Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Владимир Филипцев, ЕЖК: «Майонез в Китае не едят, мы повезем туда маргарин и масло»

Владимир Филипцев, ЕЖК: «Майонез в Китае не едят, мы повезем туда маргарин и масло»
Фото: Константин Мельницкий; 66.RU; 66.RU
С открытием нового цеха ЕЖК сможет конкурировать на международном рынке с иностранными предприятиями. Продовольствие становится важнейшей экспортной составляющей в экономике страны. Потенциал екатеринбургского предприятия несколько лет назад оценил холдинг «Русагро».

На легендарном Екатеринбургском жировом комбинате заработал цех по очистке масел и созданию сложных жиров. Материнская компания «Русагро» вложила в новое производство 800 млн руб. Корпус, выделяющийся своими яркими цветами, построили и наполнили оборудованием за полтора года.

Технология позволяет делать маргарины и спреды с нулевым содержанием транс-изомеров (потребление которых увеличивает риски сердечно-сосудистых заболеваний), открывает выход на новые b2b-рынки (жиры для молочной и хлебопекарной продукции, в том числе для общепита). На шумном открытии восьмиэтажного комплекса побывали чиновники из областной и городской администраций, топы ЕЖК и головного холдинга, а тажке азиатские партнеры.

Владимир Филипцев на открытии нового цеха Екатеринбургского жирового комбината анонсирует возобновление продаж линейки товаров подсолнечного масла под брендом «Щедрое лето». Компания договаривается о присутствии с основными сетями на Урале: X5 Retail Group, «Окей» и «Дикси» («Мегамарт»).

Как новый цех повлияет на экономику предприятия, корреспондент Портала 66.ru расспросил гендиректора ОАО «Жировой комбинат» Владимира Филипцева.

— Если проводить аналогии — ЕЖК перешел из индустриальной реальности в цифровую. Новый цех наверняка улучшит качество продукции. Я понимаю, что отчасти это необходимость: государство постоянно ужесточает требования по транс-изомерам. А что будет с бизнесом?

— Мы будем расходовать меньше энергии на единицу произведенной продукции, увеличим производительность (прирост мощностей по очистке масел — более 50%). Технология, которую мы внедрили, основана на других рецептурных формулах, новых сочетаниях компонентов. Пока я не могу оценить реальный экономический эффект от изменений. Какие-то первые выводы можно делать через полгода.

— Но все равно какие-то первоначальные расчеты должны быть?

— Не совсем. С одной стороны, преобразования были связаны с нашим желанием развивать бизнес и соответствовать современному рынку. С другой стороны, регулярно ужесточаются ГОСТы по транс-изомерам. Поэтому эти два фактора нас подтолкнули к технологическому переходу. А экономический эффект по разным продуктам различается. Все же понимают, что качественный продукт не может быть более дешевым. Себестоимость части товаров повысится, где-то, наверное, сможем снизить издержки.

Цех будет работать в автоматизированном режиме и по функционалу заменит соседнее здание, где оборудование не менялось на протяжении 25 лет. Для обслуживания машин создадут 80 новых рабочих мест. Операторов найдут в соседних регионах или переобучат существующих специалистов. На 100% производство и лаборатория заработают через три месяца.

— Ваша головная компания — «Русагро» активно развивает бизнес на Дальнем Востоке с прицелом на поставки свинины в Китай. Вы тоже пытаетесь зайти на этот рынок — с маргарином и спредами. В Средней Азии вы уже закрепились. Какова география экспансии вашей продукции?

— Да, в Средней Азии (Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Киргизия) мы работаем давно и успешно, начали поставки в отдельную китайскую провинцию. Что касается новых рынков — в связи с тем что недавно у нас произошла интеграция с Уссурийским масложировым комбинатом, новым фокусом становится всё азиатское направление. Мы начали работать с Кореей. Ведем переговоры со странами Азиатского-Тихоокеанского региона (Вьетнам) и Ближнего Востока. Мы рассматриваем возможность поставок в такие страны, как Сирия и Иран, где продовольствие — важный элемент межгосударственного сотрудничества. Но речь идет об экспорте исключительно маргарина и масла. Майонез — это чисто российская фишка, его вкус любят только здесь. Ну, может, еще в государствах бывшего СНГ, не дальше.

— Для расширения поставок потребуются новые производственные мощности. А площадка ЕЖК расположена в черте города и ограничена в земле. Как быть?

— Да, мы сейчас повысили производительность, но главная задача на сегодня — загрузить существующие рынки, расширить ассортимент. Это не значит, что завтра к нам выстроится очередь из желающих и мы начнем продавать на 30–40% больше.

Технологи ЕЖК уверяют, что Вторчермет скоро вздохнет свободно. Новое оборудование должно снизить выбросы в атмосферу. Нерафинированное масло из колбы очищается, а после выхода из дезодоратора становится прозрачным и ничем не пахнет.

— Тогда про внутренний рынок. Майонез «Провансаль ЕЖК» хорошо знают на Урале, но не в Москве или Санкт-Петербурге. Поэтому ЕЖК — все-таки локальный бренд. Нет желания вывести его на федеральный уровень?

— Абсолютно правильное заявление: ЕЖК — это уральский майонез. К нему люди привыкли, с детства потребляли, это специфический вкус. Я бы назвал его мужским. В других регионах этот вкус не является основополагающим. Там люди предпочитают менее острый и кислый вкус. Менее выраженный, как сливочный соус. Кроме того, для уральцев ЕЖК — это еще и богатая история, а для потребителя, например, на Волге он такой ценности не имеет. Поэтому мы ожидаем, что «Провансаль» останется региональным.

Константин Мельницкий; 66.RU; 66.ru. Видео: sports.ru