Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«В турбулентное время цензура необходима». Евгений Горенбург — о «Ночи музыки» в новых условиях

«В турбулентное время цензура необходима». Евгений Горенбург — о «Ночи музыки» в новых условиях
Фото: архив 66.RU; Григорий Постников
Лето для команды «Ночи музыки» — это традиционно сезон пиковых нагрузок: за три месяца они организуют три масштабных фестиваля, главный из которых — Ural Music Night. В интервью 66.RU генеральный директор «Ночи музыки» Евгений Горенбург рассказал, что, несмотря ни на что, в этом году UMN будет масштабным, международным мероприятием, аналогов которому нет в мире. Кроме того, мы поговорили и о других проектах команды: фестивалях, фильмах и узнали, что Горенбург задумал к 300-летию Екатеринбурга.

Интервью получилось довольно длинным. Если у вас нет времени читать его полностью, мы составили интерактивный план, с помощью которого вы можете перейти к интересующей вас части.

Фото: архив 66.RU; Григорий Постников

«Ночь музыки» будет масштабным событием в мире, аналогов которому нет»

— Давайте начнем с главного, что нас ожидает в ближайшее время, — с «Ночи музыки». В этом году фестиваль получил поддержку — 20 млн рублей — от Президентского фонда культурных инициатив. При этом указано, что еще почти 54 млн будут обеспечиваться через софинансирование. Какие отношения со спонсорами у фестиваля в этом году?

— Отношения со спонсорами разнообразные. Кто-то уходит, поскольку и в стране, и в мире ситуация турбулентная. Кто-то приходит — у нас есть и новые спонсоры в этом году. Абсолютно нормальная рабочая ситуация.

— В прошлом году в бюджет суммарно закладывали почти 100 млн рублей, а в 2020-м — 120 млн. Почему в этом году его так сократили?

— Про бюджет фестиваля можно будет говорить только после его проведения. Есть накладные расходы, есть непредвиденные расходы, есть желания, которые мы реализуем в зависимости от того, какой спонсорский бюджет мы соберем. Конечно, кое-что придется сокращать, потому что бюджета на сегодняшний день не хватает. Например, трансляция в этом году будет с 9-10 площадок, а не с 12-13.

Но, как говорится, «нет прожиточного максимума», а делать хочется все больше и больше, лучше и лучше. А это, конечно, всегда дороже.

— Ural Music Night всегда позиционировала себя как международный фестиваль. В этом году он не превратится в фестиваль, где будут только представители из России, Беларуси и Казахстана? Его можно будет называть международным?

— Можно. У нас есть заявки из самых разных стран: из Европы и Азии. Доедут, не доедут они — это уже другой вопрос. В этот раз только Африки точно не будет у нас.

В любом случае «Ночь музыки» будет масштабным, уникальным событием в мире, аналогов которому нет. В эту ночь Екатеринбург должен стать музыкальной столицей мира.

— Как вы добьетесь того, чтобы фестиваль действительно стал таким «масштабным, уникальным событием в мире»?

— Количество площадок, уникальные хедлайнеры и произведения, которые будут звучать в эту ночь, уникальность нашего города, который позволяет все это сделать одновременно, — все по классике.

На самом деле мы еще ведем работы по площадкам. Но уже можно сказать, что их будет больше 100.

На площади 1905 года пермский «Театр-Театр» будет показывать рок-оперу «Иисус Христос — суперзвезда». На сцене одновременно будет задействовано 80 человек. Что касается нашего «Урал Опера Балет», где традиционно проводится акция «Арии с балкона» — которую можно назвать одной из знаковых наших площадок, — оперные певцы исполнят классические произведения со специально созданной площадки у здания УрФУ (бывший УрГУ). Это вынужденная мера, так как Оперный театр сейчас покрыт строительными лесами и проводить акцию на нем нет возможности.

За Оперным театром у нас будет целая площадка — туда переедет сцена фанка. У нас прекрасные фанк-группы в Екатеринбурге. Поэтому те, кто любит ритмичную пульсирующую музыку, — приходите за Оперный.

Что касается хедлайнеров, на площадке около ККТ «Космос» будет выступать МакSим, на площадке «Старого Нового Рока» — «Курара» и Найк Борзов, а на молодежной сцене фестиваля «ГикКон» около Дворца молодежи — Максим Свобода.

Также мы делаем новую площадку джаза во дворе дома на ул. Первомайской, 1, где был мини-креативный кластер. Сейчас они переехали по другим пространствам, а двор освободился. Здесь будут играть высококлассный джаз — например, выступит Эйленкриг.

Еще одна — яхт-клуб, где в это время будет проходить традиционная регата. Здесь выступит группа «Приморский парк». А в сквере около Театра драмы сделают подиум (от областной больницы до театра). Здесь покажут минимум 12 коллекций под диджей-сеты.

Еще мы закрываем гештальты: в этом году сделаем площадку около «Динамо», где бабушки будут петь застольные песни. Они будут «рисовать» атмосферу фестиваля. Здесь же художники будут создавать картины. Мы уже предварительно переговорили с Алексеем Ефремовым: рисовать будут наши маститые художники и молодежь. Зимой проведем аукцион, а вырученные деньги направим детским музыкальным учреждениям — чтобы подготавливать будущее поколение.

Фото: Анна Коваленко, 66.RU

«В турбулентное время цензура необходима»

— Сейчас у музыкантов сложилась сложная ситуация: люди, активно высказывающиеся против боевых действий на территории Украины, попадают в некие черные списки, из-за которых они, в частности, не могут выступать. Среди прочих в них входит Noize MC, который не раз был хедлайнером «Ночи музыки». Сталкивались ли вы с подобными списками и как вы относитесь к такой цензуре?

— Я нормально отношусь к цензуре. В наше турбулентное время она необходима. Есть или нет такие списки — это не совсем моя компетенция. Но если что-то будет цензурироваться, мы будем вступать с компетентными органами в контакты, обсуждать и в конечном итоге приходить к какому-то решению.

То, что такое может произойти, меня не удивляет и не смущает.

— С прошлого года — после выступления Вадима Самойлова — тянется конфликт с Ельцин Центром. Планировались ваши встречи с представителями центра. Удалось ли в итоге разрешить этот конфликт? И будет ли центр площадкой в этом году?

— Я лично не портил отношения ни с Татьяной Борисовной [Юмашевой], ни с Валентином Борисовичем [Юмашевым], ни с Александром Алексеевичем [Дроздовым; исполнительный директор Президентского центра Б. Н. Ельцина]. То, что мы обменялись какими-то заявлениями в прессе, это была больше инициатива Ельцин Центра.

У меня по-прежнему есть некая позиция, что на 100 площадках я физически не могу присутствовать. У них были все возможности прервать выступление Вадика [Самойлова]. И то, что они не стали этого делать и стали перекладывать вину на организаторов, не делает им чести.

— Но ведь и координатор площадки мог сделать то же самое: прервать выступление, убрать звук с микрофона, сразу же выступить с какими-то словами.

— Координатор площадки все равно работает в рамках своих компетенций и принимает технические решения. Принятие, так скажем, политических решений — это моя прерогатива.

В данном случае за пультом были работники Ельцин Центра, если бы что-то совсем из ряда вон выходящее началось, то на площадке была собственная охрана Ельцин Центра. Поэтому прервать у них были все возможности, если было такое политическое решение. А перекладывать ответственность на тех, кто принимает только технические решения, на мой взгляд, как-то неправильно.

— В каких вы отношениях сейчас? Получается, что контакты наладить так и не удалось?

— Сейчас мы в очень хороших человеческих контактах. Ельцин Центр всегда были нашим спонсором, и они всегда собственными усилиями делали площадку. На сегодняшний день такой инициативы от центра не поступало. Я надеюсь, что все наладится и все будет хорошо

«Хочется объять необъятное»

Фото: 66.RU

— Помимо «Ночи музыки» команда ведет еще много проектов. В частности, в феврале состоялась премьера фильма «Гриша Субботин».

— На прошлой неделе мы получили прокатное удостоверение от Министерства культуры РФ на этот фильм. Более того, мы показали его одним из главных продюсеров России и уже получили позитивную оценку. Надеюсь, мы в ближайшее время войдем в контакт с дистрибьютерскими центрами и обсудим финансовые вопросы.

То, что этот проект движется, приходит к своему логическому завершению, и то, что с момента старта до окончания прошло два года, я считаю огромным успехом. Есть фильмы, которые делаются по десять лет. Поэтому для опыта большого кинематографа это просто счастье.

Мне бы хотелось, чтобы «Гриша Субботин» вышел в ближайшие пару месяцев, потому что он очень летний. Пока решается вопрос, где именно его будут показывать — на стриминговых сервисах или в кинотеатрах.

Кроме того, с Кириллом Котельниковым и Володей Шахриным мы сделали документальный фильм из серии «С чего начинается Родина». Премьера пройдет 10 июня, и в нем будет рассказываться про село Мариинск.

Параллельно идет проект по краеведческо-гастрономическому нашему шоу «Можно! С Можаевым». В первом сезоне 20 фильмов — это много, конечно. Мы что-то лихо замахнулись, и стоило, наверное, делать меньше — но, как всегда, хочется объять необъятное. Мы хотим добиться рекорда по просмотрам: мы хотели выйти на 2 млн просмотров, сейчас выходим на 5-6 млн. А еще на днях мы выиграли мини-конкурс на экспансию «Можно!» в ХМАО.

Кроме того, мы готовим фестиваль сказок «Дикоросы» (который пройдет уже в эту субботу) и фестиваль гик-культуры «ГикКон» (он состоится 27 августа).

— В прошлом году вы рассказывали о еще двух будущих проектах — это фильм о Левитане и масштабный гастрофестиваль. На какой стадии они?

— Кинопроект, посвященный Юрию Левитану, — это очень большой, глобальный проект, поэтому пока он на некоторой паузе. Мы по нему кое-что сделали — выпустили киноповесть «Говорит Москва». Это полный сценарий будущего фильма. Мы решили сделать это, чтобы избежать возможности плагиата (к тому были такие предпосылки со стороны центральных каналов).

Но в остальном сейчас проект на паузе: времена непростые, а большое кино — это большие деньги. А у всех средств свободных мало.

Гастрофестиваль тоже отложен, я думаю, навсегда. Организация такого фестиваля требует человеческих ресурсов. В моем окружении нет компании, которая бы могла за это взяться. И, кроме того, гастрономия сейчас — это некая роскошь. А у нас сейчас будут времена целесообразности.

— Напоследок хочется спросить: как вы? В прошлые разы, когда мы с вами встречались, у вас всегда было много новых идей, проектов, а сейчас как будто все угасло.

— Нет, на самом деле это только видимость. У нас по-прежнему миллион проектов. Не знаю, почему такое впечатление возникает. Ведь, например, сейчас при постоянно меняющемся спонсоре даже «Ночь музыки» становится каким-то новым проектом, в новых площадях и условиях.

Еще у нас не закончен проект с креативным кластером. Мы хотели его создать в «Салюте», но с ним у нас не очень получается: эта площадка, которая сейчас завязана на Дворце пионеров, которому она необходима. Но идея креативного кластера нас не оставляет.

И еще у нас есть масштабная идея к 300-летию города: мы хотим провести книжную ярмарку. Пока мы эту идею недостаточно оформили, чтобы показывать главе города, но достаточно, чтобы показывать спонсорам. Первый импульс пошел от Шанхайской книжной ярмарки, и там есть хороший медиаспонсор от агентства Синьхуа — главного агентства Китая.

Поэтому у нас по-прежнему работа кипит, и происходит много всего и сразу.