Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Что вы сюда приперлись?» История девушки из Киргизии, которая 12 лет пытается получить гражданство РФ

11 января 2022, 13:00
«Что вы сюда приперлись?» История девушки из Киргизии, которая 12 лет пытается получить гражданство РФ
Фото: Константин Девятов для 66.RU
В 2009 году 16-летнюю гражданку Киргизии Марину (имя изменено по ее просьбе) перевезла в Россию старшая сестра. К тому моменту у Марины умерли родители, оба — русские. На родине у нее никого не оставалось. В Екатеринбурге Марине оформили временную регистрацию, но затем началась эпопея с получением документов, которые разрешили бы девушке легально жить и устраиваться на работу. За все эти годы она не особо продвинулась к своей промежуточной задаче — разрешению на временное пребывание. В этом году переболела ковидом, и теперь ее никуда не берут на работу, даже неофициально. 66.RU рассказывает историю русского человека, который тщетно пытается стать гражданином России.

Детство в Киргизии

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Я родилась в Бишкеке в 1992 году. Мои родители были русскими. У меня две сестры: одна старше на 18 лет, другая — на 10 лет. Когда мне исполнилось два года, родители решили переехать на родину к папе — в Ставрополь. Для этого продали дом. Однако почти сразу после переезда случилась трагедия: папа работал на стройке и упал с седьмого этажа на штырь. Умер не сразу. Мама потратила очень много денег на лечение, но оно оказалось безуспешным.

В Ставрополе мы не успели купить дом. У мамы не сложились отношения с родителями папы, поэтому она уехала вместе со мной в Бишкек, ведь вся родня оставалась там.

На обратной дороге была очень холодная погода, и я сильно простудилась. В городе у меня диагностировали двустороннюю пневмонию легких. Из-за этого я болела все детство. Кажется, меня неправильно лечили: врачи снимали симптомы, глушили их, и в итоге все переросло в хроническую астму.

Мама воспитывала меня одна, почти всегда была на работе, чтобы хоть как-то прокормить семью. Мы жили у бабушки в летней пристройке. Специально оборудовали пространство, чтобы жить там круглый год.

Из-за постоянных болезней я училась постольку-поскольку: месяц проводила в больнице, месяц, если повезет, — в школе. Обычно мама приходила в школу, забирала задания и отвозила мне в больницу — и я своими силами обучалась. Зимой я вообще всегда болела. Потом добавилась аллергия на многие продукты.

Когда мне было 13 лет, в Киргизии случилась «Тюльпановая революция» (2005 год, — прим. ред.). Я не помню эти события в деталях, но было очень жестко — мы сидели дома около месяца, все было закрыто. Люди выходили только на митинги.

Я не могу жаловаться на свое детство, потому что в нем было и хорошее. Несмотря на освобождение от физической культуры, я все время лезла в спорт: занималась футболом, боксом, карате. Была упрямым ребенком. Делала все это втайне от мамы, потому что если бы она узнала, надавала бы по шее. Спорт приободрял меня, и болезнь понемногу отступала. В одно время я верила, что спорт поможет победить астму. Но так не случилось.

Как попала в Россию

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Ровно 15 лет назад умерла мама. Мне пришлось практически самостоятельно прожить три года. Старшая сестра к тому времени уже переехала в Россию. Средняя сначала приезжала к ней в гости, а потом тоже осталась. Пока у старшей сестры не было возможности меня забрать к себе, я жила в Киргизии то у бабушки, у которой развивался старческий маразм, то у двоюродной сестры.

Я стала ходить в Церковь Иисуса Христа, многие называют ее сектой. Но там мне помогали очень добрые люди — находили подработку: например, я была помощницей швеи. На работу меня устраивали под свою ответственность, платили на то время неплохие деньги, и я могла сама себя кормить, обувать и одевать. Эта церковь была большой опорой для меня в то непростое время.

Я очень ждала момента, когда сестра заберет меня из Киргизии. Впервые она оказалась в Екатеринбурге в 2004 году, потом приезжала периодически, пока не встретила своего мужчину и не осталась там навсегда.

В Бишкеке у нас толком не оставалось родственников, и делать мне там было нечего. Не было ни собственного жилья, ни перспективы высокооплачиваемой работы. Я зарабатывала максимум 6–7 тысяч рублей в месяц. Когда мне было 17 лет, старшая сестра оформила документы на мое опекунство, и в 2009 году я оказалась в России.

«Что вы сюда приперлись?»

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Екатеринбург поразил холодной погодой — я первый раз увидела настоящую зиму. Но люди встретили меня очень тепло: родители мужа сестры накрыли стол и устроили небольшой праздник. На тот момент я все еще была несовершеннолетней, без документов и никуда не могла пойти работать. До 18 лет проживала с сестрой. Она была беременна, поэтому я помогала ей в продуктовом киоске.

Я стала заниматься оформлением документов практически сразу после переезда. Мы пришли в УФМС (сейчас — отдел по вопросам миграции МВД, — прим. ред.) и оформили временную регистрацию на три месяца. Потом я хотела оформить документы на РВП (разрешение на временное проживание — отметка в загранпаспорте, благодаря которой иностранец может легально жить и работать в России, действует три года, — прим. ред.) Но не получилось, в миграционной службе сказали, что не хватает документов. Пока я их собирала, приходилось продлевать пребывание в России каждые три месяца. Это единственный способ легально оставаться в Екатеринбурге.

И вот когда мы собрали нужный пакет и принесли его в миграционный центр в 2010 году, нас поставили перед фактом: ничего не сделаем, потому что у вас нет загранпаспорта. А у меня была только eID карта (современный паспорт в Киргизии, — прим. ред.). Чтобы получить загран, нужно было ехать обратно в Киргизию, там прописываться и подавать документы на получение паспорта.

У меня получилось приехать в Бишкек только в 2013 году. Кататься туда-сюда на поезде — не самое дешевое удовольствие: 10–11 тысяч рублей в одну сторону. Чтобы накопить на поездку, перестала снимать квартиру и снова переехала к сестре.

Поездка в Киргизию оказалась удачной — мне сделали загранпаспорт и справку о выезде в Россию на ПМЖ. Я нотариально заверила все документы и вместе с сестрой снова пришла в миграционную службу. Мои документы небрежно полистали и спросили: «А на каком основании вы будете здесь жить?». Сестра объяснила, что у нее есть гражданский муж, но ей сказали, что нужен официальный и только после трех лет брака ей могут дать РВП. А мне ответили, что у меня нет основания на официальное проживание и тупо выгнали из кабинета со словами: «Что вам от меня надо, если у вас нет того, того и того? Что вы сюда приперлись?» Мы ушли, но продолжили искать варианты.

Полгода в больнице

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Когда мне исполнилось 18, я нашла работу — устроилась продавцом в канцтовары. Все было хорошо до одного неприятного инцидента.

Я познакомилась с парнем и решила сходить с ним в кафе недалеко от дома. Вместе с нами была еще одна пара. В кафе у меня случилось потасовка с одной из малолеток — не помню уже, за что она зацепилась. После попыток подраться со мной ее выгнали из заведения. Но эта девчонка собрала своих друзей (их было человек 15), чтобы мне отомстить.

И когда мы вышли из кафе, она снова начала до меня докапываться. Сперва я попыталась решить конфликт мирно: мол, мы тебя не трогали, поэтому и ты нас не трогай. Оказалось бесполезно: вокруг была толпа, кричащая и требующая драки.

Короче, после четырех ударов головой об асфальт я в затуманенном сознании перебежала через дорогу, зашла за дом и отключилась. Моим друзьям даже не дали за меня заступиться — не пускали к нам с той девчонкой, потому что не хотели останавливать драку.

Друзья нашли меня на скамейке без сознания и с четырьмя гематомами на голове увезли в больницу с кратковременной потерей памяти.

Сестра написала заявление на эту девушку в полицию. Но когда я пришла в себя, следовательница, которая вела это дело, грамотно намекнула, что я зря потрачу свои силы и время, ведь моей обидчице максимум назначат штраф и поставят на учет. «Надо ли тебе бегать по судам, искать доказательства?» — сказала она. Я и решила махнуть рукой.

Из-за этой драки я на полгода выпала из жизни. Во время восстановления меня мучили ужасные головные боли. Из канцтоваров меня, конечно, уволили.

Долгие очереди и безуспешные попытки

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Я очень долго искала новую работу — продавцом никуда не брали. Через знакомых устроилась на автомойку. Два года отработала в одной фирме, потом столько же в другой: и администратором, и автомойщиком, и полировщиком. Стала неплохо зарабатывать и снимать квартиру.

Все это время возвращалась к решению старой проблемы. Но продлевать даже временную регистрацию всегда было очень сложно. У МФЦ с самого раннего утра образовываются длинные очереди, которые могут достигать 100 человек. Нужно ждать приема по несколько часов. Люди стоят на улице и пишут свои фамилии на листочке, передают их, ждут, и только потом их пропускают в здание. Однажды в 2017 году мы с сестрой попали на прием к начальнице миграционной службы и объяснили мою ситуацию. Она пожала плечами и сказала, что ей очень жаль, но ничего не может сделать. Чтобы получить РВП, мне нужно либо выйти замуж, либо получить квоту. Мы опять ушли ни с чем.

Получить РВП по квоте — почти невозможно. Квот ограниченное количество, а желающих — нереально много. Очереди на квоты начинаются с четырех утра. Даже если приедешь в это время, то будешь сотой. Везет самым проворным. Мы пытались несколько раз, но ни разу не досиживали эту очередь. Видимо, надо жить возле этого здания.

Я не сдавалась. Однажды узнала, что можно сделать РВП на основании трудового договора. Пыталась договориться с организациями, где работала продавцом или автомойщицей, чтобы те устроили меня хотя бы администратором. Говорила им: «Я готова работать за всех, согласна на все — только устройте, пожалуйста, официально!» Мне отвечали: «Мы не можем, нам накладно». Большинство организаций не готовы принимать на работу граждан другой страны, я везде работала неофициально.

Оставался последний вариант — брак с гражданином России. Выходить замуж только потому, что мне нужны документы, я не очень готова. По-другому воспитана. А своего мужчину пока не встретила.

Одна из моих последних попыток получить РВП была в Уфе. Я уезжала туда с парнем жить. Там мне подсказали, что я могу заключить гражданско-правовой договор, который позволит проживать на территории России год, а не три месяца. Это очень упростило мою жизнь.

«Обидно, что русский не может получить российское гражданство»

Фото: Константин Девятов для 66.RU

На своем пути я не встретила ни одного человека, который смог бы меня нормально проконсультировать от и до: как правильно подготовить документы, куда их отнести, что обязательно не забыть. В основном нам попадались корыстные частные компании, готовые все сделать за деньги.

Один человек советует попробовать сделать так — безуспешно, другие знакомые рекомендуют поступить по-другому — тоже тщетно. Я даже думала вернуться обратно в Киргизию, потому что невыносимо, не выдерживала психика. Было очень обидно, что русский человек не может сделать себе российское гражданство.

Такое ощущение, что власти подталкивают таких, как я, на преступление. Я знаю, что многие вступают в фиктивные браки. Думаю, больше половины киргизов и узбеков в Екатеринбурге используют серые схемы. Мне неоднократно предлагали заплатить около 150 тысяч рублей, чтобы «продвинуться к получению паспорта».

Но я хочу честно добиться РВП и затем гражданства. Мне не хочется платить, чтобы потом садиться в тюрьму за мошенничество.

QR-коды лишили работы

Фото: Константин Девятов для 66.RU

Последние два года я неофициально работала в алкомаркете. Но заболела коронавирусом, и моя жизнь осложнилась. На работе меня ждали, но больничный, естественно, не оплачивали. Лечилась и восстанавливалась около месяца. Когда написала коллегам, что выздоровела, мне ответили, что сейчас для доступа на работы нужен QR-код. Без него меня не примут: руководство может нарваться на проверки и крупные штрафы. Ради меня на такой риск никто, конечно, не пойдет. Так я попрощалась с официальной работой.

Сейчас живу у подруги и помогаю ей по дому. Подруга постоянно работает, а ребенка нужно отводить и забирать из садика, играть и заниматься с ним — фактически я стала няней. У нас с подругой взаимовыгодные отношения: я занимаюсь с ребенком, а она предоставляет мне жилье и еду.

Чтобы меня устроили хотя бы неофициально, нужно поставить прививку и получить QR-код. Для этого необходим полис. А у меня его, как вы понимаете, нет (наравне с россиянами прививку могут сделать иностранцы, у которых есть разрешение на временное проживание или вид на жительство в России, а также полис ОМС, — прим. ред.).

Даже если я вдруг сумею получить полис, не уверена, что готова ставить прививку. Опасаюсь: я ведь и астматик, и аллергик. Я также не могу получить справку как переболевшая ковидом, потому что не обращалась в больницу.

Что буду делать сейчас? Бороться дальше и узнавать, как легально сделать полис. Но зимой я не хочу лезть в миграционную службу, там нереальные очереди.

Мои сестры, кстати, пару лет назад получили российское гражданство — вышли замуж за россиян и родили от них детей. А мне все не везет.

Но я не жалею о том, что со мной произошло и происходит. Все возникающие проблемы делают меня сильнее, закаляют. Мне удается не падать духом и двигаться вперед.