Апокалипсис? Теперь с грибами! Павел Матяж – о сериале «Одни из нас»
Компьютерные журналы нулевых и первой половины десятых, блогеры, ютуб- и телеграм-каналы второй половины десятых и двадцатых убеждали читателей, что современные видеоигры — это не только развлечение для грубой толпы, но и искусство. Так же как кино, они способны вбирать в себя другие виды творческой деятельности, такие как рисование, музыка и литература, поскольку для создания игры нужны и художник, и композитор, и писатель, но значительно превосходят кинематограф в интерактивности.
https://youtu.be/mPzEGd9fc5g
Театральным драматургам, создателям романов или киносценариев приходится идти на массу ухищрений, чтобы потребитель «подключился» к их персонажу и его истории, проникся к нему, заинтересовался и продолжил чтение или просмотр. Геймдизайнерам намного проще вовлечь потребителя в свой нарратив, поскольку, играя за протагониста, управляя его действиями, пользователь может влиять (до определенного момента) на историю, буквально проживать ее вместе с персонажем, получая при этом ни с чем не сравнимый, уникальный, почти физиологический опыт. Это далеко не то же самое, что перелистывать страницы книги или сидеть в темном зале и следить за игрой теней на стене.
Скриншот из Minecraft
Конечно, это не всех игр касается. Никто не сравнивает «Майнкрафт» с «Анной Карениной», а «Криминальное чтиво» с тетрисом. Но некоторые избранные шутеры от третьего лица, action-adventure с открытым миром или ролевые игры в какой-то степени заменили для своих поклонников кино и книги. Фанаты фэнтези удовлетворяют свой литературный голод, играя в Skyrim или The Witcher, любители криминальных боевиков проживают любимые фильмы внутри GTA, для поклонников старых вестернов есть Red Dead Redemption.
Скриншот из Red Dead Redemption 2
Одной из таких игр, с большой претензией на новый вид искусства, стала The Last of Us – action-adventure с элементами survival horror и стелс-экшена, разработанная студией Naughty Dog и изданная Sony Computer Entertainment в 2013 году. The Last of Us заслужила высочайшие оценки критиков за сверхдраматическое повествование и развитие персонажей, а также за визуальный и звуковой дизайн и получила множество наград. Кроме того, стала весьма успешной коммерчески — в первую неделю продажи составили более 1,3 миллиона копий, а к апрелю 2018 года совокупные продажи всех изданий игры превысили 17 миллионов экземпляров. Сегодня The Last of Us имеет реально культовый статус, а ее создатели и идеологи Брюс Стрели и Нил Дракманн провозглашены гениями и суперзвездами, Ленноном и Маккартни от гейм-индустрии.
Скриншот из The Last of Us 2
Как экранизировать такой шедевр, а главное, зачем, ведь в виде фильма или сериала The Last of Us уже не будет иметь интерактивной связи со зрителем, а превратится в тени на стене. Разве это не шаг назад? Не говоря уже о том, как это рискованно, ведь удачные экранизации компьютерных игр можно пересчитать на пальцах одной руки, причем большинство из них визуализировано в виде анимационных фильмов. Как бы ни были хороши «Аркейн», «Киберпанк: Бегущие по краю» и «Кастлвания» от Netflix – это всего лишь мультики и основная их аудитория – подростки, при всем уважении.
Чтобы снять часть этих возражений, боссы HBO выбрали формат сериала с живыми актерами, без всякой анимации, и пригласили на должность шоураннера одного из звездных демиургов оригинальной игры Нила Дракманна. А в компанию к нему позвали еще и Крейга Мейзина, который не так давно заработал для себя и компании HBO парочку «Эмми» за «Чернобыль».
Чернобыльская ДНК чувствуется в The Last of Us с самого начала. Мейзин не сразу бросает зрителя в пучину грибного апокалипсиса, а обстоятельно рассказывает зрителям о его причинах, масштабе и возможных перспективах для человечества. Подводит под свою историю несколько более осязаемый фундамент, чем тот, что был в игре. Сериал предлагает расширенную версию знакомых событий, хотя некоторые эпизоды и могут показаться преданным фанатам буквально покадрово переснятыми катсценами. Тем же, кто никогда не играл в The Last of Us и не планирует, Мейзин подбрасывает ключи в виде цитат из знаменитых апокалиптических произведений.
Открывающую сцену, к примеру, он берет из «Хранителей». В похожим образом обставленной студии некоего ток-шоу снятые с идентичного ракурса ученые вводят зрителей в курс дела. Только в том месте, где у Снайдера рассказывали про советскую агрессию в Афганистане и показывали Часы Судного дня, в The Last of Us говорят про грибы.
Эта идея пришла в голову Стрели и Дракманну во время просмотра передачи National Geographic про муравья-зомби, сознанием которого завладел гриб кордицепс. Все дальнейшие события игры и телешоу основаны на фантастическом допущении о том, что было бы, если бы этот гриб избрал своим носителем кого-нибудь покрупнее. Человека, например. Рельные кордицепсы погибают при температуре выше 34 градусов по Цельсию. Но что будет, если в результате глобального потепления климата они не вымрут, а адаптируются к жаре?
На этот вопрос в первой серии должны были отвечать кабардино-балкарский режиссер Кантемир Балагов и московская операторка Ксения Середа, с которой они работали над «Дылдой». В 2021 году Балагов даже писал в своем твиттере, что уже все снял, но в 2022-м неожиданно покинул команду НBO из-за неких «творческих разногласий» с шоураннерами. А вот Середа осталась в проекте. Именно ее мы должны благодарить теперь за эпические сцены крушения цивилизации, снятые изнутри едущей на полной скорости машины, в точности как у Эммануэля Любецки в «Дитя человеческом».
Так же как куароновское «Дитя», «Дорога», Sweet Tooth или «Книга Илая», The Last of Us – постапокалиптическое роад-муви о том, как сильный и крутой бывший военный/коп/преступник ведет через радиоактивные/зараженные/выжженные пустоши маленькое слабое существо/женщину/ребенка. По ходу действия они попадают в разнообразные экшен-передряги с зомби/бандитами/людоедами, и в результате у них образуется сильная эмоциональная связь/любовь/дружба. Короче говоря, оригинальный сюжет в новейшем телешоу HBO не блещет оригинальностью.
Ну и вообще с «Книгой Илая», Sweet Tooth, «Дорогой» и «Дитя человеческим» The Last of Us лучше не сравнивать. «Дитя» не в пример реалистичнее, в «Книге Илая» намного круче выглядит, например, цветокоррекция, в сериале про мальчика с оленьими рогами поинтереснее придуманы персонажи, а «Дорога» просто в сто раз драматичнее. The Last of Us, по крайней мере на уровне первой серии, выглядит слабее по всем этим пунктам.
В защиту оригинальной игры можно сказать, что почти все вышеперечисленные фильмы появились на несколько лет раньше нее и наверняка являлись референсами для геймдизайнеров. А выпускающие на малые экраны в 2023 году еще один постапокалиптический зомбо-клон Дракманн и Мейзин просто заложники обстоятельств – из песни слов не выкинешь. В истории кино было слишком много экранизаций компьютерных игр, преданных анафеме фанатами именно за недостаточно буквальное следование канону. Так что по крайней мере первая серия сериала движется за игрой след в след.
И что бы вы думали? Фанаты, эти непримиримые, суровые судьи, которых невозможно подкупить или разжалобить, впервые за миллион лет счастливы. У The Last of Us запредельные рейтинги на Rotten tomatoes и Metacritic. 99%. Это больше чем у «Форреста Гампа», «Крестного отца» и «Побега из Шоушенка». Дикий восторг! Все американские кинокритики слились в экстазе, расхваливая аутентичные декорации, музыку, актеров Педро Паскаля (Оберин Мартелл, Дин Джарин, Хавьер Пенья и много кто еще) и Беллу Рамзи (повзрослевшая Лианна Мормонт).
В России все менее радужно. Кому-то не нравится Белла, кому-то афроамериканцы, кому-то вездесущие представители ЛГБТ 1 . Но в одном зрители по обе стороны Атлантики единодушны. Все просто обожают грибных зомби. В игре опасные для мозга споры летали в воздухе, и было не очень понятно, по какому принципу они выбирают своих жертв. Почему этот чувак заразился, а тот нет? А для фильма Дракманн и Мейзин разработали другой механизм распространения кордицепса, четкий, понятный, без сложных трактовок и иносказаний. Это очень понравилось фанатам.
Их нетрудно понять. К 2023 году все подустали от ожидания апокалипсиса. Реального или воображаемого. Но между превращением в радиоактивный пепел и обращением в грибного зомби есть существенная разница. Пепел он и есть пепел. А зараженные кордицепсом могут жить практически вечно, пока это необходимо паразитирующему носителю. Да и в целом для планеты грибной апокалипсис куда экологичнее.
Удачного просмотра.
