В Интернете полыхает от «Одиссеи» Нолана. Все что нужно знать перед премьерой

Лирическое интро

Есть такой анекдот (а, может, и не анекдот): однажды на съемках «Армагеддона» Бен Аффлек спросил Майкла Бэя: «Майкл, а почему у нас бурильщиков учат астронавтике и отправляют в космос, ведь логичнее научить астронавтов бурению». На что Майкл Бэй ответил: «Пошел в [туда], Бен».

Сейчас подобные вопросы интернет-общественность задает Кристоферу Нолану в связи с его «Одиссеей».

Что за Нолан

Голливудский режиссер, прославившийся картинами с запутанным нарративом («Мементо», «Начало»), и мрачной трилогией про реалистичного Бэтмена.

Последний из вышедших фильмов — байопик о создателе ядерной бомбы «Оппенгеймер». После которого Нолан замахнулся на классику классик.

Что за «Одиссея»

История странствий героя Троянской войны. Царь острова Итака Одиссей пытается вернуться домой, этот путь растягивается на десять лет из-за гнева бога морей Посейдона. Который многохитростный Одиссей навлекает на себя, ослепив циклопа Полифема.

Во время странствий герой сталкивается с лотофагами, циклопами, волшебницей Киркой (в других переводах Цирцеей), сиренами, чудовищами Сциллой и Харибдой, а также надолго оказывается на острове нимфы Калипсо, которая не хочет отпускать его. Несмотря на многочисленные испытания и гибель почти всех спутников, Одиссей с помощью богини Афины добирается до родной Итаки. Где его давно считают погибшим.

Что было дальше, узнаем из фильма (или античного текста, кому совсем интересно). Хотя вряд ли можно считать спойлерами описания сюжетных твистов произведения 28-вековой давности.

А текста ли

Тут очень непросто. Большинство исследователей датируют создание «Одиссеи» концом VIII — началом VII века до н. э., примерно 750–700 годами до н. э. Считается, что поэма возникла в Ионии (западное побережье Малой Азии, территория современной Турции), где существовала богатая традиция исполнения героических песен.

А вот с авторством гораздо сложнее. Существует так называемый «гомеровский вопрос» — многовековая научная дискуссия о том, существовал ли Гомер как реальный человек. И можно ли считать «Одиссею» текстом в печатном понимании этого слова, или просто очень длинной народной песней?

Есть несколько основных версий. 

Самая простая: Гомер был поэтом, который создал и «Илиаду», и «Одиссею», объединив существовавшие устные предания в две великие поэмы. 

Есть другой подход: устная традиция. Наверное, наиболее распространенная сегодня среди ученых точка зрения. Заключается она в том, что сюжеты десятилетиями, а скорее столетиями существовали в устной форме. Их исполняли профессиональные певцы-аэды, используя устойчивые формулы («хитроумный Одиссей», «розовоперстая Эос» и т. п.), которые облегчали запоминание тысяч стихов.

Гомер — если он существовал — мог быть выдающимся исполнителем и своего рода редактором этой традиции.

И, наконец, такой угол зрения: коллективное авторство. Некоторые исследователи считают, что поэмы формировались постепенно, и окончательный текст стал результатом работы нескольких поколений сказителей и позднейших «редакторов». 

Исследования американского филолога Милмана Пэрри в XX веке довольно убедительно показали, что язык и структура «Одиссеи» несут характерные признаки устного эпоса: огромное количество повторяющихся эпитетов, готовых словесных формул и типовых сцен (пир, снаряжение героя, жертвоприношение и т. д.). Вероятнее всего, события, легшие в основу поэмы (если у них вообще была историческая основа), относятся к концу бронзового века. Это примерно XII век до н. э. А записана «Одиссея» спустя примерно 400–500 лет, когда греки уже освоили алфавит на основе финикийского письма. 

Поэтому современная наука часто рассматривает «Одиссею» как вершину многовековой устной традиции, а не произведение, полностью созданное «с нуля» одним автором. Гомер в этом свете, получается, либо реальный поэт, оформивший эпос в известном нам виде; либо символическое имя, под которым сохранилась эта традиция. 

Но точно мы никогда, наверное, не узнаем: все это было создано задолго до рождения Христа.

Что в этом тексте такого 

Можно сказать так: «Одиссея» — краеугольный текст мирового эпоса. База. В этом ветвистом полотне заложены многие сюжетные и литературные модели, которые человечество использует уже почти три тысячи лет. 

Поэма впервые настолько подробно раскрыла путешествие героя не только как череду подвигов, но как внутреннее испытание: Одиссей побеждает не столько силой, сколько умом, хитростью, терпением и способностью адаптироваться к обстоятельствам.

Именно здесь сформировались архетипы долгого возвращения домой, встречи с чудовищами, искушениями и неизвестным миром — мотивы, которые позже повторятся в литературе от «Энеиды» Вергилия до «Улисса» Джеймса Джойса. Да и, собственно, весь Толкиен вышел отсюда же.

И прочие марвеловские «Мстители». 

Ну и в целом, текст очень крутой для 750-го года до н.э. В «Одиссее» очень сложная композиция с параллельными сюжетными линиями, флешбеками. Там соединяются мифология, приключения, философские размышления о судьбе, верности, семье, власти богов и месте человека в мире. Через это — огромное влияние на европейскую, а затем и мировую литературу и неоспоримый статус одного из фундаментальных текстов мировой культуры, без которого невозможно представить развитие эпической традиции (и Кристофера Нолана). 

А почему полыхает-то

Троянская война, на которую ушел Одиссей, началась из-за похищения (или бегства) Елены — жены спартанского царя Менелая — троянским царевичем Парисом. Этому предшествовал знаменитый «суд Париса»: богиня раздора Эрида подбросила на пир богов яблоко с надписью «Прекраснейшей», а Парис должен был выбрать между Герой, Афиной и Афродитой. Афродита пообещала ему любовь самой красивой женщины в мире — Елены, и Парис отдал яблоко ей.

После этого Парис увез Елену в Трою, а Менелай с братом Агамемноном собрал коалицию и начал поход на город. Осада которого, по легенде, длилась десять лет и завершилась благодаря знаменитому троянскому коню.

Елену Гомер описывает как прекраснейшую из женщин. Красивую настолько, что ради нее можно и войну затеять:

«Нет, невозможно никак осуждать ни троян, ни ахейцев,

Что за такую жену без конца они беды выносят!

Страшно похожа лицом на богинь она вечноживущих».

И ниже добавляет, если вдруг кто не понял:

«Елена, богиня средь женщин».

Эту роль Кристофер Нолан в своем эпике отдал 43-летней Лупите Нионго, актрисе кенийско-мексиканского происхождения.

Ну, вы поняли.

Никто не обсуждает краеугольный камень мирового эпоса. Эпического теперь только — горение интернет-экспертов на тему всего. Например, внешности полумифического персонажа не то народной, не то авторской поэмы где-то 750-го года до н.э.

Которую придумал (или повторил за другими) слепой сказитель.

Елену Нолана обвиняют в неисторичности, а самого режиссера — в искажении исторической правды, канонов и слепом следовании woke-повестке.

Есть ли под этим почва?

Должно ли искусство дотошно следовать историческому материалу?

И что (да и кому) вообще должен творец, когда имеет дело с ним?

Спросили Ларису Александровну Назарову, завкафедрой русской и зарубежной литературы УрФУ, доцента, кандидата филологических наук.

— Если в основу произведения положены реальные события, может ли художник от них отступить?

— Конечно, может. Еще Лев Толстой различал историю как науку и историю как искусство. Вторая имеет дело не с фактами, а с творческим видением поэта, его философией, его взглядом на жизнь.

Любой писатель в первую очередь создает свой МИР, живущий по особым законам. И эти законы подчиняются жесткой логике их творца (кстати сказать, чем оригинальнее, ярче и непротиворечивее эти законы выражены в тексте, тем больше шансов у автора создать литературный шедевр), и в рамках этой логики реальная история становится только материалом, из которого строится здание художественного произведения.

Если писатель ставит перед собой задачу сделать это здание максимально похожим на реальное — он использует один инструмент, дотошно следуя исторической правде. Если ему хочется, чтобы читатель угадал реальное здание по частям, по абрису и т.д. — в ход идет другой инструмент. Автор начинает игру с читателем — и в угоду его замыслу идут любые фактические допущения/искажения/умолчания.

— Насколько художественная литература — надежный рассказчик реальной истории?

— Искусство всегда опирается на окружающий мир, художник не может придумать что-либо, чему нет места в реальности. Еще Аристотель определял искусство как «мимесис», то есть подражание действительности. Даже фантастические романы основаны на чувстве времени и эмпирическом опыте их творца. Поэтому литература, с одной стороны, всегда является слепком с реальных событий. 

Что касается истории — любой классический героический эпос, в том числе гомеровский, обязательно имеет историческую основу. Но, с другой стороны, любой художественный текст всегда есть плод фантазии художника. Главная способность, особенность любого писателя — мыслить мир через «картинки», мыслить словесно-художественными образами, приправляя их эмоциональными переживаниями героев.

Насколько может быть надежна эмоция? Один и тот же факт будет воспринят по-разному разными его свидетелями. Кого в этом случае считать надежным рассказчиком? Но вместе с тем литература — это сложно и тонко организованная система. Автор не может быть оторван от времени создания своих произведений и, хочет он того или нет, всегда в своих текстах он отразит свое историческое время, свою эпоху, и его свидетельствам вполне можно доверять.

Итого

В принципе, «писателя» в ответах выше довольно смело можно поменять на «режиссера», а «литературу» — на «кино».

И оставить уже Кристофера Нолана и Лупиту Нионго в покое.

PS

Когда вышла прошлая нашумевшая экранизация Гомера — «Троя» Вольфганга Петерсена — автор этого текста как раз слушал курс античной литературы у Светланы Ивановны Ермоленко. 

Тогда тоже было много недовольных (Светлана Ивановна в их числе) тем, как Петерсон все переврал, и все было не так.

Дважды одиннадцать лет пронеслось; «античку» на «пять» одолел я.

«Троя» же бронзою стала средь пеплумов, признанной классикой жанра;

Восемь и одну на «Кинопоиске» ей сохранило признанье,

Семь же и три на IMDb — по суду многолюдного мира.