Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Пока Владимир Путин хвалит иван-чай, производители напитка несут огромные убытки. Спасет ли их президент

Пандемия подкосила бизнес уральского производителя иван-чая Александра Масютина. Два года компания не получала крупных заказов, от чего выручка компании сократилась в десять раз. После заявления Владимира Путина о пользе напитка есть шанс, что иван-чай признают сельскохозяйственной культурой. Пока его производители не получают никаких льгот, преференций и господдержки, без которых в нынешних условиях выжить и зарабатывать — проблематично.

Неожиданное заявление о пользе и вкусовых свойствах иван-чая в сравнении с кока-колой президент России Владимир Путин сделал на форуме «Сильные идеи для нового времени», когда вологодский предприниматель попросил главу государства признать иван-чай сельхозпродуктом. Президент пообещал дать Минсельхозу поручение по развитию отрасли.

«Шутки шутками, действительно, а это наверняка полезнее, чем какая-нибудь кока-кола. Там одна химия… Я вам обещаю — прямо сегодня же с соответствующей резолюцией этот документ, а я считаю, что это документ, это важное дело на самом деле, будет направлен министру сельского хозяйства Патрушеву», — сказал президент.

Чуть позже, комментируя заявление Владимира Путина, губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев рассказал о том, что на территории региона работает много производителей иван-чая. Упомянул и о самом крупном из них — ООО «Можно» из Ревды. Компания, по словам губернатора, работает с 2009 года и производит не меньше 100 тонн иван-чая в год.

«Пару лет назад мне подарили целую корзину чая, до сих пор пью по утрам перед пробежками. Очень бодрит. Есть у нас и другие маленькие, но не менее важные фирмы, которые делают напиток», — написал Евгений Куйвашев в своем телеграм-канале.

Компанию «Можно» основали бывший топ-менеджер Русской медной компании Александр Масютин и его друг Алексей Чириков. Из домашнего хобби Масютина к 2017 году производство иван-чая стало бизнесом с выручкой 100 млн рублей в год. К 2018 году в цехах трудились 40 человек и производили 100 тонн чая в год, который продавали не только в России, но и в Германии, Италии, Америке. Подробнее историю о становлении бизнеса можно прочитать здесь. Однако в последнее время дела у компании не очень — с 2020 пандемийного года компания генерирует многомиллионные убытки. Корреспондент 66.RU поговорил с Александром Масютиным.

— После заявления Владимира Путина внезапный интерес к продвижению иван-чая проявили в нескольких регионах страны. Например, вологодский губернатор пообещал напоить иван-чаем всю страну. Как вы считаете, насколько реалистичны заявления о поддержке отрасли и не затухнут ли эти идеи, так и не реализовавшись?

— Я в этой истории более 10 лет и несказанно рад, что Владимир Владимирович с открытым сердцем выслушал нашего коллегу. Но поймите, этот диалог не случайный и возник не с пустого места. Люди годами развивали производство, вложили не один десяток миллионов рублей.

В российском законодательстве с точки зрения сельского хозяйства это сорняк. Если на поле рядом с нами трудится фермер, который производит овощи или зерновые культуры или занимается животноводством, то ему государство дает деньги на посадку и уборку урожая. Мы же как сельхознаправление в принципе не существуем.

И то, что Владимир Владимирович нас услышал и, возможно, отсюда будут какие-то действия (например, признание иван-чая сельхозпродуктом, — прим. ред.) — это замечательно. Надеюсь, все это принесет благо стране. Я много лет трудился в отрасли и так счастлив, что наконец-то происходит что-то волшебное.

— Еще немного о пиаре иван-чая. Евгений Куйвашев в телеграм-канале написал, что ООО «Можно» — одна из крупнейших компаний в России и производит 100 тонн чая в год. Но, судя по публикациям, цифра была актуальна на 2017-2018 год. Последние годы выручка компании сократилась в десять раз. Что сейчас с объемами производства?

— Мы с трудом прошли пандемию, на это есть несколько причин. В том числе покупка новых современных сушильных машины конвейерного типа. Для этого нужны были не только оборотные средства, но и заказы со стороны больших игроков. К сожалению, в 2020 и 2021 году таких контрактов не было.

Фото: архив 66.RU

Сейчас найти иван-чай под торговой маркой «Можно» практически нереально.

— Но сворачивать производство и уходить из бизнеса не планируете?

— Ни в коем случае. Понимаю, что в жизни всякое бывает, но в целом мы настроены на значительный рост производства — в три–пять раз. У нас огромный технологический парк оборудования, который позволяет производить большие объемы, сотни тонн чая.

— А что произошло с вашим брендом «Верба Богородицы» и «Величай»? Я, например, не смогла найти иван-чай такой марки в розничных магазинах, купить в офисе также не удалось. Вы окончательно ушли из розницы и переключились на опт?

— У компании изначально была другая стратегия — «Можно» продает иван-чай крупным оптом, а розницей занимаются другие марки (концепция White Label, которая предусматривает производство немарочных продуктов или услуг одной компанией и использование таких продуктов или услуг другой компанией под своим брендом, — прим. ред.). Нам проще произвести и отдать. В магазинах мы изначально не были особо представлены, поэтому принципиально ничего не изменилась.

— То есть развивать собственный бренд вы не будете?

— Свой собственный бренд, не знаю, к сожалению или к счастью, не смогли развить, не захотели. Есть более успешные компании, которые продают иван-чай в своих пачках. Содержать собственную фасовочную и упаковочную линии, интернет-магазин, налаживать каналы дистрибуции — невыгодно.

Чтобы продавать товар под собственным брендом в «Кировский» (некоторое время «Вербу Богородицы» можно было найти в магазинах сети, — прим. ред.), нужно иметь запас в 5-6 тонн в год. Если речь идет о федеральных сетях типа «Магнита» или «Пятерочки», должно быть 300–500 тонн продукта в запасе. Вот и поймите, кто из таких немногих стоящих на ногах фермеров и производителей может себе такое позволить. Без серьезных инвестиций это маловероятно.