За год в России вырезают город-миллионник: [ученые и церковь объединились] в борьбе за жизнь нерожденных
Утром главный редактор вручил мне пресс-релиз — приглашение на круглый стол «Ученые за жизнь». «Сходи, послушай. Интересные темы, хорошие спикеры — профессора, доктора наук — химических, исторических, медицинских». Настораживало только одно: круглый стол проходил в рамках «Михайло-Архангельских дней», организованных под эгидой Русской православной церкви. Эти «Дни» — международная акция, которая проходит уже четвертый год, — приурочены к годовщинам указов о разрешении в России абортов по желанию женщины. Впервые искусственное прерывание беременности было легализовано 18 ноября 1920 г. В 1936 г. указ был отменен, но в 1955 г., 23 ноября, снова вступил в силу. Место проведения — соответствующее: Духовно-просветительский центр «Царский», рядом с Храмом на Крови.
В 17:55 захожу в помещение — народу практически нет: встречает молодая женщина в платье и платке, да пара девушек регистрируются у стола организаторов — они без платков и в брюках. В гардеробе, надевая бахилы, слышу разговор двух работников Центра. «Там потеплело? Велели пригнать людей из церкви на мероприятие, одеваться или так добегу?» — спрашивает пожилой охранник гардеробщика. Похоже, пресс-релиз не особо сработал. Да и из СМИ — только я да оператор православного канала «Союз».
Перед входом в зал предлагают зарегистрироваться: фамилия, имя, отчество, место учебы или работы, номер телефона. Персональные данные от руки заносят на листочек, взамен дают набор брошюр и анкету. «И вот тут можете расписаться — это мы собираем подписи за запрет абортов», — с улыбкой говорит девушка. «Спасибо, но нет», — отвечаю я и иду в зал. Он небольшой — мест на 40–50, но не заполнен даже до половины.
Зато спикеров полный набор — начиная с уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области Игоря Морокова и заканчивая протоиереем Сергием Вогулкиным, который имеет звание доктора медицинских наук, несколько лет возглавлял кафедру психологии и педагогики УрГМА, а сейчас занимает должность проректора по науке Уральского гуманитарного института.
Круглый стол «Ученые в защиту жизни» проходил в небольшом зале: священнослужители справедливо полагают, что телевидение и прочие СМИ донесут нужное слово до тех, кто хочет его услышать.
Игорь Мороков, уполномоченный по правам ребенка в Свердловской области:
— Тема сегодняшнего мероприятия тяжелая. Мы уже пытались поднять ее: в 2014 г. мы организовали конференцию, посвященную защите прав ребенка до его рождения. Тогда возникли споры, дискуссии. Иногда думаешь: может, и не надо поднимать эту тему, доводить до каких-то острых ситуаций… Но все-таки понимаешь: надо. Сегодняшнее мероприятие отвечает запросам общества.
Игорь Мороков, уполномоченный по правам ребенка в Свердловской области:
— Тема сегодняшнего мероприятия тяжелая. Мы уже пытались поднять ее: в 2014 г. мы организовали конференцию, посвященную защите прав ребенка до его рождения. Тогда возникли споры, дискуссии. Иногда думаешь: может, и не надо поднимать эту тему, доводить до каких-то острых ситуаций… Но все-таки понимаешь: надо. Сегодняшнее мероприятие отвечает запросам общества.
С этих слов мероприятие началось.
Первый выступающий — представитель организатора, то есть церкви. «Не будем расстраиваться, что аудитория не полная. При современных СМИ это не проблема — не так важно, сколько человек было на мероприятии, важно, как об этом расскажут», — так начал свою речь священнослужитель.
Евгений Попиченко, протоиерей:
— Наше слово обращено ко всем людям, но в первую очередь — к молодежи. В жизни есть вещи, которые непоправимы. Совершив такие действия, человек уже никогда не достигнет той высоты, о которой для него был замысел Бога. Даже если человек усыновит 40 детей, одного нерожденного не воскресишь. Мне как священнику приходится часто с этим втречаться: когда прошло 20, 30, 40 лет со дня этой ошибки, но след на душе человека не зарастает, рана болит.
Отец Евгений отметил, что в церковь с таким покаянием приходят чаще всего женщины. «Аборт почему-то считается женским грехом, мужчина как бы ни при чем. Но на самом деле это не так. Мужчина семя свое влагает и зачинает жизнь. И он в первую очередь ответственен за последствия, его решение ключевое», — говоря это, священник поочередно смотрел в глаза трех ребят лет 18, которые пришли на лекцию.
Впрочем, втроем они оставались недолго: сразу после окончания речи священнослужителя в зал впорхнула стая студентов. По внешнему виду — первокурсники. Девочек было больше, но пацанов тоже хватало. Пустых стульев в зале почти не осталось.
«Ребята, молодцы, что пришли, слушайте внимательно, готовьте свои вопросы — за самые интересные будем давать сладкие призы», — объявила ведущая.
Как только все расселись, слово взял ученый: доктор исторических наук Сергей Рыбаков рассказал интересные факты о том, как выстраивалась демография Руси. «Со времен Крещения библейское «Плодитесь и размножайтесь» было для русских людей не отвлеченной формулой, а жизненной программой», — с этой мысли ученый начал свой доклад и привел любопытные цифры. В конце ХIV в., когда Россия как государство появилась на геополитической карте мира, ее население составляло около 2 млн человек. К концу ХVIII в. насчитывалось уже 27 миллионов, а в 1913 г. население превышало 165 миллионов человек. «Это как иллюстрация работы библейской программы, направленной на то, чтобы ценить жизнь, беречь, повышать то, что называется людским ресурсом, людским потенциалом страны», — пояснил историк.
Затем ученый описал демографическую ситуацию в стране после легализации абортов. Цифры шокировали. «В 1924 г. на 100 родов в Москве приходилось 27 абортов, а в 1927-м — уже 86. Увеличение в три раза было характерно для всех крупных городов, а в 30-е годы тенденция дошла и до сельской местности», — рассказывал Сергей Рыбаков.
Пик пришелся на 1964-й: в этом году по стране количество искусственных прерываний превысило 5,5 миллионов. Это как население средней европейской страны, к примеру, Норвегии или Дании. В 90-х гг. число абортов на 1000 женщин детородного возраста в России составляло 83. Для сравнения, во Франции этот показатель был равен 12, в Австрии — 7, в Германии — 5. В те годы из всех зарегистрированных в России беременностей почти 70% заканчивались абортами.
Сергей Рыбаков, доктор исторических наук, профессор УрФУ:
— К 1993 г. Россия вошла в категорию государств с наиболее низкой рождаемостью. Возникла угроза демографического вырождения. Многодетные семьи, матери-одиночки попали в разряд изгоев общества. Младенческая смертность в 90-е гг. превысила 18 смертей на 1000 новорожденных. Ни в одной из развитых стран ничего подобного не было. Это произошло главным образом потому, что государство в те годы ушло из сферы заботы о детстве и материнстве. Стали массово разрушаться семьи. И на этом фоне аборты троекратно превысили рождаемость.
Демографическая ситуация начала выправляться в 2000-е гг. Сейчас она выглядит заметно оптимистичнее. Практика абортов постепенно снижается. По официальным данным, в 2013 г. в РФ было сделано примерно 1 млн абортов, в 2014-м — 930 тыс., в 2015-м — 848 тыс.
Если выступление историка поражало в первую очередь цифрами, то доклад Александра Куликова, вице-президента Ассоциации акушерских анестезиологов-реаниматологов, вызывал бурю эмоций. Тема выступления этого ученого, доктора медицинских наук была сформулирована так: «Как сберечь жизнь ребенка в утробе: опыт работы в перинатальном центре Детской областной больницы №1».
Александр Куликов, доктор медицинских наук:
— Думаю, никто из здесь присутствующих не видел, как выглядит плод, извлекаемый из утробы даже на раннем сроке. Поверьте мне, это уже сформированный человек. Мы в перинатальном центре сражаемся за жизнь недоношенных детей, рожденных порой на 22-й неделе. Мы выхаживаем младенцев с весом от 500 граммов. Да, у таких малышей невысокие шансы на жизнь — менее 50%. Но они есть!
Свой доклад ученый сопровождал презентацией. На одном из слайдов были фотографии — как выглядит плод в первые недели беременности.
Конечный снимок на слайде — плод в утробе матери на 11-й неделе с момента зачатия. Аборт можно делать до двенадцати недель.
Этот доклад произвел впечатление на всех. «500 граммов, как это возможно?» — шушукались девочки впереди меня. «Совсем не сопля, как говорят, и руки, и ноги есть», — перешептывались парни, сидящие за мной.
Слова протоиерея Сергия Вогулкина, который совмещает духовный сан со званием доктора медицинских наук и долгое время работал хирургом, добавили пищи для размышлений.
Сергий Вогулкин, протоиерей:
— Я рассматриваю жизнь со всех сторон: и как врач, и как психолог, и как священник. С точки зрения врача, что происходит, когда сливаются женская и мужская клетки? Мгновенно начинает расти организм человека. В первую очередь нервная система. С огромной скоростью! Это же надо — за время беременности сформировать почти 10 миллиардов нервных клеток! И как только образуются самые первые нейрончики, так сразу в них появляется память. И этот маленький… даже слова не подобрать… комочек, который можно увидеть только в сильнейший микроскоп, — он уже помнит.
Светлана Котырева, перинатальный психолог, специалист Европейской конфедерации психоаналитической психотерапии, рассказала о том, что психика человека во многом зависит от того, как он чувствовал себя в утробе матери и в процессе рождения. «Вы когда-нибудь слышали о перинатальных матрицах Грофа? — задала психолог вопрос аудитории. — Станислав Гроф, американский исследователь, доказывает, что психика человека формируется еще до его выхода на свет. Перинатальная область психики относится к бессознательному и состоит из четырех отдельных частей, соответствующих последовательным физиологическим этапам беременности и родов. Эти области бессознательного были названы термином «базовые перинатальные матрицы».
Студенты слушали уже не так внимательно, перешептывания стали громче, ребята полезли в смартфоны. Отец Евгений подвел итог.
«Задавайте свои вопросы», — сказала ведущая после выступления всех участников. В аудитории сначала повисла тишина.
— Скажите, а вот плод… Сейчас нам приводили научные данные, что даже на самых ранних этапах развития он уже чувствует что-то… А вот этот плод… ребенок... как он реагирует на аборт? Есть такие данные? Он понимает, что сейчас умрет? — спросил парень с заднего ряда.
Честно говоря, я боялась услышать ответ. И он был именно таким, как я ожидала.
— Несомненно. В интернете есть такой небольшой документальный фильм «Безмолвный крик». Найдите и посмотрите его. Это запись механического аборта. Там видно, как ребенок начинает кричать, когда к нему приближается ланцет, — прокомментировал Александр Куликов.
— Только девушкам не надо смотреть, это слишком тяжело, — посоветовал другой эксперт. — А вот мужчинам — обязательно.
Больше вопросов не последовало. Студентам раздали конфеты, и они засобирались домой.
— Как вам мероприятие? — спросила я у компании девушек.
— Интересно, познавательно. Об этом обычно не задумываешься, а тут дали материал, над которым можно поразмышлять, — сказала одна из них, Таня.
— А вы вообще откуда о мероприятии узнали?
— Мы сами из Уральского гуманитарного института, у нас преподаватели организовали эту лекцию. Они нас и пригласили.
— Мы сейчас по психологии как раз проходим эту тему — беременность, зачатие. Поэтому нам полезно, — пояснила другая девушка, Марина.
— Я, конечно, догадывалась обо всем этом, что говорили здесь, что жизнь начинается сразу, как только возникает первая клетка. Сейчас мне подтвердили, что это не просто догадки, а научные факты. Надеюсь, в моей жизни ситуации такого выбора не возникнет никогда. Но если и случится, думаю, я знаю, каким будет мое решение, — этими словами студентки Анны вполне можно закончить репортаж: слово — и ученых, и священников — похоже, упало в нужную почву.
