Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Это идет от души». Депутат Колесников объясняет свои заявления о педофилах, террористах и бестолочах

«Это идет от души». Депутат Колесников объясняет свои заявления о педофилах, террористах и бестолочах
Фото: Анастасия Кеда, 66.RU
Председатель комиссии по городскому хозяйству Александр Колесников за время своей работы в гордуме запомнился екатеринбуржцам эмоциональными и громкими высказываниями. Многие его выражения стали крылатыми и облетели всю страну. В интервью 66.RU он объяснил, зачем предложил создать Русскую республику, что имел в виду, говоря, что «педофилы – не маньяки», для чего вообще все эти высказывания и собирается ли идти в Госдуму.

Фото: Анастасия Кеда, 66.RU

«Слово «русский» считается у нас сейчас матерщинным»

— Одно из ваших громких высказываний связано с созданием в РФ Русской республики — это все-таки была инициатива или просто предложение?

— Это был вопрос депутату Госдумы конкретно по его компетенции — Павел Крашенинников является председателем комитета по государственному строительству и законодательству. А вот инициатива должна исходить уже от депутатов Госдумы. Вообще идея создания Русской республики возникла в 1989—1990 годах.

Первый эту тему у нас в городе поднял ваш коллега, начальник отдела науки журнала «Уральский следопыт», депутат областного совета Юрий Липатников. Он активно продвигал идею создания Русской республики, однако после его гибели в 1993 году все это сошло на нет.

— Почему этот вопрос вы подняли именно сейчас?

— Потому что я ждал изменений в Конституцию, за которую мы голосовали. Я надеялся, что в ней будут, во-первых, какие-то поправки по развитию местного самоуправления и, во-вторых, что там отразят и по достоинству оценят роль русского народа в строительстве российской государственности. Этого, к сожалению, не произошло. Понятно, по каким причинам эта тема не попала в редакцию Конституции 1993 года, которая принималась вскоре после государственного переворота, и, конечно, в то время ожидать этого было нельзя. Но сейчас на волне патриотизма актуальность вопроса возросла. И тем не менее он не нашел отражения в нашей новой Конституции.

Поэтому я и спросил об этом человека, который должен в этом понимать и разбираться. К сожалению, внятного ответа я не услышал. Тем не менее по вопросу создания Русской республики я получил очень много откликов не только из Екатеринбурга, но и из других городов, таких как Самара, Иркутск, Красноярск. Так что понимание и поддержка есть.

— Как вы видите реализацию идеи создания Русской республики? На мой взгляд, в современной путинской России это будет очень трудно.

— Безусловно, это будет трудно. Многим слово «русский» вообще очень сложно произносить, оно считается матерщинным у нас сейчас. Это навязывали нам в 1990-х годах псевдолиберальные элиты, которые всячески издевались над русским народом. «Патриотизм — последнее прибежище негодяев», — говорили тогда. Поэтому русское национальное самосознание надо воспитывать заново. Вот, к примеру, татары: татарин, он одновременно и татарин, и россиянин. А русский, он, по сути, только россиянин и все. Почему у всех народов нашей многонациональной страны есть свои национальные культурные автономии, а у русских нет? Она должна быть. И национальное самосознание должно быть.

Может, у людей в верхах когда-то в голове там что-то встанет на место, когда эта псевдолиберальная элита уйдет от власти. Это же в основном наследники ельцинского движения. Они не понимают разницу между национализмом и нацизмом. Я нормально отношусь к здоровому национализму.

Фото: Ирина Смирнова для 66.RU

— Ладно. Почему столица Русской республики в Екатеринбурге?

— У РФ есть столица — Москва. На самом деле тема переноса столицы РСФСР в Свердловск муссировалась еще в советское время. На уровне слухов, конечно. Якобы ее предложил еще член Политбюро, председатель Совета министров СССР Николай Тихонов. Но это не обязательно должен быть Екатеринбург. Может, и Новосибирск. Может, Красноярск, например.

Кстати, если верить тете Вике, то идея переноса столицы РСФСР в Свердловск рассматривалась несколько раз: по предложению Ленина, как возможное местопребывание Советского правительства в случае неудачи с заключением Брестского мира и поражения от Германии или Антанты; во времена правления Никиты Хрущева; в 1991 году перенос рассматривался Борисом Ельциным как возможное местопребывание правительства РСФСР в случае неудачи отражения попытки переворота ГКЧП.

— А как собираетесь реализовывать, продвигать эту идею?

— Это не уровень депутата гордумы. Это к депутату Госдумы Павлу Крашенинникову. От меня на местном уровне ничего не зависит, я же не депутат Госдумы и не президент РФ… Пока!

«Жалоба Кулагина касалась не моих вопросов. Там было что-то про то, что мы плохо одеты»

— Еще одна ваша яркая цитата, которая разошлась по СМИ, — «педофилы не маньяки». Вы действительно считаете, что с педофилами не надо бороться?

— Я ничего подобного не говорил, так написали журналисты. Давайте к началу. На том заседании гордумы мы заслушивали отчет тогда действующего начальника УМВД Екатеринбурга Сергея Кулагина, где, естественно, депутаты задавали ему вопросы, и я в том числе. У нас сейчас как: органы правопорядка не отталкиваются от реального положения дел, а ведут усиленную работу только по тем направлениям, которые диктуются властью. Вот была кампания: боролись они с оборотнями в погонах, следующая — боролись с управляющими компаниями. Сейчас борются с домашним насилием. И, к сожалению, это работает с перехлестами.

Вот случай из жизни: как-то я задержал человека, который в состоянии алкогольного опьянения справлял малую нужду во дворе. Я вызвал полицию, которая повезла его оформлять. Позже я приехал написать по этому поводу заявление. Потом смотрю, а они ему предъявляют: «мол, ты вот тут мочился, а рядом садик. Явно у тебя определенные наклонности». Я сказал: «Погодите, ребята, сегодня ведь суббота, детей в садике нет. Оформляйте его только за нарушение общественного порядка!» Вот так и делается. Для выполнения того же «задания по поиску педофилов» готовы приписать что угодно человеку, который в этом и не виноват.

Или задерживают наркомана, который ограбил ребенка — отобрал телефон. Под разными предлогами на него начинают «вешать» другие преступления, в том числе и сексуального характера. Страшно то, что в это время настоящие преступники остаются на свободе! Вот что я имел в виду. Вообще на эту тему очень хорошо писал доктор наук, врач-сексолог Лев Моисеевич Щеглов, к сожалению, ныне покойный. Отсылаю вас к его работам.

И, кстати, Сергей Кулагин прекрасно тогда понял, что я хотел ему сказать. У полиции же есть свой жаргон. И если говорят, что ты «мелкий», это не значит, что ты маленького роста, а означает, что тебя привлекают за мелкое хулиганство. А «педофил» — это тот, кого подозревают, но еще не обвинили в преступлении. «Злодей» — это не закоренелый убийца, а помещенный в ИВС. После фильма «Карпов» в ходу слово «Упырь».

И последующая жалоба Кулагина касалась не моих вопросов. Он пожаловался на меня, на депутата Константин Киселева (депутат от «Яблока»), на Романа Ступникова (депутат от КПРФ). Там было что-то про то, что мы плохо одеты, что мы не любим психически больных людей, и прочая ерунда. Комиссия по этике рассмотрела его жалобу. Кстати, по нашей же просьбе, и направила ему соответствующий ответ. Первый вариант ответа был очень жесткий, но потом комиссия решила его смягчить. Единственное условие было, что мы не выносим это заседание и его результаты в СМИ.

Фото: Анастасия Кеда, 66.RU

— Так, давай дальше. Мое высказывание, что «журналисты — бестолочи!».

— Да про бестолочей уже все сказали, старое. Все уже забыли.

Фото: Ирина Смирнова для 66.RU

— Смотри. Вот, к примеру, статья «Знака» (показывает распечатку), где депутатов просто перепутали — подписали, что депутат Крицкий слева. Получилось: Михаил Никитович Крицкий и Владимир Павлович Матвеев. И это издание, которое позиционирует себя как элитное. Или ваша статья про ту же Русскую республику, где я говорил об объединении в нее 46 областей, 4 автономных округов и 9 краев. А вы что написали? В вашей статье про 4 автономных округа и края не написано, это, считай, половину России вы обрезали. А это ведь принципиально. Зато про Еврейскую АО написали все. Кто-то даже написал Иудейскую АО.

— «Знак» перепутал — это же просто человеческий фактор. Это бывает. Про нас ничего не скажу.

— Другой пример. Когда я объяснял свою позицию по поводу строительства храма. Я говорил представителям РПЦ, что у них с молодежью не ведется работа. Молодежи надо объяснять, кто такая святая Екатерина. Что она не была юродивой, это была красивая женщина, умная, знавшая много языков. И что потом пишут? Ваши коллеги пишут, ваши: «Колесников говорит, что Екатерина не была уродиной!» Ну вот как так? Как потом не называть «бестолочами».
И вот еще случай: опять же при обсуждении строительства храма Святой Екатерины я перечислял порядка десяти абсолютно логичных аргументов, почему надо строить храм именно на том месте, и в конце говорю: «Кстати, пока я тут читал, я еще один аспект придумал — магический: может быть, правительство области хоть работать нормально начнет, освящаемое колокольным звоном!». Все присутствующие отнеслись с юмором, так нет ведь — все переврали ваши коллеги. И таких ляпов много.

У меня сохранилось мнение с советских времен, что журналисты — это суперобразованные люди и должны разбираться в темах, которые освещают. У меня, кстати, сестра журналист. Я, было время, и сам писал. Под псевдонимом. Мне довелось плотно общаться в свое время с журналистами советской и перестроечной эпохи. Мишин, Телешевская, Каета, Жанна Корнет. Поэтому мне есть с чем сравнивать. Кстати, ваш коллега в радиоэфире меня поддержал, сказав, что журналисты не только бестолочи, но и недоросли.

Фото: Анастасия Кеда, 66.RU

— О защитниках парка у Дворца молодежи. Обращаясь тогда к мэру Александру Высокинскому, вы говорили: «Никаких переговоров с террористами. Ваша задача — выбивать деньги у федералов». Почему вы сравнили бунтующих мирных жителей с террористами и разве уместно такое сравнение?

— А что смущает? Ты считаешь, что с террористами надо вести переговоры? В Израиле не ведут переговоров с террористами. Потому что это порочная практика. Когда в 1995 году Виктор Черномырдин начал переговоры с Шамилем Басаевым по Буденовску — к чему это привело? 22 июня 1995 года в России был объявлен днем траура. 30 июня 1995 года в отставку ушли: вице-премьер, министр по делам национальностей Николай Егоров; директор ФСБ Сергей Степашин; министр внутренних дел Виктор Ерин; губернатор Ставропольского края Евгений Кузнецов. После теракта в Буденновске в России был принят специальный закон о борьбе с терроризмом, запрещающий удовлетворять политические требования террористов.

— Я считаю, что не надо сравнивать защитников сквера XXII Партсъезда с террористами.

— В прошлом году власти уже сделали чудовищную ошибку, отказавшись от постройки храма на пустыре у Драмтеатра, когда пошли на поводу у провокаторов. Мы же понимаем, что это была проба пера. Никакой сквер на Драме там был не нужен. Нужна была попытка давления на власть. Следующая часть марлезонского балета — это беспорядки, замаскированные митинги в поддержку Алексея Навального.

Ну, нельзя идти на поводу у бунтовщиков. Нельзя категорически! Кстати, они (якобы защитники сквера у XXII Партсъезда) написали же потом на меня заявление. Где оно? Дело возбуждено? Нет! Потому что никакого криминала в моих словах нет. В них лишь здравый смысл и жизненная опытность, как говорил профессор Преображенский.

А на заседании я сказал следующее: «Я категорически против, чтобы товарищ Высокинский тратил свое время на встречу с бунтовщиками. Это бунт. Это не сквер жителей. Они к нему не имеют никакого отношения. Удалось выбить федеральные деньги, чтобы сделать из этого пустыря конфетку. Будьте любезны, продолжайте работу, товарищ мэр. Никаких переговоров с террористами. Ваша задача — выбивать деньги у федералов».

Основная задача мэра — привлекать финансы в город, в том числе из областного и федерального бюджетов, а не участвовать в митингах и протестах. Под террористами я подразумевал не столько обманутых жителей, а некоторых подстрекателей, которые лишь хотят пиара, наживаясь на всех подобных историях. А фраза «Никаких переговоров с террористами» — это общеизвестное правило, лозунг, которого надо придерживаться всем, всегда и везде.

Фото: Анастасия Кеда, 66.RU

«Столкнуть с исламом меня не получится»

— На ваше высказывание «Не будет храма — будут мечети, еще одну Швейцарию получите», к примеру, обиделись местные мусульмане. Даже потом официально просили извиниться.

— Давайте не будем искажать факты. Никаких обиженных мусульман нет и не было. В СМИ один молодой человек захотел, видимо, пропиариться и решил, что он имеет право говорить мне что-то от имени всех мусульман мира. Его поправили те же представители диаспор, по всей видимости, с которыми мне приходится иметь дело. И никто никаких извинений у меня не требовал, естественно. Так что столкнуть меня с исламом у вас не получится. Поэтому не понимаю, кого и что смутило, когда я сказал: «Еще одну Швейцарию получите!» Отсылаю вас к истории десятилетней давности в центральном государстве Европы. «Свято место пусто не бывает». Там надо было поставить храм Святой Екатерины и успокоиться!

— Порой ваши высказывания четко синхронизируются с интересами одной из групп, сложившихся в городской думе.

— И да, в думу я пришел защищать интересы сферы ЖКХ в том числе. Я это не скрываю. Ведь ЖКХ — это то, что непосредственно касается каждого из нас. Хочется сделать ситуацию в этой сфере чуточку лучше. У нас, к сожалению, власти, чтобы отвести от себя народный негатив, всегда стараются создать образ врага. И ЖКХ используют для этого чаще всего. Нас пытаются сделать козлами отпущения, а я пытаюсь доказать, что это не так. УК находятся между молотом и наковальней. С одной стороны жители, с другой — ресурсники, с третьей — проверяющие органы и власть, которая не скупится на введение все новых и новых законов и поправок, которые иногда просто шокируют своей неграмотностью. А виноватыми, в том числе и через СМИ, пытаются представить управляющие компании.

— Ваши громкие высказывания можно перечислять долго. Вы их сами себе пишете?

— Конечно, сам. Помощник может подобрать мне необходимый материал, но выступления я готовлю сам. А высказывания, которые потом расходятся на цитаты, их я вообще не пишу, это от души идет. Главное здесь — искренность. И еще. Когда я это говорю, я же не говорю это конкретно вам — журналистам, это же не пресс-конференция. Я говорю это человеку, с которым разговариваю, к которому обращаюсь. Понимайте контекст.

А по поводу пиара: у меня нет такой цели — пиариться. Я этого не умею и мне это незачем. У меня есть работа, где я тружусь. Дума — это общественная нагрузка. Но я туда пришел не сидеть просто так и не задавать глупые вопросы. Я готовлюсь к каждому заседанию, один из немногих изучаю материалы к ним. Если я чего-то не знаю, я стараюсь спрашивать, уточнять информацию, чтобы быть в теме.

Поэтому нет, я не пиарюсь, я до вас, журналистов, и слова-то такого не знал. Я вот частенько раньше (сейчас это сложнее из-за пандемии) встречался с жителями во дворах, общался, выступал. Иногда так, что жители даже аплодировали. Вот что это, пиар или все-таки общение?

— Не верится, что люди аплодируют.

— А это действительно так. Самое важное — я считаю, что людям надо говорить правду как она есть. Не надо людям врать, это самое первое правило. Поэтому когда жители задают мне вопросы вроде таких «Когда мы будем за коммуналку платить меньше?», я честно отвечаю: «никогда», потому что никогда в нашей стране такого не будет. И я же все-таки выиграл выборы, хотя против меня был сосредоточен весь административный ресурс. Значит, люди голосовали сердцем!

— Собираетесь в этом году баллотироваться Госдуму?

— А вот не скажу! (улыбается)

Фото: Ирина Смирнова для 66.RU