Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Украл кошелек» или «Узбек украл кошелек»: Сергей Колосовский об уголовных делах с иностранным акцентом

11 апреля 2022, 12:40
Колонка
«Украл кошелек» или «Узбек украл кошелек»: Сергей Колосовский об уголовных делах с иностранным акцентом
Фото: Анна Коваленко, 66.RU
Глава адвокатской группы «Логард» Сергей Колосовский выступил на встрече с представителями иностранных диаспор в «Доме народов Урала». Он рассказал собравшимся о причинах повышенного интереса общественности и СМИ к происшествиям с участием мигрантов и возможных негативных его последствиях, а также попытался объяснить главам национальных объединений, какие шаги следует предпринять, если их соотечественники стали участниками какой-либо криминальной истории, а от каких действий в этом случае лучше воздержаться.

«Говорить о титульной нации можно в РФ только условно»

Все межнациональные ситуации, связанные с национальными объединениями, как высшая форма резонанса выливаются в уголовные дела, к которым привлекается повышенное общественное внимание. А это проецируется на все национальное объединение.

Если проанализировать структуру преступлений, то я бы не сказал, что представители нацобъединений часто в них фигурируют. Но если посмотреть публикации в СМИ, то как только в ситуации участвует иностранец, этому тут же придается особое внимание. Недавнее происшествие на Сортировке разве оно единственное? Тогда гопники просто кого-то побили. Но именно тогда возникла дискуссия, что надо что-то [с иностранцами] делать. Почему это происходит? Причин несколько.

Представители национальных объединений более сплочены, чем представители условно титульной нации. Что такое коренное население Урала? Пять веков назад это татары, 10 веков назад — ханты-манси. Мой предок в 1861 году участвовал в восстании в Польше и был сослан на каторгу. Я условно русский с 1866 года. Говорить о титульной нации в РФ можно только условно.

Так вот, представители национальных объединений более организованы, а титульной — больше разобщены и сидят по своим квартирам. Эту сплоченность преподносят в негативном аспекте, когда нацобъединение постфактум начинает защищать своего члена. Зачастую это происходит не совсем верными методами.

С другой стороны, и мы, адвокаты, защищаем конкретного человека и используем все возможные механизмы. Если у нас есть возможность облегчить положение человека за счет придания ситуации национального окраса, то мы этим пользуемся. Я участвовал в деле по тяжкому вреду здоровью, когда мы смогли переквалифицировать на более мягкий состав. Это история про «очкарика» против спортсменов. Мы это преподносили как — армяне напали на бедного «очкарика». Хотя на самом деле и «очкарик» этот приехал из Узбекистана. И в этой компании из напавших на него был только один армянин и один татарин, а остальные — не с юга. Но мне было так выгодно, и я, спасая человека, так сделал.

В случае ситуаций, связанных с членами национальных объединений, все активно приходят на помощь и поднимаются на защиту своего человека. Отсюда создается впечатление, что здесь нечто более организованное. Многими журналистами транслируется мнение, что если участвуют национальные объединения, то за этим стоит криминал. В любом виде обострение национального акцента ни к чему хорошему не приведет. Причина все-таки, как я вижу, — повышенный общественный интерес.

Фото: Кирилл Смоленцев, 66.RU

«Украл кошелек» или «Узбек украл кошелек» — это абсолютно разные заголовки и число прочтений»

Межнациональная тема является одной из приоритетных в деятельности всех СМИ, потому что это читаемо и людям это интересно. Как только появляется возможность придать любой ситуации национальный окрас, тут же тема становится более резонансной. «Украл кошелек» или «Узбек украл кошелек» — это абсолютно разные заголовки и число прочтений. Национальный резонанс придается искусственно, но это объективная реальность. И это не действия в угоду чьих-то интересов. Единственный интерес журналиста — это просмотры.

Я много работаю с журналистами. Еще когда в милиции зарплату не платили, я в газете подрабатывал и понимаю детали. Алгоритм работы с журналистами только один — с ними надо дружить и разговаривать. Никогда нельзя отказываться от комментариев. Это единственный способ создать нормальное общественное мнение. Журналисты могут сделать из мухи слона, потому что они люди. У них обычный человеческий интерес. Им самим неинтересно писать, если тема неинтересная или неправильная. С ними надо работать на опережение, до выхода публикации. Если мы понимаем, что ситуация резонансная, надо все бросить и вложиться в то, чтобы освещение было правильным, а информация полной.

Работа на опережение также состоит в том, чтобы показывать хорошие стороны нацобъединения не после случившегося, а до. Уделять больше внимания профилактике.

«Представители нацобъединений часто пытаются идти не по правовому пути»

Первый механизм — это просветительская деятельность, лучшее освещение того хорошего, что люди других национальностей делают. Но они замыкаются на себе, не уделяют достаточного внимания освещению своих праздников, мероприятий, чтобы люди вне объединений это видели сами и участвовали.

Второй механизм — работа в правовом поле. Мы как адвокаты работаем на грани фола, максимально стараемся облегчить судьбу человека, помогаем выбрать правильное время для прибытия к правоохранительным органам. Если что-то случилось, то чем скорее вы подключите квалифицированного юриста, тем большая вероятность благоприятного исхода. В криминальной ситуации время идет на часы. И должно быть четкое понимание, кому позвонить среди ночи и разрешить ситуацию. Чаще всего этот момент упускается.

Многое в правоохранительной системе происходит так, как не должно происходить, и за 20 лет многое изменилось к худшему, но все-таки право работает. А представители нацобъединений, когда что-то случилось, сначала пытаются идти не по правовому пути: либо, по-русски говоря, «тихо зарешать», либо спрятать человека.