Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Мы должны думать о наследии». Самый известный китайский архитектор — о будущем городов

19 октября 2020, 18:44
интервью
Ма Яньсун пропагандирует новый подход к архитектуре и пытается создавать среду, где стирается граница между зданиями и природой. Его постройки выглядят экстравагантно и выделяются на фоне городов. В интервью 66.RU архитектор объяснил, что не так с современными мегаполисами, почему обесценивается профессия архитектора, и порассуждал, может ли нейросеть проектировать лучше человека.

Ма Яньсун — суперзвезда мировой архитектуры, основатель бюро MAD. Он стал «первым известным на Западе китайским архитектором», вошел в самые разнообразные рейтинги — 10 творческих людей от американского журнала Fast Company, 100 творческих людей бизнеса, включен в список «Молодых глобальных лидеров», получил премию Королевского института британских архитекторов. Но знаете вы его наверняка по футуристичным объектам.

Фото: официальная документация проекта/ MAD Architects

Например, вот этому. Это проект Ма Яньсуна «Пекин 2050» — вариант перестройки площади Тяньанмэнь, расположенной в центре Пекина

«Однажды я шел по улице и увидел людей, торгующих рыбами. Они держали их в кубическом аквариуме. И я задал себе вопрос: «Нравится ли им там жить?» Определенно, нет. Может, это происходит потому, что кубическая архитектура гораздо проще и дешевле в строительстве? Я провел небольшое исследование: установил камеру для наблюдения за поведением рыбок и выяснил, что, скорее всего, им в стандартном аквариуме неудобно. Аквариумы в форме куба — не лучший дом, и я спроектировал для них новый аквариум. Думаю, он должен напоминать естественную среду обитания. В нем должно быть более гибкое пространство, более сложный интерьер. Через год мне дали спроектировать дом для людей», — рассказывал Ма Яньсун в июле 2019 года на лекции проекта Ted.

В преддверии Forum 100+ Russia, где Ма Яньсун будет спикером, мы поговорили с ним о российской архитектуре в мировом контексте, спичечных коробках и смелости архитекторов.

О влиянии Захи Хадид и причудливых формах

— Как вы оцениваете современную российскую архитектуру? Можете кого-нибудь выделить?

— В России меня поразила богатая природа, великолепное небо. Лучшее впечатление я получил от тех пейзажей. Еще мне понравились здания прошлых лет. Если говорить о современной архитектуре, то чего-то отличительного и выдающегося я не увидел.

Фото: официальная документация проекта/ MAD Architects

«Эти высотные здания в Пекине выглядят как мини-горы с мини-долинами. Оно сильно отличается от окружающих зданий. Многие критиковали меня за этот проект, потому что он сильно выделяется. Я задал себе вопрос: «Почему это здание вписывается в традиционную, природную среду лучше, чем в городскую. Может быть, с городской средой что-то не так?»

— Вы работали с Zaha Hadid Architects. Насколько это сотрудничество оказало влияние на ваш взгляд на архитектуру, на проекты, которые были созданы вашим архитектурным бюро?

— Во время моей учебы Заха Хадид была моим профессором. После окончания университета я пошел к ней в бюро, чтобы набраться опыта. Она была настоящим художником. Такие люди делают очень осознанные вещи. Она не хотела повторяться, она хотела создавать каждый раз что-то уникальное. Мне кажется, эти принципы я перенял у нее.

— Некоторые люди отмечают общие черты архитектуры MAD и архитектуры Захи Хадид: обтекаемые формы, футуристичный дизайн, изогнутые фасады. Это случайность? Каковы истоки такого понимания архитектуры?

— Мне нравятся изогнутые естественные формы. Мне нравятся проекты, которые претворяли в жизнь Антонио Гауди, Фрэнк Гери, Заха Хадид. Но я бы не стал судить об этих формах как об определяющем факторе. Тогда нужно архитекторов разделить на две категории: те, кто проектирует здания-коробки, и те, кто любит причудливые изогнутые формы. Но это не так. Естественные формы помогают мне выразить то, что я чувствую, и то, что хочу донести до людей.

— Если бы была такая возможность, то какой объект, построенный во всем мире за все время, вы бы хотели спроектировать?

— Если подумать про испанскую архитектуру, то в первую очередь на ум придет фамилия Гауди. Без него испанская архитектура никуда бы не делась, но была другой. Архитектурный облик зданий не живет в отрыве от своего создателя, его мыслей, взглядов, контекста времени и культуры.

Главное — это не конечный результат (готовое здание), а поймать вдохновение. Поэтому я бы сказал так: я бы ни у кого не забирал эти проекты. Я бы лучше создал что-то новое, что показало бы мое восприятие.

Фото: официальная документация проекта/ MAD Architects

«Это жилой комплекс, он построен в очень живописном уголке природы. Перед началом проектирования, когда я приехал на место, я почти отказался от этого проекта. Ведь чувствуешь себя преступником, пытаясь там что-то построить. Я не хочу становиться преступником. Но затем я подумал, что если бы я это не сделал, то другие архитекторы просто построили бы на этом месте стандартную коробку. Мы позаимствовали контурные линии у гор. Эти здания переняли форму и рельеф у природы».

О бот-архитектуре и смелом архитекторе

— Как вы считаете, профессия архитектора не обесценивается? По всему миру ежедневно появляются тысячи зданий, которые спроектировали архитекторы по заказу девелоперов, стремящихся заработать. Можно ли сделать так, чтобы последнее слово оставалось за архитектором, а не девелопером?

— Это так. Архитектура, которую мы видим каждый день, слишком практичная. На мой взгляд, архитекторы должны быть визионерами, смотреть в будущее и показывать это будущее обществу. Архитекторы должны более ответственно подходить к тому, что они делают. Им нужно побеспокоиться насчет того, что они передадут потомкам, какой след в истории оставят.

Девелоперов сложно упрекать: они заказывают те проекты, которые им нужны, чтобы заработать. А вот архитекторы сейчас заняты больше вопросами капитала и реализации задумок заказчика, чем визионерством. Архитекторы должны стать более храбрыми, обладать большей отвагой и поправлять девелоперов, когда те захотят построить что-то безвкусное.

— Есть такое мнение, что в будущем нас ждет эпоха бот-архитектуры, когда людей освободят от создания рутинных зданий и этим займется искусственный интеллект. А человек сосредоточится на проектировании знаковой и дорогой недвижимости. Как вы к этому относитесь?

— Я не согласен с тем, что архитекторы должны проектировать только знаковые объекты. Потому что архитекторы — это те люди, которые управляют эмоциями. В своих зданиях они воплощают разные настроения. Просто так робот не сможет взять и заменить эти эмоции. Робота можно поставить на выполнение простых типовых операций.

Смотря на современные города, на то, как они похожи, мы рассуждали, что эту работу можно поручить машине: она тоже будет проектировать те же некрасивые типовые здания. Но тут же одернули себя: «А что, если придет архитектор, который вложит в создание самого обычного дома живые эмоции?» Тогда среда обитания человека изменится в лучшую сторону.

Технологии должны стать добавкой к тому, что делают люди, а не заменять их. Раньше мы сидели за кульманами, чертили с помощью линейки. А сейчас есть компьютерные программы, редакторы. На самом деле архитектура состоит из двух частей. Я согласен отдать скучную часть — планирование, расчеты, нудные однообразные вещи — роботам. Но вторую часть — творчество, созидание, креатив — я оставлю себе.

Фото: официальная документация проекта/ MAD Architects

«Это два небоскреба в пригороде Торонто. В народе их прозвали «башни Мэрилин Монро» из-за их извилистой формы. На этот дизайн нас вдохновила природа: переливы солнечного света и порыва ветра. Когда мы закончили работу над проектом первой башни, нам сказали: «Дизайн второй башни придумывать не надо, просто постройте вторую такую же». Я ответил: «Не стоит тут ставить сразу две Мэрилин Монро». В природе нет двух абсолютно одинаковых вещей».

— Вы не верите в такое будущее, когда нейросеть чисто по экономическим причинам (просто потому, что человеческий труд дороже) заменит архитектора? Машины уже водят машины, побеждают человека в шахматы и го.

— Езда на автомобиле гораздо проще, чем архитектура. И архитектор — сродни художнику. Он созидает, он должен быть интеллектуально развит, умен.

Давайте посмотрим на здание, которое было создано столетие назад. Когда мы заходим в него, через то пространство мы общаемся с людьми того времени, мы понимаем культуру. Архитекторы сродни музыкантам — это коммуникаторы, рассказывающие о времени, людях, которые тогда жили, традициях, укладе.

О проблемах больших городов и русской архитектуры

— В одном из интервью вы говорили, что архитектура существует для того, чтобы решать проблемы общества. Какие проблемы она может решить?

— Каждый мой проект отвечает на вызов, который стоит перед обществом. Недавно мы закончили проект детского сада. Он находится в обычной местности, окружен обычными зданиями. Когда мы проектировали, то постарались показать, как старое и новое могут сосуществовать. И как новый проект может уважать те традиции и то старое окружение.

Еще один пример — проект спортивного парка. Там размещено большое количество объектов, которые мы вписали в горный пейзаж. И сейчас здания выглядят как зеленые вулканы. В архитектуре важно уметь вписать здания в природную концепцию, чтобы они были более дружелюбными. В этом и весь смысл.

Фото: официальная документация проекта/ MAD Architects

«Сейчас мы строим вулканы. Это спортивный парк с четырьмя стадионами. Один из них футбольный, рассчитан на 40 000 зрителей. Тут едва можно отличить, где здания, а где природный ландшафт. Здания становятся частью пейзажа, произведением ландшафтного искусства. Гости парка могут гулять вокруг зданий или забираться на них».

— Многие мировые мегаполисы перенаселены. Для китайских городов это более чем актуально. Очевидно, что в дальнейшем в города будет приезжать все больше населения, поскольку они являются экономическими, культурными, образовательными центрами регионов. В результате города будут более высотными и высокоплотными. Является ли это проблемой и есть ли решение?

— Города — это хорошо. Потому что именно там люди учатся общаться и взаимодействовать друг с другом. Современная цивилизация существует в городах. Да, действительно, есть много проблем, связанных с перенаселением. COVID-19 — одна из них.

Мы считаем, что решением этой проблемы могут стать конурбации, когда города создаются в группах. Это небольшие города, расположенные в 20–30 километрах, максимум — в часе езды на машине. Все социальные объекты, сервисы нужно распределить равномерно. Это поможет эффективно воздействовать на болевые точки.

— Чтобы закольцевать разговор, хочу задать такой вопрос. Вначале вы сказали, что не выделяете современную российскую архитектуру. Почему, как вам кажется, в России нет архитектора с мировым именем?

— Я не знаю. Русская архитектура известна своими именами, но, к сожалению, это не относится к сегодняшнему дню. Современная архитектура в России завязана на коммерческие вопросы. Здесь больше преследуются коммерческие интересы. На Западе больше возможностей проявить себя. Поэтому молодым российским архитекторам я хочу сказать следующее: пользуйтесь возможностями, потому что необязательно заниматься реализацией своих идей в России.

— Интересно ли вам что-то спроектировать в России?

— Кстати, пока мы разговаривали, я вспомнил здание в России, которое мне понравилось. Это музей «Гараж». Правда, спроектировано оно не российским архитектором.

Есть один проект, который мы начинаем делать совместно с российским бюро. Это жилое здание в пригороде Москвы. Кроме того, у меня был опыт участия в архитектурных конкурсах в вашей стране. Я был в составе международной команды. Мы представили свои варианты, но в итоге жюри остановилось на какой-то консервативной идее.