Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Проектировал ЦПКиО и здание штаба УрВО: история молодого архитектора, расстрелянного в 1937 году

7 августа 2021, 15:00
Алексей Дукельский спроектировал много значимых зданий в Свердловске, которые сейчас носят статус памятников архитектуры. Во время работы над зданием штаба Уральского военного округа его обвинили в подрыве строительства и признали участником террористической организации. 28-летнего архитектора арестовали через неделю после свадьбы, еще через три месяца — расстреляли. Историк Андрей Ермоленко в колонке на 66.RU рассказал о жизни Алексея Дукельского и о том, что он успел сделать для города.

Каждый уралец прекрасно знает здание штаба Уральского военного округа. Автор проекта этого примечательного сооружения — Алексей Маркович Дукельский, очень талантливый советский архитектор, короткая жизнь которого тесно и трагически связана с нашим городом. В его судьбе было место любовной истории и предательству, антисоветскому заговору и сфабрикованному обвинению. Своим появлением в Свердловске он породил вихрь событий, в который оказались втянуты жизни многих людей.

Архитектор-самородок

Алексей Дукельский родился в Киеве в 1909 году, затем его семья переехала в Ленинград. Очень рано начал работать — еще во время учебы в Высшем художественно-техническом институте (ВХУТЕИН, бывшая Императорская академия художеств), в 1930 году, когда ему был всего 21 год. В составе группы ленинградских архитекторов он, будучи еще студентом, проектировал цеха Магнитогорского металлургического комбината и другие здания строящегося Магнитогорска.

В 1931 году Алексей Дукельский выпускается из вуза и сразу вступает в брак с Ксенией Стравинской, с которой познакомился еще в 1927 году. Ксения — из очень хорошей семьи, ее дядя (родной брат отца) — выдающийся композитор Игорь Стравинский. Семья Стравинских была против брака Ксении с Дукельским.

В том же 1931 году молодая семья Дукельских переезжает в Свердловск — по распределению после вуза Алексея направляют сюда работать архитектором в Уральском строительном институте. Одной из первых работ Алексея Марковича в Свердловске стало участие в проектировании Центрального парка культуры и отдыха в качестве главного инженера архитектурно-планировочной группы. Свердловский ЦПКиО был открыт летом 1933 года при большом скоплении народа.

ЦПКиО в год открытия

Еще одна значимая работа Дукельского в Свердловске — реконструкция интерьеров особняка Харитонова — Расторгуева на Вознесенской горке и приспособление помещений особняка под нужды Дворца пионеров и школьников. При участии Дукельского проектируется здание элитного жилтоварищества «Сталинец» (сегодня — дом по адресу пр. Ленина, 81/83), комплекс жилых и служебных зданий Штаба Уральского военного округа (жилые корпуса по адресам: Кузнечная, 91 и Бажова, 78). В составе комплекса: здания штаба и столовой, два жилых дома, здание спортивного клуба, связанные между собой композиционно и функционально.

Фото: Дмитрий Горчаков, архив 66.RU

Штаб Уральского военного округа

Безусловно, наиболее ярким памятником архитектуры, построенным по проекту Алексея Дукельского в Свердловске, стало здание штаба Уральского военного округа (современный адрес — пр. Ленина, 71 — о памятнике и судьбе его архитектора я недавно рассказал для екатеринбургского youtube-канала «Екатеринбург сториз»). Именно эта работа Дукельского сыграла роковую роль в его жизни. Впрочем, обо всем по порядку.

Семьи не получилось

Семья Дукельских в Свердловске живет по адресу Вайнера, 9а, квартира 8 — в так называемом «Доме специалистов». Трехкомнатная квартира в одном из лучших и самых современных домов города. В квартире даже есть телефон. В 1932 году у них родилась дочь Елена, и из Ленинграда для помощи в воспитании ребенка приезжает мать Дукельского — Наталья Евгеньевна. По воспоминаниям дочери архитектора Елены Алексеевны Стравинской (1932—2015), отец мало интересовался ею, они редко проводили вместе время и поэтому у нее практически не осталось об отце никаких воспоминаний.

Карьера молодого талантливого архитектора стремительно идет в гору. В 1935 году Алексей Дукельский был избран членом правления Свердловской организации Союза советских архитекторов, а в 1936 году — ее ответственным секретарем. С июня 1937 года он стал членом Центрального правления Союза архитекторов. В августе 1937 года Дукельский был рекомендован на вакантную должность главного архитектора одного из советских городов — большая честь для 28-летнего специалиста.

А вот в личной жизни у Алексея Марковича было все очень непросто. Во время работ по проектированию интерьеров Дворца пионеров и школьников весной 1937 года Дукельский знакомится с Надеждой Абатуровой — учительницей физики и математики Свердловской школы № 2 имени Тургенева (современный адрес: ул. Вайнера, 2), между ними возникают романтические отношения. Любовная история разворачивается стремительно. Уже в мае 1937 года жена Дукельского Ксения, не в силах мириться с изменой мужа, уезжает вместе с дочкой Еленой к своим родителям в Ленинград.

Алексей Дукельский и Надежда Абатурова

Новая любовь

Кто же она — новая избранница Алексея Дукельского? Надежда младше него на 4 года (1913 г. р.), с 1930 года замужем за партийным функционером Михаилом Абатуровым — первым секретарем Ревдинского обкома ВКП(б). Воспитывала дочку Наталью (1931—2013). С 1936 года живут с мужем «на два дома»: Михаил в Ревде, Надежда в Свердловске (по ул. Малышева, 21, стр. 4). Однако развода своей супруге Михаил Абатуров не давал, а после известия о связи Надежды с архитектором Дукельским вовсе впал в ярость.

Внук Надежды и Михаила Абатуровых (сын их дочери Натальи) Сергей Лисицын приводит воспоминания своей бабушки: «Каждый выходной день он приезжал в Свердловск и устраивал скандал: «Не думай, что развод получишь, мне звонили о твоем заявлении, но я их к черту послал». Кажется, в конце мая 1937 года, при очередном приезде, он опять напал на меня: «Ты замуж выходишь? Не думай, что все так пройдет, ты отсюда не уйдешь живая!»; и избил меня до кровотечений. Я пять дней не работала. В июле 1937 года Абатуров приехал в Свердловск, вынул из кобуры револьвер и начал угрожать мне: «Застрелил бы тебя, как собаку, но себя жалко». Я так думала, что он убьет меня. Я об этом доложила парторгу Дворца пионеров Новоселову и по его совету подала заявление в КИК (комиссию исполнительного комитета Совета депутатов трудящихся), после этого получила развод».

Нетрудно представить, какую ненависть должен был испытывать этот ревнивый и неуравновешенный человек к Алексею Дукельскому. Это люди из разных миров. Рабфаковец, член партии с 19-летнего возраста Абатуров и воспитанник Академии художеств, утонченный беспартийный Дукельский. Драма наверняка разразилась бы личным конфликтом вплоть до физического насилия, но 22 августа 1937 года Михаила Абатурова арестовывают за связь с «врагами народа» и за выступления в защиту «участников контрреволюционной организации правых на Урале» — то есть по делу первого секретаря Свердловского обкома партии Ивана Кабакова, арестованного в мае 1937 года. Накануне своего ареста Абатуров, зная об уже выписанном ордере, приезжает в Свердловск и фотографируется со своей дочерью Наташей.
Впрочем, вернемся к Алексею Дукельскому. Он наконец-то оформляет развод со своей бывшей супругой Ксенией Стравинской. Свободна и его избранница — в июле, накануне своего ареста, Михаил Абатуров дает развод бывшей супруге Надежде.

Абатуров Михаил с дочерью Наташей

Неделя счастья

Сентябрь 1937 — самый безоблачный месяц в жизни этих молодых людей. Казалось бы, больше ничего не мешает их счастью! Алексей и Надежда подают заявление в Сталинский районный ЗАГС Свердловска и 26 сентября их брак зарегистрирован.

Однако спустя ровно неделю после свадьбы, 3 октября 1937 года, Алексея Марковича Дукельского арестовывают органы НКВД. Примечательно, что в протоколе обыска, наряду с перечнем изъятых документов и писем, отдельно зафиксирован «журнал Творчество с портретом Эйдемана» — арестованного в мае 1937 и расстрелянного в июне бывшего председателя Осоавиахима.

Фрагмент протокола обыска

Уголовное дело Алексея Дукельского, которое сегодня хранится в Государственном архиве административных органов Свердловской области, тонкое — около тридцати листов. Первый лист — справка, подготовленная «по показаниям активных участников контрреволюционной троцкистской организации», в частности, Валериана Каменева — главного инженера строительно-квартирного отдела Уральского военного округа. Наряду с другими служащими Каменев был арестован весной 1937 года по делу начальника штаба Уральского военного округа Ильи Гарькавого (арестован 11 марта и расстрелян 1 июня 1937 года по «делу Тухачевского», обвинен в подготовке заговора с целью захвата власти).

«В одну из встреч в первой половине 1936 Дукельский мне сообщил, что он очень близок с Гарькавым и что ему со слов последнего известно о существовании в УралВО троцкистско-террористической организации, ставящей своей целью свержение советского строя путем организации террористических актов против руководства ВКП(б) и правительства и поражение Советского Союза в предстоящей войне», — со ссылкой на арестованного В. Каменева гласит справка, открывающая дело Дукельского.

Фальшивое признание

Первый допрос Алексея Дукельского следователи НКВД провели на второй день после ареста, 4 октября. Никаких признаний или заявлений Дукельского в протоколе допроса не зафиксировано. После этого в бумагах следственного дела наступает зловещая пауза. Лишь спустя полтора месяца, 26 ноября 1937 года, в деле появляется заявление, написанное от руки на четвертушке тетрадного листа (орфография и пунктуация сохранены):

«Обдумав обстоятельства моего ареста, я решил прекратить борьбу со следствием и по этому прошу вызвать меня на допрос, с тем что бы дать исчерпывающие показания о своей контр-революционной деятельности, а так-же контр-революционной деятельности и других мне известных лиц». Ниже — дата: «26 XI 37 г.» и размашистая подпись: «А. Дукельский».

Признание

Через три дня, 29 ноября 1937 года, Дукельского допрашивают: протокол допроса в деле занимает 12 листов. Алексей Маркович подтверждает свое участие в контрреволюционной террористической организации, сотрудничество с готовившим переворот Ильей Гарькавым и ведение подрывной деятельности — в частности, умышленный срыв и затягивание сроков строительства здания штаба Уральского военного округа. Протокол допроса отпечатан на пишущей машинке. Допрашивали: начальник 4 отдела УГБ УНКВД ст. лейтенант государственной безопасности Варшавский и оперуполномоченный 6 отделения 4 отдела младший лейтенант госбезопасности Дмитриев.

Спустя почти месяц, 21 декабря 1937 года, в деле появляется еще один лист. Дукельский коротко дает показания, что он являлся секретным сотрудником госбезопасности, однако не сообщил о деятельности в штабе УрВО контрреволюционной террористической организации, потому что сам являлся членом этой организации и имел «двурушническую позицию». Протокол допроса записан от руки, допрос провел младший лейтенант госбезопасности Дмитриев.

Протокол допроса

И не нужно быть графологом, чтобы увидеть — «признание» Дукельского на четвертушке тетрадного листа 26 ноября и протокол допроса 21 декабря написаны одним и тем же человеком! И это не Алексей Дукельский — не его рука. Характерный торопливый почерк с наклоном влево — это почерк младшего лейтенанта госбезопасности Дмитриева. Вполне вероятно, что Дукельского заставили подписать это заготовленное оперативниками «признание» под пытками или иными угрозами.

«Прошу суд не лишать меня жизни…»

Дальше все до ужаса просто. Обвинительное заключение: «участник контрреволюционной террористической троцкистской организации», «проводил подрывную и вредительскую работу в области строительства военных объектов». Закрытое судебное заседание выездной сессии военной коллегии верховного суда СССР. Подсудимый виновным себя признает, данные на предварительном следствии подтверждает полностью. Подсудимому предоставлено последнее слово, в котором он «просит суд не лишать его жизни и дать возможность работать». Суд приговаривает подсудимого к расстрелу, приговор приведен в исполнение в тот же день — 15 января 1938 года.

Приговор

По удивительному совпадению, в тот же день, 15 января 1938 года, для дачи показаний в НКВД добровольно (очевидно, по повестке) приходит супруга Дукельского — Надежда. Ее жизнь после короткого — всего одна неделя! — брака резко изменилась. Из отдельной квартиры в элитном конструктивистском «Доме специалистов Госпромурала» (Малышева, 21, стр. 4) ее переселяют в коммуналку на Загородной улице (ныне — ул. Фурманова), с работы из школы увольняют.

«Я не знаю, кто такой этот Дукельский»

Надежду Дукельскую (ранее — Абатурову, в девичестве — Лукину) арестовывают прямо во время явки для дачи показаний, 15 января. Никаких показаний о контрреволюционной деятельности своего мужа Алексея Дукельского она не дает. О предыдущем муже — Михаиле Абатурове — свидетельствует, что тот был связан с троцкистами, в том числе — Иваном Кабаковым. Обвинительное заключение гласит: «Зная о контрреволюционной деятельности как первого, так и второго мужа, не сообщила органам советской власти. Виновной себя не признала». Приговор: «Дукельскую Надежду Петровну, как члена семьи изменника родины, заключить в исправтрудлагерь сроком на пять лет». Далее был Акмолинский лагерь жен изменников родины («Алжир», близ современного Нур-Султана в Казахстане), Соликамск, Печорлаг под Воркутой…

Приговор Дукельской Надежде

В деле Дукельского хранится интересный документ — письмо матери Надежды Дукельской, Марии Аристарховны Бояршиновой: «…Я не знаю, кто такой Дукельский, но я должна заявить, что моя дочь Надежда прожила с этим Дукельским не более трех недель, так неужели только за это так сурово ее нужно наказывать? Может, ей приписали ее бывшего мужа Абатурова М. А., с которым она прожила 8 лет, который был арестован, и именно после его ареста она и вышла замуж за Дукельского…» Письмо написано в августе 1940 года. Обращение матери не помогло повлиять на судьбу Надежды.

Сразу после освобождения, в 1943 году, выходит замуж в третий раз — за мостостроителя Павла Тихомирова, с которым познакомилась еще в Печоре. В 1949 году пишет заявление с просьбой о снятии судимости: «…Сама я лично никакого преступления не совершала и была виновата лишь в допущенной мною глупости и ошибке, в том, что необдуманно вышла замуж за Дукельского, не предвидя тяжелых и губительных последствий от этого. В результате ЗА 5 ДНЕЙ ЖИЗНИ с ним я достаточно НАКАЗАНА как заключением в течение 5 ЛЕТ, так и ужасными моральными переживаниями…» В заявлении о снятии судимости отказано. Реабилитация наступила только в ноябре 1956 года — президиум Свердловского областного суда отменил приговор от апреля 1938 года и прекратил дело за отсутствием состава преступления. Скончалась Надежда Петровна Тихомирова (Дукельская-Абатурова-Лукина) в августе 1981 года.

3 октября 1957 года реабилитируют и Алексея Марковича Дукельского. Военная коллегия Верховного суда СССР отменяет приговор от 15 января 1937 года и прекращает дело за отсутствием состава преступления. Впрочем, расстрелянному 28-летнему архитектору это уже не важно.

Роль обманутого мужа

Напоследок вспомним еще об одном герое этой истории — отвергнутом супруге Михаиле Афанасьевиче Абатурове. Напомним, он был арестован 22 августа 1937 года — за месяц до ареста Дукельского. Аресту Абатурова предшествовала его ссора с супругой и принуждение его к даче согласия на развод. Нельзя исключить, что на это обстоятельство и сделали упор следователи НКВД, «расковыряв» его душевную рану. Вполне вероятно, что именно Михаил Абатуров в августе-сентябре 1937 года и дал показания на Алексея Дукельского, к которому, очевидно, испытывал жгучую ненависть. Так или иначе, спустя полтора месяца после ареста Абатурова был арестован и Алексей Дукельский.

А что же стало с «изменником родины» Абатуровым? Был ли он расстрелян, как и его соперник Дукельский? Нет! Дело Абатурова было … полностью прекращено в январе 1939-го, и он был отпущен на свободу. Первое, что он сделал после освобождения — поехал в пермское село Очёр к своей дочери Наташе. Прожил долгую жизнь. Воевал. Награжден орденами и медалями. После войны работал лектором Свердловского горкома КПСС, умер в 1986 году в Свердловске. Какова была его действительная роль в судьбе архитектора Дукельского, остается только гадать — материалы следственного дела М. А. Абатурова недоступны.