Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.
Область
Заразились
67136 +385
Выздоровели
59615 +397
Умерли
1890 +18
Россия
Заразились
3677352 +21513
Выздоровели
3081536 +27318
Умерли
68412 +580

Жан Мари Бурсико, создатель «Ночи пожирателей рекламы»: «В грустном мире интернета больше нет любви»

Жан Мари Бурсико, создатель «Ночи пожирателей рекламы»: «В грустном мире интернета больше нет любви»
Фото: Григорий Постников, 66.ru
Француз приехал в Екатеринбург впервые. И накануне показа в галерее «Главный проспект» рассказал 66.RU, почему не хочет жить в мире интернета, чем потребление пугает коллекционера рекламы и как встретить и сохранить настоящую любовь.

Француз Жан Мари родился в Марселе 65 лет назад. По легенде, он десятилетним мальчиком собирал обрезки лент с рекламой, которые выбрасывали в кинотеатрах. Приносил пленку домой и хранил ее в обувной коробке. За полвека коллекция выросла почти до полутора миллионов. Коллекционер придумал, как зарабатывать на своей страсти, и создал «Ночь пожирателей рекламы» — пятичасовой показ рекламных роликов. Сейчас «Ночь» проходит по всему миру и даже попала в книгу рекордов Гиннесса. Спецкор 66.RU Ольга Татарникова поговорила с одержимым французом о том, как реклама отражает изменения в головах, какие эмоции движут людьми и, конечно же, о любви.

Фото: Григорий Постников, 66.ru

— Как вы живете? Все время в дороге, из одного города мчите в другой, где показывают вашу коллекцию?

— Моя жизнь делится на две части. Первая — это путешествия. Могу по трое суток добираться до азиатских или африканских городов, где идет «Ночь». Общаюсь там с местными жителями и узнаю страну изнутри. Вторая — это кинематограф. Я борюсь за сохранение коллекции. Хожу к банкирам, встречаюсь со странными людьми, которые не понимают, зачем реставрировать старую рекламу. В моей коллекции 1 200 000 рекламных роликов, и многие надо восстанавливать и оцифровывать. Это дорого. Я полжизни трачу на поиск спонсоров.

— Ни за что не поверю, что к вам до сих пор относятся как к чудаку, собирающему никому не нужную рекламу.

— Я не чудак. Меня знают и любят. Поддерживают словами, но денег никто не дает. Я не получаю финансирование ни от минкульта, ни от ассоциации французской кинематографии, ни от производителей рекламы. Я постоянно борюсь за выживание. Деньги нужны на реставрацию коллекции, на аренду помещений, на зарплату сотрудникам. Найти финансирование становится труднее с каждым годом. А я не могу этого не делать. Реклама для меня — это страсть. Как картины для художника и музыка для музыканта.

— Сколько новых рекламных роликов в год вы смотрите?

— 25 тысяч.

— Отсматривая такое количество рекламы ежегодно, вы видите, как меняются ценности людей?
— Да. Реклама очень точно отражает изменение менталитета. В пятидесятые-шестидесятые в каждой рекламе создавали образ счастливой семьи с детьми. Сейчас такого нет. В роликах снимают отдельных личностей. Например, женщина пользуется продуктом и наслаждается жизнью. То же самое и про мужчин. В моде индивидуализм, семью в рекламе почти не показывают, потому что эта ценность исчезла.

— Вас пугает, что люди стремятся к личному, а не семейному счастью?
— Пугает. И я уверен, что это интернет изменил менталитет. Интернет повторяет историю телевидения. Телевизор был невероятным технологическим прорывом и великим достижением человечества. Но его использовали неправильно. Излишний просмотр стал синонимом деградации и снижения интереса к жизни. Интернет изолирует людей друг от друга. Им уже не надо присутствовать в реальной жизни. Мне особенно не нравится желание каждого оставить комментарий. Мне неинтересно, понравился или не понравился ресторан незнакомцу, я хочу сам сходить туда и решить, хорошее место или плохое.

— То есть «Тиндер» и сайты знакомств разрушили семью и любовь?
— Сегодня больше нет любви, если честно. С развитием технологий люди стали более одинокими. Знакомства через интернет или на специальных мероприятиях слишком искусственны. Эти связи не настоящие и поверхностные. Я уверен, что невозможно с помощью интернета встретить любовь.

Мои родители жили в очень маленьком городе. Папа случайно увидел, как мама катается на велосипеде. И был поражен. Одолжил у друга велосипед и два дня ездил по городу, надеясь ее встретить. И когда увидел маму, специально проткнул шину, чтобы попросить насос. Они заговорили, и благодаря этому появился я. Интернет никогда не заменит события жизни. Именно поэтому я всегда отказывался от интеграции «Ночи пожирателей рекламы» с интернетом или телевидением. Я хочу, чтобы люди встречались и общались живьем.

— А современные одинокие, они несчастны или они сидят за столиком в ресторане в одиночку, пьют вино и довольны жизнью?

— Их нельзя назвать ни несчастными, ни счастливыми. Это что-то среднее. Они не знают, что такое настоящая любовь и семья. Но их образ жизни стал нормальным, они не чувствуют, что что-то упускают. Хотя на самом деле они упускают многое.

— Но мало же только встретить любовь. Нужно ее еще и сохранить. А как это сделать в мире, где так много выбора?

— Проблема в том, что нам слишком важна картинка. Так было и пятьдесят лет назад, когда в газетах появлялись объявления «Состоятельный мужчина ищет молодую девушку…». Если до живого общения вы увидите фотографию, сразу сложите впечатление о человеке. Нельзя испытать настоящее чувство, глядя на экран. Так что если вы хотите, чтобы отношения продлились долго, важно встретить человека случайно. Так начинаются многие истории счастливой любви. Мой дядя влюбился в будущую жену, когда она работала в аптеке. Он несколько недель ежедневно приходил покупать аспирин, чтобы поговорить с ней пару минут. Потом они уже стали встречаться вне аптеки, а сейчас уже вместе состарились.
Чтобы сохранить отношения, надо уметь терпеть. Мы все — идеалисты. Ждем, что встретим идеального человека. Но таких людей нет. И после 2-3 лет отношений начинаем замечать недостатки и не готовы с этим смиряться. Привыкли жить в мире, где всегда можно найти что-то лучше. Поэтому отношения и распадаются.

Фото: Григорий Постников, 66.ru

— Тогда какое главное чувство сейчас движет людьми? Зависть, страх?

— Я выбираю ролики, которые вызывают сильные чувства. И уверен, что большая часть эмоций берется из музыки. Главное в рекламе — это музыка. Картинка поверхностна. Именно музыка пробуждает искренние эмоции. Сильнее всего на людей действует страсть к получению удовольствий: сексуальный подтекст и еда. Еще страх. Люди стремятся к безопасности, когда выбирают машину, авиакомпанию или дом. Хороший мотиватор — деньги. Просто деньги ради денег. Статус.

— Я могу ошибаться, но, по-моему, у зрителей нарочито сексуальная реклама с грудастыми женщинами сейчас вызывает отторжение, а не желание купить товар. Это говорит о том, что секс стал неинтересен?
— Людей не то что не интересует секс. Их не интересует вообще ничего. Они специально ограничивают физические наслаждения. Нравится человеку быстро водить машину, он этого не делает из-за закона. Любит вкусно покушать? Садится на диету. Нравится секс и случайные связи — контролирует себя. Мир стал слишком серьезным и много думает про последствия страстей и удовольствий. Это отражается в рекламе, да.

Мир стал грустным. Люди перестали заниматься тем, что доставляет искреннюю радость. У французов есть свобода выбирать одежду, работу и образ жизни. Но они не горят желанием что-то делать. Внутри нет пульса. Честно говоря, я рад, что жил в неидеальном, зато эмоциональном и искреннем мире. Но что касается будущего, я бы предпочел его не видеть. Ну серьезно. Вы бы что выбрали? Прожить долгую жизнь, но, например, не водить машину из-за плохой экологии и не есть мяса по этическим причинам, или жить недолго, зато ярко?

— Я за второе.

— Я тоже предпочитаю качество количеству. Боюсь за будущее поколение. Мне страшно, когда я вижу, что они живут за экранами смартфонов, когда вижу, как они общаются с родителями. Мне кажется, что современные дети проживут долгую несчастную жизнь и вырастут эгоистами, каких еще не видел мир.