Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Антон Баков сыграл в городской сенат

13 ноября 2013, 17:20
Антон Баков сыграл в городской сенат
Фото: 66.ru
Уральский политтехнолог сделал свой «Сенат Екатеринбурга», подписал договоры с сенаторами и оформил его в собственность. Баков думает, что сможет создать влиятельную площадку для обсуждения городских проблем. А потом завалить идеями региональную власть.

Вчера состоялось первое заседание общественного объединения с точным названием ООО «Екатеринбургский городской сенат». Меня Антон Баков позвал туда сенатором. Я не раздумывал, поскольку очевидно: скучных вещей Баков не выдумывает. На 40-й минуте заседания резко пожалел о своем решении, но остался до конца. Потраченного времени жаль примерно на 56%. Примерно таков же был процент людей, собравшихся в аудитории, с кем я был так или иначе знаком. В основном — общественники, блогеры и журналисты, немножко чиновников и совсем чуть-чуть бизнесменов.

С сенаторов Баков собирает по 1000 рублей на оргнужды (аренду зала в БЦ «Континент», например, ну и на фуршет, наверное). В приветствии он пафосно предупредил, что сумма эта будет расти, а ценник он будет повышать в первую очередь для тех, кто «пока отсиживается» и примкнет уже к раскрученному и мегапопулярному проекту. В том, что это случится, Антон Алексеевич не сомневался, по крайней мере в начале шоу. Председательствовала его дочь — Анастасия, она назвалась спикером. Выступающих она объявляла, как лоты на аукционе, интонируя и ослепительно улыбаясь. К слову, должность спикера в Сенате Екатеринбурга стоит 100 тыс. руб в месяц, пошутил Баков-старший.

По идее, такой значок должен носить каждый сенатор. Напоминает госдумский. Но его не утвердили, решили пойти на фуршет безо всяких знаков отличия.

Регламент сделали максимально депутатским. Со всеми этими повестками, докладами, прениями, голосованиями и резолюциями. Наверное, так надо, наверное, так пафосно, но было очень скучно, затянуто и местами походило на сюр. Вносить свои предложения на первом заседании Антон Баков сенаторам запретил, иначе бы не успели закончить к фуршету.

Первый проект — «Малое транспортное кольцо Екатеринбурга». Замкнуть его к 2025 году хотел архитектор Александр Шарыпов. Но где оно, какой в нем смысл и, главное, как его строить — он рассказать не сумел. Нет, говорил он много и показал ворох слайдов, начиная с калейдоскопов планов Екатеринбурга (это была долгая экскурсия из 1840 г. в наши дни), заканчивая рукописными иллюстрациями теории пробок и кругами Эйлера, вписанными в карту города. Никто ничего не понял. Серьезно, никто. Малое транспортное кольцо очертаниями напоминает центральный ценовой пояс Екатеринбурга по версии УПН — прямоугольник 3,3 на 4,6 км. Вот и все. И нужно было проголосовать за этот проект аж по девяти пунктам. Кто-то из зала предложил перейти сразу к девятому — оплатить архитектурной мастерской «Леар» работы по проектированию из средств сената. Все посмеялись и сняли этот лот с повестки как недоработанный.

После наиневнятнейшей презентации «Малого транспортного кольца Екатеринбурга» мы с коллегами из Malina.am Ольгой Чебыкиной (слева) и Екатериной Дегай (справа) заявили на весь фейсбук, что выходим из сената. Но нас не выпустили.

Юлия Корнеева, высокая и статная женщина-эколог, координатор «Зеленой России» в УрФО, была следующей, более понятной, но не более конструктивной. Вот вкратце: публичные данные по экологии Екатеринбурга недостоверны, ситуация ухудшается, администрация бездействует, надо объединяться (почему-то) с Роспотребнадзором, создавать «дорожную карту» экомероприятий, прописывать источники финансирования и популяризовать субботники. В итоге Екатеринбург сможет через 5 лет попасть на 40–50-е место, а через 10 лет — войти в десятку экологически благоприятных городов России. В Сенате приняли эту тему единогласно.

Потом случился скандал. На трибуну вышла глава хосписной службы Екатеринбургской епархии Елена Шарф. За несколько минут она постаралась как можно подробнее рассказать, как помогает умирающим от рака людям. Это было больно слышать, не только мне — большинство аудитории опустили глаза, напряглись, замолчали. Чувствовалось, что Елена Станиславовна использует любую возможность попросить помощи у любого, кто может ее оказать. Хоть какую-то, любую. И тут модератор, что сидел слева от Анастасии Баковой, зачем-то решил ее прервать, стал выяснять, кто она такая и по какому праву тут выступает. Головы сенаторов и слушателей опустились еще ниже. Многие еще помнили слова Антона Бакова о том, что первое заседание — игрушечное. И немногие оказались готовы, как потом сказала Елена Шарф, «решать судьбу умирающих в страданиях людей».

Модератор заседания (крайний слева) бестактно и даже по-хамски прервал выступление главы хосписной службы Екатеринбургской епархии Елены Шарф (на трибуне, справа).

Ситуацию попытался спасти еще один спикер Сената, врач Николай Кунгуров. Он сказал, что мы, оказывается, просто не хотим, чтобы вопрос с онкобольными остался без должного внимания, и решать его нужно отдельно. Осадив модератора, он предложил Елене Шарф договорить. Не понимаю, как она смогла после такого издевательства закончить речь, но она это сделала. Сказала, что рак в Екатеринбурге молодеет, в больницах угрожающе растет число людей в возрасте 28–30 лет с диагнозами «на последней стадии». У врачей нет мотивации выявлять рак, нет «профессиональной онконастороженности». Закончила экологией: ростом содержания выхлопных газов (особенно дизельных) в атмосфере города и канцерогенной опасностью антигололедных смесей, остатки которых годами не убирают с улиц. Аплодисменты.

Вывел аудиторию из угнетенного состояния Александр Чебурахин. И сделал это классно. Он со товарищи разработал несколько концепций на тему, как должен выглядеть бренд Екатеринбурга. Конкретно — его логотип. В этом докладчике, казалось, все было под стать идеальному заседанию Сената, по крайней мере такому, как я его представлял: знание темы, самоирония, тонкие шутки, подготовка презентации, обаяние, фамилия… В общем, все. В его исполнении слова «Екатеринбург — Ещирица», «Екатеринбург — драгоценность», «Екатеринбург, в конце концов, тебя любит» звучали крайне органично. Ну и графично. Зал смеялся раз пять. Одобрительно. Спич он закончил какой-то фразой на китайском. Я забыл, как Александр ее перевел, вот послушайте, может, сами сможете.

Три концепции Александра Чебурахина обыгрывают букву Е. То она почему-то Ещирица, а, да, по Бажову. То она граненый изумруд, для тех, кто Бажова не знает. То поставленная на угол пиктограма «ай лав ю». Хотите полную презентацию — качните здесь.

Ну и завершал встречу сын Антона Бакова, отчего сложилось полное впечатление, что как минимум первое собрание Сената устроено для того, чтобы дети, да их мама, кстати, тоже, провели вечер в хорошем месте и под присмотром. Михаил рассказывал о студенческих братствах Екатеринбурга и попеременке поднимал их лидеров, что рассредоточились в зале. Красивые юноши и девушки улыбались, махали рукой, изредка кланялись. Оказывается, в Екатеринбурге минимум два десятка студенческих братств по 300–800 человек в каждом.

На фуршете Антон Баков (справа) признал, что мероприятие полупровальное: «Ведите спикеров, сегодня, сами видите, скомканно получилось. Готовиться надо. Сам я не собираюсь ничего узурпировать, буду выступать только наравне со всеми».

К фуршету успели. Я подошел к Антону Бакову, чтобы сфоткать его в кругу семьи на телефон. Он спросил: ну как? Я сказал, что единственный шанс на успех — сделать «Сенат Екатеринбурга» модным проектом. Чтобы было престижно ходить на его заседания, красиво тусоваться, проводить время в интересной компании, но и попутно предлагать свои идеи по развитию города. Он согласился. Но пока это ничуть не модный проект. Антон Алексеевич опять согласился, добавив, что это было провинциальное мероприятие, как и большинство, что проходит сегодня в Екатеринбурге.