Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

«За борьбу с преступниками меня наказывали мои же руководители». Простой участковый — о кризисе системы МВД

26 апреля 2016, 12:33
испытано на себе
«За борьбу с преступниками меня наказывали мои же руководители». Простой участковый — о кризисе системы МВД
Фото: архив 66.ru
В распоряжении редакции Портала 66.ru оказалось письмо екатеринбургского участкового отдела полиции №4, в котором он рассказывает о том, почему коллекторы остаются безнаказанными, как полиция «работает» с гоп-парковщиками и почему системе не нужны «чужие».

В Ленинском районе Екатеринбурга стало на одного участкового меньше. Со вчерашнего дня там не работает сотрудник отдела полиции №4 Илья С., который в 2014 году был признан лучшим инспектором в своем районе.

Участковый начал свою работу в этом отделе еще в 2012 году, но сейчас решил уволиться. Почему он так поступил, инспектор написал в 17-страничном письме. В историях из жизни простого участкового содержатся ответы на почти риторические (казалось бы) вопросы о неэффективности и бездействии конкретных сотрудников МВД и системы в целом.

Почему гоп-парковки не победить?

Обслуживая свою территорию, участковый Илья С. десятками составлял административные протоколы на работников нелегальных парковок. «Общее количество таких стоянок на моей территории исчислялось двузначным числом», — уточняет инспектор.

Илья С., экс-участковый:

— Я постоянно слал запросы в администрацию района о вывозе будок. Раз в месяц манипулятор вывозил одну-две, но через несколько дней они появлялись снова. В определенный момент из администрации стали приходить ответы, что средств на вывоз нет. Однажды даже сами жители скинулись на эвакуатор, несколько часов прождали чиновников, но те не приехали.

В один из дней на территории, которую обслуживал инспектор, выросла очередная гоп-парковка. Пока ее хозяин от встреч с сотрудником полиции всячески уклонялся, участковый несколько раз оштрафовал охранника, взяв с него объяснения. Документы Илья отнес в участок, но вскоре оказалось, что в них кто-то начеркал, и испорченные протоколы вернули обратно.

Начальник участкового написал рапорт и назначил служебную проверку, в ходе которой «куратор» гоп-парковки говорил, что участковый с ним никогда не связывался, а охранники стоянки утверждали, что незаконную деятельность они не вели, да и «права и обязанности» им никто не разъяснял.

Илья С.:

— Суд признал взыскание незаконным, но УМВД подало апелляционную жалобу. Получалась какая-то странная картина: я по мере сил борюсь с парковочной мафией, а на меня мое руководство налагает за это взыскание.

Почему я не знаю своего участкового?

Участковый Илья С. обслуживал административный участок в районе Краснолесье, на котором проживало около 15 000 человек, располагалось более 50 многоквартирных домов, 200 коттеджей. Оружием владели почти 300 человек. «А документов по району практически никаких не было», — добавляет инспектор.

2014-й объявили Годом жилого сектора. То есть каждый участковый должен был обойти все жилые и нежилые помещения на своей территории, собрать данные обо всех жителях, занести их в базу и так далее. С учетом того, что на территории, которую обслуживал Илья, находилось семь тысяч квартир и еще пара сотен частных домов, то в день участковый, помимо основной работы, должен был обходить по четыре квартиры и одному дому. Как рассказывает Илья, он неоднократно просил, чтобы его территорию разделили или дали ему помощника, но раз за разом руководство выдавало отказы, за которыми следовали очередные выговоры.

Илья С.:

— Я обошел все свои объекты, но где-то через пару месяцев один из руководителей заехал на мою территорию и в одном из павильонов опросил реализатора, которая сказала, что никакого участкового никогда не видела. Назначили служебную проверку, меня, конечно, никто не слушал. Уже потом, зайдя в этот киоск, я выяснил, что листок с информацией обо мне валяется в подсобке среди макулатуры, а продавец азиатской внешности, которого опрашивал мой руководитель, работает тут лишь пару недель.

Почему коллекторы остаются безнаказанными?

«На каждой территории есть много материалов по поводу бесчинств коллекторов, но задержать кого-либо лично мне так и не удалось», — говорит участковый. Материалами по коллекторам, кроме участкового, больше никто не занимается: уголовный розыск такая «мелочь» не интересует.

Илья С.:

— Люди жалуются, что постоянно названивают то им, то на работу, то соседям. Все что может участковый — направить запрос в БСТМ (Бюро специальных технических мероприятий, — прим. ред.). Ответов я не дождался, да и толку никакого, поскольку звонят с однодневных номеров. Приходилось штамповать отказные материалы.

Почему реформа полиции была не очень удачной?

В апреле 2013 г. вступил в силу приказ «Вопросы организации деятельности участковых уполномоченных полиции». В нем была норма о том, что за совмещение обязанностей по другой должности (обслуживание нескольких участков) инспектору должна выплачиваться дополнительная сумма.

Илья С.:

— В силу хронического некомплекта в службе участковых сотрудникам постоянно приходилось обслуживать по несколько участков, и вот теперь появилось право на получение доплаты. Многих сотрудников это очень интересовало. На просьбы сотрудников начать вести табели учета служебного времени руководство ОП №4 отвечало, что пока нет приказа сверху, вестись они не будут.

Добиться возмещения компенсации участковые все-таки смогли — к концу года, но в вопросе использования должностей участковых не по назначению ничего не изменилось. «Однажды из ГУ в ОП №4 приехал сотрудник, всех участковых собрали в кабинете и сказали, что сотрудникам надо быть более терпимыми к тому, что должности используются не по назначению. Жаловаться на это не стоит, поскольку реформа была проведена не очень удачно, руководители остались без помощников. Поэтому руководство вынуждено распределять силы по своему усмотрению», — пишет Илья.

Почему в полиции не любят чужих?

За все время службы в отношении Ильи С. провели около 40 служебных проверок. Он был лидером по выговорам в своем отделе. Взыскания он получал за неприбытие по учебной тревоге, за неприбытие на охрану общественного порядка, за нарушение срока проверки по материалам, за непередачу вещественных доказательств, за нарушение Уголовно-процессуального кодекса и так далее.

Например, в декабре 2014 года к нему обратилась сотрудница одной из УК и рассказала, что в их доме постоянные неполадки с лифтами. Какие именно были проблемы — никто тогда уточнить не мог, так как обслуживанием лифтов занималась сторонняя организация. Поэтому участковый договорился с представителями УК, что они сами соберут все документы, чтобы он мог разобраться в ситуации. Прошло несколько недель, но никаких бумаг так и не было... Инспектор сам позвонил в УК, и ему сказали, что все уже урегулировано и в полицию никто обращаться не будет.

Но уже через месяц в отделе полиции, в котором работает участковый, оказалось заявление от директора этой УК в отношении одного из жильцов, который снова попался на краже датчиков в лифтах. В документе было написано, что УК ранее обращалась к инспектору с заявлением, а он его принять отказался.

В итоге комиссия, в которую входило все руководство ОП №4 и сотрудники Прокуратуры Ленинского района, единогласно приняла решение об увольнении участкового.

Илья С.:

— Я совершил две ошибки. Первая состоит в том, что я слишком понадеялся на людей. Я думал, что благополучие жильцов волнует сотрудников УК не меньше, чем меня. Но я просчитался. Вторая ошибка — в том, что я действительно нарушил приказ, в соответствии с которым участковый обязан принимать заявления о происшествиях и незамедлительно передавать их в дежурную часть. Заявления не было, но было сообщение о происшествии, которое я должен был отразить рапортом. Я понимаю, что был не прав, но вот с увольнением я был категорически не согласен.

Участковый обжаловал свое увольнение в суде, который установил, что в ходе проведения служебной проверки УМВД существенно нарушило ее порядок, а показания представителей УК сильно расходились с их заявлением в полицию. Инспектора восстановили в должности.

Илья С.:

— Конечно, мне очень мешало работать то, что постоянно приходилось оправдываться за что-то, доказывать свою невиновность. Бывало и так, что служебная проверка назначалась безо всяких на то правовых оснований. Приходилось расписывать в объяснениях, что на этот счет написано в приказах МВД. Мне кажется, что расчет был больше на удачу: вдруг я не смогу себя защитить, вдруг проскочит. Я понимаю, что избавление от случайных людей — это приоритет в деятельности МВД, но порой под этим флагом ведется борьба с сотрудниками, которые просто указывают на какие-то проблемы, но не с самими проблемами.

Почему заявления в полицию часто заканчиваются ничем?

На территории, которую обслуживал Илья, был фитнес-центр, который неожиданно закрылся, хотя незадолго до этого проходила широкая рекламная акция и распродажа абонементов на год со скидкой. Около сотни человек заплатили почти миллион рублей. В ОП №4 посыпались заявления от обманутых клиентов. Сам управляющий центром исчез.

Илья С.:

— Я выяснил, что помещение центра было арендовано. Арендодатель пояснил, что в течение года у арендатора периодически возникали финансовые трудности, все шло к расторжению договора аренды. В конце года арендодатель получил уведомление о том, что аренда продлеваться не будет. Таким образом, арендатор заведомо знал, что в новом году центр работать не будет, но тем не менее организовал массовую продажу абонементов. Я опросил нескольких потерпевших, тренеров центра, кассиров. Приобщил договоры, абонементы, чеки. Один обманутый клиент помог установить примерное количество потерпевших. Передал материал на возбуждение. Вернули, с указаниями опросить еще нескольких человек, в том числе и самого управляющего.

Позже участковому все-таки удалось найти кинувшего людей арендатора. Его позиция была простая: никакого умысла не было, документы где-то потерялись, деньги ушли на покрытие задолженности, организация возместит убытки всем клиентам из уставного капитала в размере 10000 рублей. Илья снова передал материал на возбуждение еще раз, но его опять вернули, с указаниями опросить еще несколько человек. В итоге возбудить уголовное дело так и не удалось.

Другой подобный случай произошел, когда к участковому обратился один из жителей его района, который рассказал, что неизвестный мужчина в подъезде жилого дома угрожал ему убийством. Он пояснил, что в соседней квартире было застолье, и чтобы хоть как-то их утихомирить, он выключил у них свет. В ответ на это из квартиры выскочили двое пьяных мужчин, один из которых попытался ударить соседа топором.

Илья С.:

— В ходе опроса нападавший отрицал наличие какого-либо умысла, но обстановку воспроизводил, сказал, что брал топор и выходил с ним в подъезд, чтобы попугать. Также выяснилось, что он ранее судимый и состоял на учете у психиатра. Я собрал материал и передал на возбуждение по ст. 119 УК РФ. Материал вернули мне для вынесения отказного, в рапорте дознавателя было написано следующее: «Не усматривается признаков состава преступления, так как реальности угрозы, высказанной в его адрес, в материале отсутствуют. При высказывании угрозы убийством заявитель, имея возможность после совершённых в его адрес угроз, не предпринимал попытки скрыться, а продолжал находиться в подъезде и оказывал активное сопротивление».

«То есть получается, что нет ничего противозаконного в том, что ранее судимый, психически неустойчивый, находящийся в состоянии алкогольного опьянения мужчина берет в руки топор и в вечернее время в общественном месте пытается ударить другого человека, но по независящим от него причинам ему это не удается», — заключает участковый.

Все вышеизложенное Илья С. написал в рапорте на имя министра внутренних дел России Владимира Колокольцева, так как своему руководству из отдела полиции №4 он давно не доверяет.

Фото: архив 66.ru