Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Z — значит зомби. Павел Матяж — о фильме «Убойный монтаж»

5 августа 2022, 09:14
Z — значит зомби. Павел Матяж — о фильме «Убойный монтаж»
Фото: Павел Матяж для 66.RU
В официальном кинотеатральном прокате фильм оскаровского лауреата Мишеля Хазанавичуса («Артист») — экспериментальное фестивальное кино про режиссера, который пытается снять зомби-хоррор.

Французский режиссер Реми (Ромен Дюрис – «Доберман», «Арсен Люпен», «Все деньги мира») отдал профессии без малого 25 лет, но так и не снял ничего великого. Он не унывает и продолжает клепать рекламные ролики, корпоративные фильмы и прочие малые формы. За все эти годы Реми сформировал собственный бизнес-девиз, универсальное жизненное кредо – дешево, быстро и не очень позорно. Продюсеры его за это обожают, вот только жена (Беренис Бежо – «Артист») явно ждала от мужа большего, а дочка (Симона Хазанавичус – реальная дочка режиссера Хазанавичуса) открыто презирает за конформизм и клиентоориентированность.

Новая задача, которую предлагает Реми продюсер, кажется безумной и рискованной даже для такого суперпрофессионала – к открытию новой стриминговой платформы он должен снять ремейк японской хоррор-короткометражки, единым 30-минутным планом, без единой монтажной склейки, и все это в режиме лайф, в смысле буквально в прямом эфире. Чистое самоубийство. Только ради того, чтобы попытаться вернуть любовь и уважение жены и дочери, Реми решается ввязаться в авантюру.

Фото: kinopoisk.ru

Но все идет не так. Ну или не совсем. Дело в том, что завязку сюжета зрителю показывают только через полчаса после начала. Предварительно предлагают посмотреть получившийся фильм – зомби-хоррор категории Z, о том, как французский режиссер пытается снять зомби-хоррор категории B. Ну, то есть получается такая матрешка – фильм про режиссера, который снимает фильм про режиссера, который снимает фильм про зомби. Самое смешное, что и это еще не все – этот фильм про съемки фильма в квадрате является ремейком японского треш-хоррора про съемки фильма. В итоге у всей этой истории аж шесть слоев разного нарратива.

Фото: kinopoisk.ru

Нижний слой, то есть собственно сам фильм, который снимает съемочная группа из второго слоя, настолько же ужасен, насколько ужасна была поставленная режиссеру задача. Впрочем, не будем забывать и про жизненное кредо Реми – очень быстро, очень дешево и не очень позорно. Зомби выглядят смехотворно, один синий, второй почему-то зеленый, бутафорская кровь похожа на сироп, девушка в беде, которой положено биться в истерике, отбиваясь от зомбаков, что-то вяло бормочет, как будто в трансе. Однако зрителей, уходящих из зала, дикими криками останавливает режиссер, действие перемещается на второй слой, а там раскрываются карты.

Фото: kinopoisk.ru

Исполнительница главной роли на самом деле не актриса, а модная блогерка, которая не может выйти из образа гламурной кисули, чтобы не потерять фолловеров. Ее партнер по роли страдает от острой звездной болезни, после того как сыграл один крошечный эпизод у фон Триера. У второстепенных артистов проблемы посерьезнее: один пьян в стельку, у второго приступ кишечного расстройства, у третьего комплекс неполноценности, четвертый и пятая попали в аварию за полчаса до начала съемок. Пожилой оператор потянул спину и не может сдвинуть с места камеру, звукорежиссер-дебютант включает фоном что-то чудовищное, грим и спецэффекты выглядят, как в 1960-е. Словом, все, что могло пойти не так, пошло не так. А ведь это мы еще не дошли до третьего и всех последующих слоев.

Фото: kinopoisk.ru

Да что говорить, у самого Хазанавичуса, который снимал все это, находясь на седьмом метауровне, даже в его суперпозиции не обошлось без проблем. Изначально фильм должен был называться просто Z. В смысле Z, как zombie. Но незадолго до премьеры в Каннах по просьбе украинских дипломатов кино переименовали в Coupez!, эквивалентное английскому Сut!, в смысле Снято! А для проката в РФ переименовали еще раз.

Фото: kinopoisk.ru

Перемонтировать, правда, не стали, так что время от времени Z всплывает в диалогах и видеовставках в виде гигантского кровавого иероглифа. В эти моменты главное помнить, что Z – это зомби, а не то, что мы все тут подумали.

Фото: kinopoisk.ru

Посмодернистское метакино про изнанку киноиндустрии вошло в тренд задолго до украинских событий, но сейчас странным образом оказывается самым востребованным на нашем угасающем кинорынке. Буквально месяц назад на ту же тему высказались испанцы, там у них не было мертвецов, но были довольно живые Антонио Бандерас и Пенелопа Крус, до этого были японцы с вольной экранизацией рассказа Мураками. В отсутствие голливудской продукции российские кинотеатры занимает всякий фестивальный артхаус. Едва ли это спасет наших кинопрокатчиков от банкротства в перспективе. Но здесь и сейчас, в моменте, переименованный Z – определенно главный суперхит.

Удачного просмотра.