Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Сортировка-88. Хроника самого разрушительного взрыва в истории Свердловска

16 ноября 2020, 18:00
Сортировка-88. Хроника самого разрушительного взрыва в истории Свердловска
Фото: Государственный архив Свердловской области, предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга
Крупнейшая техногенная катастрофа, произошедшая на железнодорожной станции Свердловска ранним утром 4 октября 1988 года, обернулась разрушением десятков домов, человеческими жертвами. Это событие — точка отсчета повествования в книге Вячеслава Солдатова «Взрыв. Сортировка. 4.10.1988». 66.RU публикует первые главы книги, по сути — хронику происшествия: от самого взрыва до назначения и наказания виновных.

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ НА СТАНЦИИ СВЕРДЛОВСК-СОРТИРОВОЧНЫЙ

Фото: Василия Голощапова, предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга

Свердловск-Сортировочный — сортировочная станция железной дороги, крупнейшая в СССР. Громадный транспортный узел, связывающий Европу и Азию. Здесь формируют составы, ремонтируют локомотивы, составляют очереди из них и отправляют дальше. Здесь по Транссибу идут пассажирские и грузовые поезда — с запада на восток и с востока на запад.

Станция начала работать в 1930 году на месте железнодорожной станции Палкино, которая до 1917-го называлась «Разъезд №73». С годами тут появились вагонное депо и электродепо, цеха для ремонта электровозов, а в 1950-х впервые в истории Свердловской железной дороги заработала радиостанция.

В ночь с понедельника на вторник, 4 октября в 3:45, на третий путь нечетного парка приема станции Свердловск-Сортировочный прибыл поезд 3091 «Р». В первых двух вагонах находилось почти 47 тонн тротила и 40 тонн гексогена — груз Министерства обороны.
От состава отсоединили локомотив и начали готовиться к маневрам, чтобы сформировать новый поезд. Последовала команда растормозить состав — спустить воздух из тормозной системы, чтобы завести многотонный груз на нужный путь.

Дежурная Татьяна Хамова направила на пути маневровый тепловоз. Он остановился рядом, но не успел прицепиться, чтобы тормозить пришедший состав. Третий путь был на горке и под уклоном: десятки вагонов без маневрового тепловоза начали медленно набирать скорость. А по шестому пути, который пересекается с третьим, через Сортировку шел транзитный поезд с углем.

Татьяна Хамова со своего рабочего места видела не все вагоны и не заметила, когда состав без локомотива добрался до стрелки, приблизился к поезду с углем и столкнулся с ним.
Вагоны завалились на электрический столб и уронили его. Не помогли ни тормозные башмаки, ни догнавший состав тепловоз.

Фото: предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга

Столкновение произошло примерно в 4:30. У снесенного столба оборвались провода, станция автоматически отключилась от тока, а груз из первого вагона — тротил и гексоген — высыпался на землю. Взрывчатку перевозили в обычных мешках.

Подачу тока возобновили почти сразу. Искры от контактного провода в 3000 вольт попали на вагоны со взрывчаткой, начался пожар, а потом раздался взрыв. Это случилось около 4:33, когда моя мама в нашей комнате смотрела в окно.

КОГДА РАЙОН ВЗЛЕТАЕТ НА ВОЗДУХ

Фото: Василия Голощапова, предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга

После взрыва силой 6–8 баллов на месте аварии образовалась воронка в 40–50 метров в диаметре и 8 метров глубиной. Ударная волна от взрыва ушла на 10–15 километров, а черный столб дыма увидел весь город.

От взрыва пострадало более 1000 человек. В основном люди получали резаные раны от разбившихся оконных стекол: не у всех было одеяло-спасатель, как у моего папы. По первым официальным данным — погибло четверо, позже в больнице не удалось спасти еще двоих. Число жертв увеличилось до шести.
На самих железнодорожных путях вышло из строя несколько десятков локомотивов и вагонов, были повреждены километры кабельных линий и контактной сети, десятки трансформаторных станций. Транссибирская магистраль, связывающая всю страну, встала: рельсы были попросту уничтожены.

Станционный склад дизельного топлива напротив места столкновения составов тоже взорвался. Горели дома, горели пути, горели деревья. Вокруг самой станции были разрушены все рядом стоящие деревянные дома, в кирпичных зданиях на Сортировке обрушились перекрытия и балконы.

Стекла в домах выбило по всему Свердловску: и на ЖБИ, и на ВИЗе, в магазине «Океан» и Театре музыкальной комедии на проспекте Ленина. Трубы градирен Верх-Исетского завода, установок для охлаждения воды, оказались прошиты осколками.

Официально серьезные повреждения получили 642 дома на 6 тысяч квартир, а 74 из них вообще снесли. Ущерб от взрыва оценили в 300 с лишним миллионов рублей. Это дороже, чем стоило строительство первой линии свердловского метро от «Проспекта Космонавтов» до «Чкаловской», — оно обошлось в 250 миллионов рублей.

Такой катастрофы в Свердловске еще не было. На Сортировку устремились десятки пожарных машин, кареты скорой помощи, милицейские патрули, черные «Волги» ответственных работников, бронетранспортеры, тягачи и военные грузовики с солдатами железнодорожных войск.

Все это я увидел из окна, когда ближе к обеду перестал бояться «чернилища» и страшилок моего брата. Спасательные машины я любил, особенно красно-белые пожарные автомобили: на таком работал мой дядя, и уж конечно главной мечтой было посидеть в кабине и прокатиться.

Главными героями восстановительных работ были солдаты железнодорожных войск. Уже через четыре часа после взрыва — около 9 утра 4 октября — они восстановили движение пассажирских поездов и запустили четную сортировочную систему станции.

Без трудностей не обошлось — пожарные машины не могли проехать к месту пожара под путепроводом, потому что его построили ниже, чем были специальные автомобили. Приходилось становиться рядом с ним и пускать воду по шлангам.
Пожар удалось потушить (локализовать, как говорят пожарные) только через шесть часов.

А через 18 часов открылось движение и по нечетной системе станции Свердловск-Сортировочный.

На второй день после взрыва железнодорожники уложили восемь комплектов стрелочных переводов, чтобы управлять составами. Потом рыли траншеи, укладывали кабели связи, налаживали коммуникации.

Движение поездов не прекращалось: составы шли по параллельным направлениям. Уже вечером 7 октября — через 3 дня после взрыва — работа станции Свердловск-Сортировочный была полностью восстановлена.

КТО НАЖАЛ КНОПКУ

Фото: Государственный архив Свердловской области, предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга

Следствие четыре года пыталось установить причины и виновников взрыва. Расследование началось в одной стране, а закончилось уже в другой. И если с причинами со временем стало более-менее ясно, то с виновниками добиться ясности не удалось до сих пор.

В Уралгипротрансе, проектном институте транспортного строительства, на вопрос, почему произошел взрыв, специалисты ответили так: «Причиной крушения грузового поезда с последующим взрывом вагонов стало нарушение правил безопасности при производстве маневровой работы, которое было усугублено наличием в схеме ж. д. путевого развития секущих маршрутов пропуска транзитных грузовых поездов и надвига составов на сортировочную горку, а также превышением допустимых продольных уклонов ж. д. путей в нечетном парке приема».

По официальной версии расследования вину за аварию целиком возложили на диспетчера станции Татьяну Хамову. Она не убедилась, что локомотив на горке удерживает вагоны со взрывчаткой, разрешила проезд транзитному составу с углем, из-за чего те столкнулись.

Почему взрыв произошел после падения контактного провода, следователи не выяснили.
Диспетчера обвинили в халатности и нарушении инструкций: обвинение потребовало для нее шесть лет тюрьмы. Суд несколько раз возвращал дело на доследование, а общественный резонанс вокруг дела был очень велик.

О катастрофе на железной дороге много писали местные газеты, а в киножурнале «Советский Урал» вышло два документальных выпуска про взрыв на Сортировке. Из-за повышенного внимания дело отправили на дополнительное расследование в Генеральную прокуратуру СССР, а потом — в суд Челябинска. Его вели до 1992 года, пока не закрыли за давностью произошедшего. В итоге уголовные обвинения с Татьяны Хамовой сняли: суд не нашел в ее действиях злого умысла. Во время следствия она подчеркивала: «Я раскаиваюсь, но моя ошибка была связана с большой рабочей нагрузкой». В 35 лет она перестала работать на железной дороге и, по ее словам, больше не смогла реализоваться как профессионал. Сейчас женщина живет в небольшом уральском городе и посвящает все время семье и дому.

Фото: предоставлено 66.RU Музеем истории Екатеринбурга

Начиная с 14 ноября и в течение следующих трех месяцев книги финалистов «Лаборатории воспоминаний» Вячеслава Солдатова («Взрыв. Сортировка. 4.10.1988»), Ольги Уколовой («Дачный мир Шарташа») и Анны Шкрыкиной («Потому что детство. По воспоминаниям моей мамы») — будут доступны для на портале Ridero. «Лаборатория воспоминаний» — исследовательско-просветительский проект, цель которого — способствовать публикации воспоминаний горожан о том, как менялся Екатеринбург-Свердловск на протяжении десятилетий, о его жителях и их судьбах. Реализуется под эгидой «Народных университетов 2.0» с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.