодекс. Правда, в бывшей советской республике наличие воровского статуса грозило не только сроком заключения, но и конфискацией имущества. Такие меры вынудили «законников» перебраться с территории Грузии на Украину и в Россию.

Ольга Чантурия:

— В Грузии признали подобную меру неэффективной. Потому что воры в России стали массово принимать в семью «молодняк» («короновать» новых «законников»). В итоге воров выпустили, но заставили покинуть территорию страны. Теперь в Грузии осталось несколько воров, которые не высовываются, залегли на дно.

Сегодня эта ситуация повторяется в России. Наиболее видных авторитетов, засветившихся в публичном поле, заставили либо покинуть пределы страны, либо задержали и предъявили им ст. 210.1 УК РФ.

К примеру, известный свердловский «законник» Авто Копала (Автандил Кобешевидзе), наиболее часто привлекавший внимание СМИ, вынужден был уехать из России на Украину. К тому моменту силовики возбудили против него уголовное дело по факту «занятия высшего положения в уголовной иерархии». Кобешевидзе задержала полиция Одессы за поддельный паспорт. В июле 2021 году его попытались депортировать (по месту рождения) в Грузию. Но в аэропорте Борисполь Авто Копала съел свой паспорт, чем сорвал посадку на самолет. Свердловчане, близкие к Кобешевидзе, комментируя этот казус, с улыбкой называют его «актом патриотизма».

Фото: Дмитрий Антоненков

Другой екатеринбургский «законник» — Гия Свердловский (Георгий Акоев) — попал под прицел СМИ после своего освобождения в августе 2017 года. Но с тех пор в публичное поле не просочилось о нем никаких сведений. Не исключено, что именно поэтому он продолжает спокойно проживать в Екатеринбурге, хотя и проходит по базам силовиков в качестве вора в законе.

Все собеседники 66.RU сходятся во мнении, что под напором внутренних противоречий и внешних угроз воровское сообщество будет меняться.

Юрий Блохин:

— Преступный мир постоянно мимикрирует. Они придумывают контрмеры госполитике. К примеру, когда начались ломки в «Белом лебеде», то воровской мир принял решение заочно раскороновывать «законников», которые там отбывали. Но рано или поздно все воры бы прошли через это и никого бы не осталось. Тогда позже внесли поправку — те, кто достойно прошел через «Лебедя», сохраняет воровской статус. Поэтому думаю, что, спасая свою свободу сегодня, они как минимум перестанут признавать себя ворами.

Екатеринбургский адвокат Ольга Чантурия, по роду деятельности знакомая с королями преступного мира, уточняет, что победить преступность невозможно, а потому государство выдавливает криминальных патриархов из публичного поля.

Ольга Чантурия:

— Государству не нужны открытые конфликты криминальных структур, когда весь мир обсуждает российскую преступность. Вспомните, какая волна поднялась после убийства Деда Хасана. На деле же это непубличный, очень узкий и закрытый мир. Я думаю, что в итоге воры станут тайным сообществом, эдаким «воровским орденом», подробности жизни которого будут знать только посвященные.

Еще больше новостей и историй — в нашем Telegram-канале. А еще любую публикацию там можно обсудить. Или, например, предложить нам свою новость. Подписывайтесь!