«Это ловушка». Мать, у которой суд отобрал ребенка, боится ехать к мужу в Италию из-за двух уголовных дел
Историю 26-летней екатеринбурженки Дарьи Ди Сальвио, которая вместе с двухлетней дочкой была вынуждена покинуть Италию, не выдержав побоев и унижений от мужа-иностранца, корреспонденты 66.RU рассказывали в феврале. Девушка решила остаться жить у родителей на территории Свердловской области и подала на развод. После этого супруг обвинил ее в похищении общего ребенка и пытался через суд добиться возвращения малышки. И хотя в пользу матери говорили все аргументы: материальное положение, жилищные условия, даже органы опеки не поскупились на положительную оценку, — процесс закончился в пользу итальянца.
Дело в том, что при вынесении решения судья руководствовалась положениями «Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей», которую в 1980 году приняли в Гааге и к которой Россия присоединилась в 2011 году. Согласно Конвенции, приоритетом в урегулировании спорных семейных вопросов становится «страна обычного проживания ребенка» — та, где несовершеннолетний жил дольше и успел привыкнуть к условиям.
В конце марта Свердловский областной суд начал рассмотрение апелляции на решение первой инстанции. Процесс растянулся на несколько заседаний. На последнее из них, которое прошло 5 апреля, прилетел сам Луиджи Ди Сальвио. Он заверил коллегию судей в том, что не собирается разлучать мать с ребенком, а наоборот, хочет сделать все возможное, чтобы все были счастливы и чтобы интересы каждого были удовлетворены.
Дарья сомневалась, что это возможно, так как в Италии ее ждало уголовное преследование за похищение и незаконное удержание дочки на территории РФ. При въезде на границу любой страны Шенгенской зоны россиянку бы сразу арестовали и ограничили в родительских правах. Луиджи попытался развеять ее сомнения. По словам Дарьи, он предоставил суду документ (в Италии такую бумагу называют «сертификат»), в котором говорилось, что он отозвал из органов иск о похищении ребенка и благодаря этому уголовное преследование Дарьи на территории Италии и Шенгенской зоны теперь прекращено.
В результате суд отказался оставлять ребенка в России вместе с мамой. И распорядился, чтобы до 1 мая этого года девушка самостоятельно вернулась с девочкой в Италию. В противном случае она будет обязана передать дочь отцу в течение 10 суток. Вопросы об опекунстве малышки должны будут решиться там же. При этом Луиджи согласился взять на себя дорожные расходы и оплатить проживание Дарьи в Италии.
Перевод документа, который прислали из итальянской прокуратуры
Дарья считает, что Луиджи и его адвокат могли обмануть екатеринбургских судей, предоставив ложные сведения (и, возможно, даже фальшивый сертификат) о якобы прекращении расследования.
Дарья Ди Сальвио:
— Они предоставили в суд копию сертификата о том, что дела нет. Мы с моим адвокатом даже посмотреть его не смогли. А теперь оказывается, что дела против меня таки есть. Если я 1 мая пересеку границу Италии, мной заинтересуется опека, я автоматически лишусь родительских прав. Там по одной статье грозит около четырех лет лишения свободы и по второй — около трех. Это просто какая-то ловушка. Главное, что суд верит супругу на слово. Я буду обжаловать, мы с моим адвокатом готовим кассационную и надзорную жалобу в прокуратуру.
К слову, вторую статью Дарья заработала за то, что, по ее словам, попросила у мужа 500 евро на теплую одежду и питание для дочки, когда только приехала в Россию. Именно это Луиджи расценил как вымогательство.
Адвокат предоставил нам письмо своего доверителя с развернутым комментарием. Если кратко, Луиджи уверят, что на суде говорил правду, и все свои слова подкреплял официальными документами, подлинность которых не может вызвать сомнений. По словам мужчины, Дарье не грозит попадание за решетку, и он приложит все усилия для того, чтобы уголовное производство против нее закрыли. Вот основные положения письма, которые нам удалось перевести:
«Поскольку я сделал личное заявление о том, что не имею претензий, тюрьма Дарье не грозит. Судья, имея на руках мое заявление, будет учитывать мою волю не продолжать ее уголовное преследование и прекратит процесс. Но все равно это, конечно, достаточно тяжелый характер деяния.
Поэтому на вопрос журналиста, правда ли, что Луиджи представил суду информацию, которая не соответствует действительности, ответ — абсолютно нет. Луиджи представил суду реальную информацию:
- есть моя жалоба, которая является правдой;
- существует ремиссия по иску, что является правдой;
- другие иски не представлены, и это правда.
- как истец я могу отозвать иск, который был подан. Но обвинение автоматически может продолжить государство, это установленно законом, и это правда — совершенные преступления очень серьезны, во всех правовых системах мира;
- на основании того, что уже было сказано, уголовное преследование теряет свою силу и приведет к освобождению, и это правда;
- это информация, которую я рассказал суду.
К счастью, у меня хорошая память, и я помню 60 вопросов, которые мне задавали судьи. Кроме того, ложность документов строго наказывается некоторыми статьями Уголовного кодекса, и для должностного лица в том числе.
Отмена иска является актом, подписанным командиром карабинеров (один из четырех видов Вооруженных сил Италии, исполняют полицейские функции на территории Итальянской Республики и функции военной полиции в ходе заграничных операций итальянских вооруженных сил — прим.ред). Карабинеры не принимают фальшивые документы или документы, которые не могут быть представлены. Это доказательство моей воли, которое Дарья также может утвердить в своем решении. Это доказательство моего проявления воли.
Вся информация была предоставлена в суде не только голосом, но и на основании точных документов.
А вот сторона Дарьи представила на суде только пару документов и только ложь, например: что в моем доме есть плесень, что я жестокий, что я угрожал ей, что я повысил голос на ребенка, что я не давал ей денег и т. д. Они ничего не доказали. Они просто бросались грязью и оскорблениями в социальных сетях. Они даже опубликовали фотографию решения апелляционного суда с отвратительными комментариями.
Что касается преступлений, совершенных Дарьей, то отказ от моей жалобы не подразумевает — как уже упоминалось — прекращения уголовного производства. Мы поняли это. Однако поскольку основной элемент уголовного процесса больше не присутствует (то есть показания заявителя — Луиджи), легко получить оправдательный приговор для Дарьи.
И еще хотел бы сказать журналисту: что мне было делать в октябре-ноябре? Когда я не знал, где именно и чем занималась моя дочь? Со всеми заботами и страхами о ее судьбе? Я должен был отправить коробку конфет своей жене?
А Дарья скрывает ребенка, не дает никаких новостей, не отвечает на телефонные звонки. Она отвечает только для того, чтобы угрожать и просить денег (попытка вымогательства), она не показывает мне ребенка, она не отправляет фотографии. И что нужно было сделать»?
