Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«Хотелось заниматься сексом». Четыре истории о том, как люди съезжали от родителей и начинали жить одни

6 сентября 2021, 10:00
«Хотелось заниматься сексом». Четыре истории о том, как люди съезжали от родителей и начинали жить одни
Фото: 66.RU
Начало самостоятельной жизни в своей квартире без родных — важнейший рубеж для любого человека. Многие к этому стремятся, но не у всех получается без проблем устроить свой быт и обойтись без помощи родителей. В спецпроекте, который мы сделали вместе с TEN и его экопроектом «Светлый», Саша Цариков, Дима Шлыков, Ульяна Кузнецова и Алина Черныш рассказали, как справлялись с бытовыми трудностями, в какие приключения попадали и почему хотели вернуться назад.

«При чем тут ЖК «Светлый?» — спросите вы. А мы ответим, что именно в «Светлом» сейчас строятся дома, в которых будут только компактные и недорогие студии и однокомнатные квартиры — лучшее жилье для начала самостоятельной жизни.

Саша Цариков, ведущий

Фото: предоставлено героем публикации для 66.RU

— Однажды мне захотелось приходить домой и ни перед кем не отчитываться, а еще хотелось заниматься сексом и не переживать, что мама и папа это услышат. Эти триггеры и стали ключевыми для переезда от родителей.

В конце студенчества я переехал в дом-долгострой на Широкой Речке. Это была квартира с ремонтом от застройщика — жуткими отваливающимися обоями, линолеумом чудовищного цвета и плитой «Электролысьва». Пришлось самому проводить большой ремонт.

Во время первого этапа самостоятельной жизни я научился делать то, что кроме меня тут некому сделать: добывать еду, вовремя заводить данные по коммуналке. Я понял, что надо быть более рачительным и думать о завтрашнем дне. С деньгами проблем не было: я работал с первого курса на радиостанциях и телеканалах, вел мероприятия.

Мне жутко нравилось и нравится жить самому по себе. Поэтому у меня изначально не было ломок, как у ребят, которых из дома выдернула судьбинушка и заставила получать высшее образование в другом городе. Я был готов к вызовам, которые бросала жизнь.

Самый смешной случай произошел со мной, когда друзья за пиво помогли донести до моей квартиры диваны. С большим трудом мы затащили их девятый этаж, потому что в лифт они не входили и были неразборными. Кстати, мы узнали это, когда стали их разбирать, а они оказались к этому не готовы и начали разваливаться. Только потом выяснилось, что в мою входную дверь диваны не пройдут. В итоге я просто выкинул деньги на ветер, когда оплатил перевозку и услуги своих друзей. Эти диваны долго стояли в коридоре, а потом мы их разобрали, разломали и выкинули.

Мама приходила посмотреть, как я живу. Она проверяла, все ли соблюдается в плане гигиены — чистятся ли унитазы, раковины и электрические плиты. У меня всегда все сверкало, особых нареканий не было.

Алина Черныш, PR-менеджер кафе «Мы есть»

Фото: предоставлено героем публикации для 66.RU

— Я сепарировалась от своей семьи по простой причине: поступила в университет и уехала из своего маленького Миасса в Челябинской области. Мне на тот момент было 18 лет. Причем мои попытки самостоятельной жизни начались в момент творческих экзаменов — я поступала на журфак УрФУ — и проживания в профилактории.

С переездом помогала мама. Насколько я помню, все мои вещи поместились в одну небольшую сумку на колесах. Мы приехали за несколько дней до начала занятий, а поскольку общагу мне не дали, пришлось искать жилье самим. Наняли риелтора и параллельно искали жилье в газетах, интернете. Специальных площадок с вариантами еще не было.

Около Окружного дома офицеров мы нашли комнату в двушке вместе с очаровательной хозяйкой-пенсионеркой. Платили 9 тысяч вместе с однокурсницей. С точки зрения наших родителей, такой вариант проживания был стратегически важен, а для нас — нет. Поэтому на первом курсе мы не шибко и тусовались (да, были занудами).

Что я чувствовала, когда съехала от семьи? Да я охренела! С одной стороны, тебе 18 лет и ты young and free, а тут — большой город, но денег нет, что-то надо делать. Ничего не понятно, но дико интересно. У самостоятельной жизни было больше минусов, но прикольно, что есть свое свободное пространство: ложишься спать и встаешь, когда хочешь, регулируешь свободу внутренним распорядком.

С деньгами было сложно, на первом курсе особо не поработаешь, удаленной работы не было. Стоять промоутером в супермаркете — уже роскошь, о карьере в общепите мы как-то не мечтали. Мне в целом было нормально, я сама готовила, а за продуктами в «Ашан» гоняли закупаться на неделю.

Я очень скучала по семье и друзьям, но желание жить своей жизнью превалировало. С семьей часто созванивались. На праздники и каждые свободные выходные я приезжала в Миасс. Проводила первые летние каникулы и практику дома, а потом, когда начала работать, стала бывать реже.

Всем, кто планирует начать самостоятельную жизнь, во-первых, советую натусоваться, насколько это возможно, в совместной семейной жизни, чтобы не сносило башню. Во-вторых, советую научиться сдавать показания счетчиков вовремя. И забить в контакты телефоны водопроводчиков.

Дмитрий Шлыков, главный редактор 66.RU

Фото: Антон Буценко, 66.RU

— Я учился на первом или втором курсе университета, а младший брат вроде уже в техникуме, когда мама уехала и впервые на довольно долгий срок оставила нас жить одних. В эту самостоятельную жизнь мы очень странно погрузились. Примерно на второй или третий день меня уволили, я тогда работал ночным сторожем. Помню, как отдежурил ночь, а утром меня почему-то не сменили. Я позвонил начальнику, и тот сказал, что я дежурю еще и субботу с воскресеньем. Я понял, что у меня не осталось еды и желания, да и книжка, которую я читал, закончилась, поэтому закрыл офис и просто ушел. Больше там не появлялся.

После моего увольнения денег осталось немного. Ими мы распорядились не очень мудро: купили торт, три бутылки водки, очень много макарон (килограммов 20) и два блока самых дешевых сигарет.

Вскоре после отъезда мамы мы с братом осознали, что посуду надо мыть. Но считали себя умнее Вселенной, поэтому не делали этого. В какой-то момент посуда перестала помещаться в раковину, в ней начала зарождаться какая-то жизнь, и мы переместили ее в ванну, стали скидывать ее туда, пока не закончились все фамильные сервизы.

Потом оказалось, что в жизни нужно покупать еду, и это тоже стало большим сюрпризом. В какой-то момент мы оголодали и нашли на балконе пыльный короб с очень старой картошкой — возможно, ей было столько же лет, сколько нам — и банку отслоившегося облепихового нечто. Пару дней жрали картошку вместе с вареньем.

Однажды вместо ужина я нашел и съел грамм 300 сахара. Мне стало плохо. Очень. Заболело сердце. Заботливый брат принес мне аспирин. И я почему-то выжил.

Две-три недели мы жили с перепутанными временами суток. Днем спали, ночью просыпались и занимались своими делами — например, играли в стритбол, чем всех сильно бесили во дворе. Короче, переживали самостоятельную жизнь довольно странно и существовали в бытовом кошмаре. А еще по ночам я рисовал гениальные (как мне казалось) мультфильмы.

Договор с мамой был в том, что мы взрослые люди и сами этого хотим. Она периодически выходила на связь, и мы говорили, что у нас все хорошо. Мы всем так говорили, чтобы самостоятельная жизнь не закончилась. Поэтому когда другие родственники предлагали нам еду, мы отказывались, хотя очень хотели есть. В бытовом смысле мы реально страдали.

Периодически испытывали самый обыкновенный голод, три дня могли совсем не есть. Но чувство самостоятельности перевешивало этот треш. А потом и деньги появились. Но мы ими тоже странно распорядились: купили сосиски с пельменями (и то и другое съели в тот же вечер: пельмени были гарниром к сосискам) и пошли в компьютерный клуб. Так и жили.

Мы ощущали, как взрослеем, и радовались этому. Со временем у нас распределились социальные роли: брат стал домохозяином, а я — добытчиком (очень плохим, надо сказать). Он выколупывал бутерброды под кроватью, оставленные мною, и ворчал по этому поводу, контролировал режим сна и бодрствования. А я пытался зарабатывать деньги.

Потом мы, конечно, стали взрослыми мальчиками и научились нормально жить. Но, думаю, в бытовом плане лично я до сих пор очень неустроенный человек. Брат — наоборот. Невероятно хозяйственный мужчина.

Ульяна Кузнецова, астролог

Фото: предоставлено героем публикации для 66.RU

— Мне было 17 лет, когда я поняла, что жить с мамой — уже тяжело. В последнее время наши отношения были напряженными, и в какой-то момент она сказала: «Может, раз ты такая взрослая, то начнешь свою самостоятельную жизнь?» После этого я психанула и съехала.

Спустя две недели мы с мамой помирились и снова стали общаться. Она пригласила меня на тортик, и это было очень мило. Мне понравилось периодически видеться с мамой и дозировать наше общение.

Единственный отягчающий момент, который сопровождал весь переезд, — наш 16-летний кот. Он всю жизнь меня воспитывал. Когда мы жили с братом и ругались, кот кусал и царапал именно того, кто был зачинщиком конфликта. До сих пор не знаю, как он это делал — может, интуитивно, а может, следил за нами.

Так вот, на момент моего переезда кот болел. Спустя месяц мама позвонила и сказала, что коту очень плохо, он умирает. Она предложила попрощаться с ним. Это меня безумно тронуло, и я приехала. Кот уже плохо ходил. Я зашла в свою комнату, и он медленно подполз к моим ногам — у меня даже сейчас слезы подбираются, потому что эта сцена была очень трогательной — и лег около меня. На следующий день кот умер. Мой переезд не был для меня травматичным, но сопровождался тяжелой семейной историей.

Как я готовилась к переезду? Просто взяла все необходимое, а потом приезжала раз в неделю и дособирала оставшиеся вещи. Моя комната, которая была в отчем доме, оставалась моей — в любом случае я могла приехать и вернуться туда.

Я искренне считаю, что физическая сепарация детей от родителей приводит к приятным последствиям. Ребенок становится более самостоятельным, а родитель отключает гиперопеку. С мамой наши отношения улучшились.

Начать самостоятельно руководить своей жизнью и ресурсами — это правда очень важно. В определенный момент надо просто взять и уехать, решиться и не оттягивать. Если нет физического пространства для переезда, то это прекрасная возможность объединиться со своими друзьями. Студенчество — прекрасное время, когда интересно и весело жить коммуной.

Если вы тоже понимаете, что пора съезжать от родителей, или вы — тот родитель, который понимает, что ребенок уже не ребенок и ему нужно собственное жилье, присмотритесь к экопроекту «Светлый». Это отличное место, где можно купить первую квартиру. Тем более что комплекс уже совсем скоро станет частью большого молодежного кластера в Екатеринбурге.

Фото: TEN девелопмент

Микрорайон подойдет также тем, кто хочет жить рядом с природой и при этом пользоваться всеми преимуществами городской жизни: жилой комплекс расположен рядом с зелеными зонами, в то же время здесь есть все для комфортной жизни: магазины, аптеки, кофейни, спортивные площадки и муниципальный детский сад на 250 мест.

Находится комплекс на Кольцовском тракте, виден издалека и стал своего рода визитной карточкой для всех, кто прилетает в Кольцово — он первый встречает всех. Совсем скоро сюда начнет ходить трамвай из центра города. А пока — 15 минут на автобусе (если у вас нет личного автомобиля) от ближайшей станции метро «Ботаническая», и вы дома.

Текст: Михаил Вербицкий