Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Мы боролись с девяностыми, но скоро там окажемся. Мрачная колонка экономиста с легкими нотками оптимизма

16 марта 2022, 16:46
Колонка
Мы боролись с девяностыми, но скоро там окажемся. Мрачная колонка экономиста с легкими нотками оптимизма
Фото: Екатерина Залазинская, Анна Коваленко, 66.RU
Последствия санкций из-за «специальной операции на Украине» будут для России очень тяжелыми, считает кандидат экономических наук, финансовый аналитик Константин Селянин. Они отбросят нас лет на 15–20 назад — по отношениям с западными компаниями, по уровню жизни населения и качеству товаров. Но не стоит отчаиваться — из-за регулярных кризисов мы уже научились их переживать.

Мне чуть за 50, и за свою жизнь я пережил много кризисов — 1998, 2004, 2011, 2014, пандемия. Каждый раз нам говорят, что кризис — время возможностей. А мне вспоминаются слова Анатолия Папанова в фильме «Холодное лето пятьдесят третьего»: «Пожить бы хотелось». Без всяких кризисов. Время возможностей есть всегда. И кризис никак не добавляет их, он их лишает.

Меня удивляет, когда на полном серьезе говорят: закроется «Макдоналдс» и уже на следующий день там откроется какой-нибудь «Дядя Ваня». «Макдоналдс» — это компания, которая существует полвека, где каждый процесс мельчайше отточен. Работа с поставщиками, рецептура, приготовление. Это заблуждение, что по щелчку пальцев можно иностранные бизнесы запустить самим. Ни одна страна этого не смогла. Тот же Иран, когда национализировал предприятия (после революции в конце 70-х), стал производить контрафакт. И это откровенные подделки плохого качества. Так происходило и с иностранными инвесторами в ДНР и ЛНР. Там ведь тоже были «Макдоналдсы», сейчас они называются «ДонМак», там что-то продают. И нам что-то подобное предстоит.

С голоду мы, конечно, не умрем, но нас ждет исчезновение очень многих привычных товаров, услуг, продуктов питания. То, что останется, будет дороже и более низкого качества. Тот, кто раньше ел сочный стейк, будет довольствоваться ливерной колбасой, тот, кто ел ливерную колбасу, — даже боюсь думать, чем они будут довольствоваться…

Сейчас из России ушли все компании, которые привлекали в страну последние 30 лет. Мы оказались в состоянии если не 1992, то 1995 года. Но тогда Россия была товарищем, экономика росла, а инвесторы приходили с удовольствием. А сейчас? Возвращать этот кредит доверия придется гораздо дольше. Возвращение до уровня трехнедельной давности растянется минимум лет на 10.

Если говорить про падение экономики и пресловутый ВВП, то самые скромные прогнозы по году — это минус 7%. Самые тягостные — 40% (но я думаю, что это уже перебор). За второй квартал (по сравнению со вторым кварталом 2021 года) мы упадем процентов на 20. Как по мне, это довольно реалистично. В пандемию мы потеряли порядка 10% ВВП за квартал (2020 год к 2019 году). Сейчас происходят события не меньшего масштаба. А что такое 7%? Если посмотреть назад, то у нас ВВП сколько-нибудь значимо не растет с 2014 года (изменения в пределах статистической погрешности). Если мы с 2013 года уберем 7%, то по ВВП мы окажемся на уровне начала нулевых — конца 90-х. Вот эти 90-е, с которыми боролись, к нам и вернулись.

Давайте по уровню жизни посмотрим. С 2014 года у нас доходы падают, они резко упали в 2015 году (порядка 10%) и до сих пор не восстановились. Инфляцию ожидаем минимум 20% — это и Центробанк подтвердил (когда повышается ключевая ставка — это прежде всего таргет по инфляции). С точки зрения располагаемых доходов мы потеряем от 10 до 20% за этот год. То есть окажемся году в 2005-2006. В этом аспекте стоимость решения о начале спецоперации — минус 15–20 лет.

Фото: 66.RU

Если говорить про санкции, то это не конец, а скорее начало. Закрыли «Макдоналдс», отключили «Инстаграм». Ну да, неприятно. Но еда не пропала, она не подорожала, последствия еще не наступили. Очередной пакет санкций ввели 12-13 марта, он расширяет список олигархов, но самое главное — в нем уточняется список экономических санкций на металлургическую продукцию. Запрет экспорта в ЕС и Америку стали и металлопродукции — это очень серьезно. Обратите внимание, что в Свердловской области основная отрасль — металлургия. Куда это все мы будем экспортировать? А представьте, что откажутся от российского алюминия, никеля. Придется продавать это все в Китай за бесценок. Но и этот вариант не стопроцентный.

Объем торговли с Китаем у нас порядка 50 млрд долларов в год. Это много. Но с Америкой у Китая — 600 млрд. С Южной Кореей — 125 млрд. Мы для Китая лишь 13-й в очереди экспортер и 10-й в очереди импортер. Мы даже в десятку не входим. Когда у них будет выбор (а я думаю, что их перед ним поставят) прекратить отношения с Россией или тоже получить санкции, как вы думаете, что они выберут? Та же история с Турцией. Но Китай — большая экономика, сравнимая с американской, Турция в этом плане слабее на порядок.

А если откажутся от российского угля, нефти, газа? Сейчас это активно обсуждается, и к такому решению уже пришли Канада и Америка. Да, у них доля российской нефти небольшая, порядка 7%. Им не так сложно. В Европе она больше 10%. Но думаю, что до конца года они и это сделают. Сложнее, конечно, отказаться от российского газа. В Европе это 40%, но тоже возможно. Эти рынки сложно завоевать, а потерять их можно в момент. Азербайджан уже заявляет, что готов резко нарастить поставки нефти и газа, Туркменистан, Саудовская Аравия, Венесуэла, с которой снимут санкции. Плюс Иран — вот и замена российской нефти. По газу примерно та же история.

Фото: 66.RU

Во всем этом могу отметить и кое-что хорошее. Во-первых, есть еще возможность уехать и многие это делают (боюсь, что она просуществует недолго). Вторая хорошая вещь — все-таки наши люди умеют адаптироваться. К сожалению, мы очень хорошо подготовлены к кризисам, мы не раз их проходили. В 1998 году мне было страшно, в 2014-м было страшно, а сейчас — почему-то уже нет. Все-таки я надеюсь, что экономика и предпринимательство в России сумеют как-то адаптироваться в этот раз.

И я бы хотел, чтобы мои мрачные прогнозы сбылись не в полной мере.