Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Август 98-го — это когда деньги есть, а бизнеса нет». Истории предпринимателей, выживших после дефолта

17 августа 2021, 10:35
«Август 98-го — это когда деньги есть, а бизнеса нет». Истории предпринимателей, выживших после дефолта
Фото: 66.RU
Корреспондент 66.RU пообщался с бизнесменами и политиками из Екатеринбурга, которые пережили экономический дефолт в уже сознательном возрасте. Чем обернулся для них «черный вторник» и насколько велико отличие дефолта 1998 года от кризиса сегодня — в материале 66.RU.

23 года назад Правительство РФ и Центробанк объявили экономический дефолт — государство отказалось от обязательств по облигациям, мегарегулятор прекратил поддерживать курс рубля относительно доллара. Накопления россиян резко обесценились, на улицах незаконно продавали доллары (но это не останавливало от их покупки), цены в магазинах выросли в несколько раз. День, следующий за 17 августа 1998 года, вошел в историю под названием «черный вторник».

Но не для всех дефолт стал трагедией. Наиболее предприимчивые нашли способ плодотворно использовать это время.

Гендиректор ГК «АвтоПлюс» Павел Шестопалов:

— Я в августе 1998 года купил квартиру. Поскольку она была не новая, из нее вынесли всю мебель, ободрали обои, потолок, пол, отодрали плитку, вынесли окна. Надо было покупать строительные материалы, новую мебель — все новое. А ценник, мягко говоря, изменился. Я был в шоке.

Когда доллар немного упал (не до 6 руб., конечно, но хотя бы до 12 руб.) на несколько недель, я бегал по магазинам, искал эти строительные материалы, чтобы хоть на что-то хватило. Приходилось стоять в магазине и наблюдать за курсом, ждать, пока он пару раз перепадет, и брать в подходящий момент.

Фото: Анна Уткина, 66.RU

Что касается бизнеса, то незадолго до дефолта мы получили по бартеру большую партию автомобилей АЗЛК, которые были плохо собраны. И, честно говоря, было непонятно, как их продавать — никому они не были нужны. Но за один день мы их все распродали каким-то цыганам-нецыганам — не разберешь. Тогда покупали все — уже неважно, ездит или не ездит, прикручены ли вообще колеса.

Долго все рассказывать, но мы в тот кризис не потеряли. Да, было больно, машины потом долго не продавались. Но сейчас больнее на самом деле. Тогда было весело — все верили, что дальше будет лучше. Сейчас такого нет.

Владелец сети супермаркетов «Кировский» Игорь Ковпак:

— Я был счастлив, что я к тому времени избавился от ГКО (государственные краткосрочные облигации) — были такие бумаги, их государство выпускало под высокие проценты. Я это сделал по совету самого известного местного банкира. Мы обсуждали с ним эту тему незадолго до дефолта, чувствовали, что дело близится к развязке. И у нас на крупные суммы — на очень крупные суммы даже по сегодняшним меркам — были эти бумаги. До сих пор радуемся, что успели их сбыть.

Фото: Анна Уткина, 66.RU

Потом мы стали вкладывать деньги в товар, в покупку грузовиков, потому что цены тогда еще были переходные — рублевые, и надо было быстрее продать товар. Вообще задача была — тратить.

Владелец «АвтоАудиоЦентра» Сергей Мишкин:

— В то время мы меняли цены практически онлайн, так как они полностью зависели от валюты. Слушали котировки валют, постоянно ездили по обменным пунктам, чтобы поймать выгодный курс. Тогда можно было поменять рубли на доллары прямо на ул. 8 Марта около автовокзала.

Доллар скакнул в три раза до 20 руб., потом опустился до 18 руб. Но ничего страшного не произошло, жизнь продолжалась. Те скачки доллара, которые происходят сейчас, — в пределах 5–10%, они, конечно, незначительные, если сравнивать с тем, что было ровно 20 лет назад.

С 1998 года для меня как для предпринимателя август закрепился как непростой месяц для бизнеса. Каждый год ожидаем каких-то валютных, финансовых колебаний в этот месяц.

Фото: Анна Уткина, 66.RU

Относительно того, что происходит сейчас, я знаю, что это просто меняются экономические условия — не более того. Сегодня все хотя бы на равных. По крайней мере, те, кто ведет бизнес в России. Что тут сделаешь? Скорректировались и живем дальше. Считаю, что за двадцатилетний опыт (а я веду бизнес уже 24-й год) мы получили такое количество прививок, что нас очень сложно чем-либо удивить.

То, что происходит сейчас, — не страшно, не критично. Есть понимание, что делать и как. Поэтому самое главное — сохранять радостное состояние, понимать, что ничего страшного не происходит.

Гендиректор ГК BROZEX и депутат Заксобрания Свердловской области Вячеслав Брозовский:

— Единственное, что я хорошо помню из августа 1998 года, — это мешки с деньгами. Они стояли у нас на кухне — два картофельных мешка, набитых рублями. Их и в банке было страшно держать, и перевести не удавалось. В итоге пошел в Сбербанк, и все-таки удалось сделать перевод.

Так что август 98-го запомнился мне тем, что деньги есть, а бизнеса нет.

Фото: Анна Уткина, 66.RU

В текущей ситуации… Хорошо хоть не такими темпами, как в 1998-м, ситуация ухудшается. В конечном счете все зависит от нас. От того, насколько хорошо мы работаем.