Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Ученик первого рейдера. История Владислава Костарева, который обманул Павла Федулева и выжил

23 сентября 2021, 14:46
Ученик первого рейдера. История Владислава Костарева, который обманул Павла Федулева и выжил
Фото: Анастасия Кеда, 66.RU
В ближайшее время в Екатеринбург могут насильно вернуть главного оппонента знаменитого уральского рейдера Павла Федулева, соратника Александра Хабарова, лидера «экономического крыла» ОПС «Уралмаш» Владислава Костарева. В Екатеринбурге его ожидает 600-томное уголовное дело и опасность мести со стороны Федулева.

Это сейчас, с подачи силовиков, Владислав Костарев известен как участник ОПС «Уралмаш». Но в преступном сообществе он оказался, пройдя школу «главного рейдера» России Павла Федулева. Костарев стал одним из немногих, кому удалось «кинуть» своего учителя, при этом сохранив себе жизнь.

Заря экономической империи

Владислав Костарев стал работать юристом-экономистом у Федулева с 1994 года. К тому моменту Павел Федулев, экономист по образованию, «поднявшись» на торговле мороженым и паленой водкой, вышел на рынок ценных бумаг. Ветераны-силовики, впоследствии расследовавшие его деятельность, рассказывают, что тогда он специализировался на купле-продаже пакетов ваучеров и акций «под заказ». Напарником Федулева был Андрей Соснин. На двоих они владели АОЗТ «Союз-Инвест».

Именно в 1994 году партнеры получили заказ на скупку контрольного пакета екатеринбургского мясокомбината (ЕМК). Контроль над предприятием пытался получить екатеринбургский бизнесмен Андрей Якушев.

«После того как Федулев скупил порядка 25% акций «Екатеринбургского мясокомбината», произошла смена директора на Гусева. Федулев сразу же, в течение первых двух месяцев, взял с предприятия кредит в размере трех миллионов рублей. Эти деньги он забрал себе, — рассказывал впоследствии участник этих событий Владислав Костарев. — Состоялось несколько встреч, на которых в том числе присутствовал и я. Якушев очень серьезные претензии высказывал Федулеву: «Если ты не передашь мне пакет мясокомбината, то будешь за это серьезно отвечать». Федулев действительно боялся Якушева. Он неоднократно заявлял, что если не передаст комбинат, то Якушев его убьет. Но на встречах со мной Федулев постоянно заявлял, что вся его сила состоит в том, чтобы действовать на опережение…»

Вечером 9 мая 1995 года в подъезде дома на улице Серова личный охранник Федулева Виталий Пильщиков выпустил восемь пуль в Якушева на глазах его жены и дочери. Бизнесмен погиб на месте. Уголовное дело долгие годы числилось «висяком». А Пильщиков за хорошо проделанную работу получил 50 тысяч долларов. Так Федулев и Соснин стали хозяевами ЕМК.

Фото: Полина Дикушина, 66.RU

Так заводоуправление Екатеринбургского мясокомбината выглядит сегодня

Дальше напарники получили под свой контроль крупные пакеты акций Нижнетагильского металлургического комбината, Качканарского ГОКа, «Уралтелекома» и т. д. Федулев стал лощеным бизнесменом и пробовал свои силы в политике. В предвыборной кампании 1996 года, которая вошла в историю России как самая «грязная», Федулев выставил свою кандидатуру в депутаты Законодательного собрания Свердловской области.

«Андрей Соснин, зная, что Федулев убил одного партнера, и боясь за свою жизнь, предложил расстаться. Он сказал: «Я не хочу заниматься политикой. Я хочу заниматься бизнесом. Давай ты будешь заниматься политикой, а я бизнесом?» Федулев ответил: «Хорошо, давай», — вспоминал Костарев. — Соснин увел всю команду от него: меня, бухгалтеров, всех увел абсолютно. Федулев остался только со своим водителем, «качками» и ребятами — исполнителями убийства Якушева».

Соснин, опасаясь мести со стороны Федулева, окружил себя многочисленной охраной, а своему бывшему компаньону пообещал регулярную выплату «отступных», в том числе и долями в бизнесе.

«В 96-м Федулев приехал в офис Соснина. Сам он был где-то за границей. Федулев сказал мне: «Владислав, пойдем ко мне работать. Соснин забрал у меня все, пытается разделить предприятие, отдать часть пакета мне, часть пакета забрать себе. На фондовом рынке так нельзя работать. Пакет должен сконцентрироваться в одних руках. Я не могу разделить пакеты. С Сосниным будет плохо. Пойдем ко мне работать», — говорит Костарев, который тогда отказался от предложения.

Утром 22 ноября 1996 года домой к Андрею Соснину, на Сиреневый Бульвар, 23 заехали трое его охранников. В подвале дома их уже ждал Пильщиков и его напарник Сергей Никонов. Когда Соснин вышел из дома, в сопровождении сотрудника областного ОМОН Софьина, киллеры с автоматами наперевес выскочили из укрытия. Один расстрелял машину с охраной, другой — Соснина с милиционером. В общей сложности они выпустили 37 пуль. В той бойне погибли Соснин и двое его охранников. Выжил только находившийся в машине чоповец Игорь Филимонов. Он успел укрыться в соседнем подъезде дома.

За эту работу Пильщиков с напарником получили уже 200 тысяч долларов на двоих. А Федулев оказался единственным владельцем империи, бурно обраставшей новыми предприятиями. Кроме того, он стал депутатом Палаты представителей Законодательного собрания Свердловской области.

Фото: Антон Буценко, 66.RU

Из этого здания в центре Екатеринбурга Павел Федулев долгие годы управлял своей империей

Оставшийся без работы Костарев через несколько месяцев пришел работать к Федулеву, где быстро поднялся до второго человека в команде. Считается, что именно Костарев разрабатывал для главного уральского рейдера первые схемы силовых захватов предприятий, например Качканарского ГОКа.

Раскол

Собеседники 66.RU из следственной бригады, расследовавшей деятельность Федулева — Костарева, считают, что вместе с карьерным ростом последнего росли и его амбиции. Именно поэтому в конце 90-х их дуэт распался.

«Костарева перестала устраивать роль «второго» человека в команде. Кроме того, присутствовал элементарный страх — слишком много людей погибало вокруг Федулева. Ну и, конечно, деньги. Став во главе захватов, он мог бы зарабатывать куда больше», — объясняет мотивы Костарева, толкнувшие его уйти от Федулева, бывший силовик.

Подробности раскола между Костаревым и Федулевым остаются неизвестны широкой публике.

«Это произошло в 1998 году. Я тогда работал на Федулева на Ивдельском гидролизном заводе. Там я единственный раз в жизни виделся с Костаревым, — вспоминает бывший сотрудник команды Федулева Федор Гафинец. — Тогда Костарев никаких предприятий с собой не «утаскивал». Он только увел с собой некоторых охранников. Но чтобы кто-то кинул Федулева — те люди лежат в местах не столь отдаленных. Я подчеркну, не сидят, а лежат. Чтобы что-то забрать у Федулева, надо было иметь железные… Сами знаете что. Костарев был учеником Федулева. А что уж между ними произошло, я не знаю».

Примечательно, что уход Костарева совпал с первым серьезным уголовным преследованием Павла Федулева. Этому предшествовали события 1997 года, когда рейдер заключил соглашение с представителями ОПС «Уралмаш» о совместном захвате Тавдинского гидролизного завода.

Вот как те события описывала командированная в Свердловскую область журналист «Новой газеты» Анна Политковская: «Необходимое пояснение: почему настолько силен интерес именно к гидролизным заводам? Они производят спирт, из которого позже вырабатывается водка-паленка, из которой потом произрастают мощные потоки иссиня-черного нала. Итак, Федулев с «Уралмашем» скупили 97% Тавды. Обычным путем: и та, и другая стороны создавали фирмы, туда вкладывались деньги, а потом акции делились. При разделе, как водится, Федулев нарушает первоначальные обещания о пропорциональности и даже не вводит в состав совета директоров представителей «Уралмаша» — только своих. Что с Федулевым? Он рвется на свободу. Он уже хочет быть первым из первых и явно наглеет, пытаясь вышвырнуть на свалку истории даже екатеринбургских неприкасаемых — «уралмашевских». А что, собственно, ему скромничать? У Федулева к тому моменту отличные связи в областном УВД, он в чести у Эдуарда Росселя, наконец, он исправно платит дань команде борцов с оргпреступностью…»

Ресурс «Уралмаша» оказывается сильнее. За махинации с акциями Качканарского ГОКа (напомним, что схему атаки на предприятие разрабатывал Костарев) против Федулева возбуждают первое уголовное дело. В 98-м он пускается в бега. А в 1999 году его впервые арестовывают.

Из-за этих событий рейдер проигрывает «уралмашевским» войну за Тавдинский гидролизный завод. А Владислав Костарев закономерно оказывается в команде ОПС «Уралмаш».

«Пока мы дышим, мы будем работать здесь»

В новом амплуа бывший приближенный к Федулеву ярко обозначил себя в истории борьбы за Салдинский металлургический завод (СМЗ).

В конце 90-х предприятие переживало тяжелейший кризис. «Уралмашевские» скупили часть акций СМЗ и через решение совета директоров на пост председателя усадили своего человека — Олега Почивалова. ОПС пытался противостоять фаворит администрации свердловского губернатора Росселя Сергей Капчук. Несмотря на решение совета директоров, он со своими сторонниками захватил здание заводской администрации и занял круговую оборону с использованием пулемета и пожарных брандспойтов.

Владислав Костарев возглавил ведение боевых действий со стороны «Уралмаша». Для его поддержки на место выезжали лидеры ОПС Александры Хабаров и Куковякин.

Силы оказались неравны, и после многомесячного противостояния в 2001 году ОПС заняло предприятие. Сергей Капчук, спасаясь от уголовного преследования, скрылся за границей. Руководство заводом перешло к Олегу Почивалову и Владиславу Костареву. Вдвоем они выступили перед заводским коллективом, пообещав: «Пока мы дышим, мы будем работать здесь».

После за Костаревым закрепилось звание лидера экономического крыла ОПС «Уралмаш».

Для захвата предприятий он получил в свое распоряжение всю мощь группировки. Как позже установит следствие, главным финансовым инструментом в арсенале рейдеров было ЗАО «Акционерный коммерческий банк «Ореолкомбанк», в состав учредителей которого входили первые лица «Уралмаша»: Хабаров, Воробьев, Куковякин, Новожилов, Алферов и другие. Председателем совета директоров банка являлся сам Владислав Костарев.

В арсенале группы были ЧОПы для захватов и удержания территорий, для операций с реестрами акционеров использовалось специально созданное ОАО «Ависта», для выгодной оценки имущества были созданы собственные экспертные компании, а для проведения сделок и создания задолженностей всю Россию опутала сеть фиктивных предприятий. Своеобразным «общаком», в котором аккумулировались активы и ценные бумаги, стало ООО «Командор-Депозит», в равных долях учрежденное 15 основоположниками «Уралмаша».

Следователи считают, что за время деятельности группировки Костарева с 1999 по 2007 год объектами ее атак стали 33 предприятия, из которых только 26 — свердловские.

Бывший глава следственной группы свердловской прокуратуры, расследовавшей деятельность ОПС «Уралмаш», Михаил Мильман так описывал схему атак группы Костарева: «Ночью через забор перелазили крепкие мальчики, блокировали завод, не пуская на территорию директора. Ему выдавалось решение учредителей об отставке и требовали передачи печатей предприятия».

Но вместе с восхождением на «рейдерский олимп» Костарев все глубже увязал в конфликте с Павлом Федулевым.

Война

В 2004 году Костарев воспользовался тяжелым положением Федулева. Того судили в Савеловском суде Москвы за махинации с ценными бумагами ОАО «Качканарский ГОК «Ванадий». Согласно обстоятельствам дела, за продажу 19-процентного пакета акций предприятия Федулев получил векселя «Мост-Банка» от представителей «Урал-Старт». Однако до последних ценные бумаги не дошли. На борьбу за свободу рейдеру требовались серьезные деньги, которых тогда у него не было.

Фото: архив 66.RU

Павел Федулев

«В итоге Федулев выпустил векселя под свои предприятия. Он договорился с Костаревым, что за энную сумму отдаст ему векселя, а после обязательно выкупит с процентом. По всей видимости, деньги сыграли свою роль, и сразу после оглашения приговора Федулева освободили по амнистии. Тот кидается искать Костарева, чтобы выкупить контроль над своей империей. Но тот отовсюду пропал», — вспоминает оперативник следственной бригады по делу рейдера.

В этот момент на свет появляется скандально известное видеопризнание Костарева: VHS-кассета, на которой тот рассказывает в подробностях, как Федулев заказал убийства Якушева и Соснина.

«Если эта пленка попадет ему (Федулеву) и он окажется на свободе, то он, скорее всего, меня убьет. Я этого очень боюсь. Я еще хотел добавить, что нужно допросить обязательно Вихарева (Андрея), который расскажет подробности, как и почему Федулев убил Якушева», — завершил свое признание на видео Костарев.

Запись передал в Управление Генеральной прокуратуры РФ бывший партнер Федулева, занимавший в тот момент пост в Совете Федерации РФ от Курганской области Андрей Вихарев. Но «связать руки» Федулеву новым уголовным разбирательством не удалось. Кассету направили в свердловскую прокуратуру, где про нее «успешно забыли».

«Чтобы вернуть контроль над своими предприятиями, Павел Федулев внес изменения в регистраторе. В конечном счете ему удалось получить акции назад», — рассказывает оперативник.

В 2006 году в Екатеринбурге Федулева задержал ОМОН во время занятий по латино. В бальных тапочках его доставили в ИВС, обвинили в силовом захвате рынка «Оборонснабсбыт» и взяли под стражу. На своего босса дал показания в том числе и его личный киллер Виталий Пильщиков.

А через месяц на екатеринбургском мясокомбинате сменился собственник.

«Я могу назвать много предприятий, на которых был захват. Но на мясокомбинате тогда захвата не было. Это лишь версия следствия. На деле же мы вдвоем (с Игорем Юрловым) зашли на заводоуправление. Мы предъявили документы о покупке долей мясокомбината, сели в кресла и начали работать. Никакого захвата не было», — вспоминает Федор Гафинец, которого назначили новым директором комбината.

Как позже установило следствие, атакой на ЕМК руководили бывший сотрудник Федулева Игорь Юрлов и Владислав Костарев. Время было выбрано удачно. Не подозревая о готовящемся задержании, Павел Федулев заявил о размещении дебютного выпуска облигаций мясокомбината. Поручителями по ценным бумагам выступали принадлежащие ему же «Ирбитский химико-фармацевтический завод» и «Лесоиндустриальная компания Лобва». Предприятия дали свои гарантии, но выпустить облигации так и не успели.

Фото: архив 66.RU

Владислав Костарев на новогоднем корпоративе, 2004 г.

Федулев распределил активы среди своих ближайших родственников. Контроль за ЕМК он осуществлял через мать Людгарду Ведрову и дядю Владимира Марценюка. Однако после потери контроля Ведрова обратилась с заявлением в милицию, указав, что под угрозами она подписала документы о добровольном отказе от собственности.

В ходе атаки Юрлов получил под свое начало ЕМК, а Костарев — Ирбитский химфармзавод. После юрист Федулева Эдуард Кузнецов рассказывал, что за несколько месяцев новый собственник успел вывести с Ирбитского завода активы более чем на 100 млн руб. Часть производства остановилась, персонал массово сокращали, а предприятие оказалось на грани банкротства.

Обобрать своего учителя прилежный ученик так и не смог. В 2007 году уже Костареву пришлось спасаться от уголовного преследования.

Судьба группировки

Активности следствия по уголовному делу группы Костарева не в малой степени поспособствовал и Павел Федулев. Из обширного списка пострадавших предприятий наиболее подробно следователи отработали обстоятельства захвата и дальнейшего вывода активов «уралмашевцами» с «Артемовского машиностроительного завода «Вентпром». Но по различным причинам расследование уголовного дела было официально прекращено. Тогда, еще будучи на свободе, Павел Федулев, перехвативший у Костарева контроль за Богдановичским фарфоровым заводом, потребовал собрать у заводчан подписи под обращением об ужасах уралмашевского рейдерства. В конечном итоге это обращение на Совете Федерации зачитал председатель Сергей Миронов. Генпрокуратура не смогла остаться в стороне и отменила постановление о прекращении уголовного дела. Расследование возобновилось с удвоенной силой.

Фото: архив 66.RU

Дом Владислава Костарева в знаменитом поселке Карасьеозерский. Его соседями были глава Екатеринбурга Чернецкий, вице-мэр Тунгусов, создатель «4 канала» Мишин и другие.

Многочисленные уголовные дела о захватах следственная бригада объединила в одно.

В 2007 году начались задержания участников группировки. Всего удалось привлечь к ответственности 25 человек. Среди обвиняемых значился даже один из лидеров ОПС «Уралмаш» — Александр Хабаров. Он избежал привлечения к ответственности из-за своей загадочной гибели в екатеринбургском СИЗО. В числе попавших на скамью подсудимых были депутаты муниципальных дум, арбитражные управляющие, руководители и члены советов директоров банков, сотрудники полиции и коммерсанты.

В 2012 году дело костяка группировки дошло до суда. Но несмотря на ворох серьезных экономических статей, нанесенный ущерб, оцененный следствием в сумму от 1,5 млрд руб., реальные сроки получили только Андрей Ткачук, осужденный на 10 лет лишения свободы, и Алексей Мишенин, получивший 8 лет колонии. Четверо юристов и экономистов отделались условными сроками.

Сам Костарев не попал на скамью обвиняемых. Он скрылся от следствия еще в 2007 году.

Эмиграция

После исчезновения из России уральские туристы, отдыхавшие в Объединенных Арабских Эмиратах, неоднократно видели его в Дубае. Зачастую в компании другого беженца — Александра Куковякина.

Оперативники рассказывают, что все это время Костарев не терял связей с малой родиной. Через оставшихся на свободе членов своей группировки и зарегистрированные в Чехии компании он получал прибыль предприятий, оставшихся под его контролем.

«Даже в Дубае он совершил несколько мошенничеств. Так, с одним из ранее ему знакомых предпринимателей он заключил на территории ОАЭ договор займа под проценты на значительную сумму. Деньги не вернул. Когда екатеринбургский предприниматель приехал в ОАЭ и обратился в правоохранительные органы этой страны, то сам чуть не попал под уголовное преследование и долгое время не мог покинуть Эмираты, так как ростовщичество в этой стране запрещено», — ухмыляется знакомый с ситуацией оперативник.

Опасаясь задержания по запросу Интерпола и экстрадиции в Россию, Костарев неоднократно менял свою фамилию и дважды имитировал утопление.

Свердловские силовики уточняют: хоть Костарева и задержали нынешним летом в Италии, но далеко не факт, что в ближайшее время его экстрадируют в Россию.

«Экстрадиция — это зачастую политический вопрос и игра спецслужб. И хотя Костаревым занимаются «высокие» московские силовики, пока никто не даст гарантий, что его доставят в Россию», — рассуждает екатеринбургский следователь.

Но если Костарева все же будут судить в России, это может вновь запустить остановившиеся много лет назад вопросы о собственности.

«После захвата СМЗ завод был обанкрочен и продан, — рассуждает давний оппонент Костарева Сергей Капчук. — Я буду советоваться с юристами, мы реанимируем сроки давности и будем взыскивать стоимость похищенного у меня имущества. Насколько я знаю, лично Костарев не похищал, а легализовывал похищенное у меня. После банкротства завод был продан холдингу ЕВРАЗ. Поэтому в этот процесс будет вовлечен и он. Очень серьезные процессы запустятся».

В том числе к сатисфакции с Владиславом Костаревым будет стремиться и Павел Федулев. Приговоренный к 20 годам заключения, сегодня он активно добивается условно-досрочного освобождения.