От самодельного кабеля к собственной оптике. Как эксперимент в Первоуральске 90-х вырос в телеком-империю
Рынок домашнего интернета в Екатеринбурге — один из самых насыщенных в стране. Здесь работают все федеральные гиганты, десятки региональных игроков и локальные сети. Большинство компаний выбирают путь аренды каналов у магистральных операторов: они ставят оборудование в жилых домах и фокусируются на маркетинге и ценовой конкуренции. Это позволяет быстро масштабироваться без миллиардных вложений в прокладку собственных сетей.
Есть компании, которые работают по другой модели. Они строят свои магистрали, тянут собственную оптику через весь город и даже область, создавая инфраструктуру с нуля. Для них телеком — это не перепродажа трафика, а сложный инженерный проект полного цикла.
«Интерра» — один из таких игроков на Урале, родом из Первоуральска. За 25 лет компания выстроила собственные сети в девяти городах Свердловской области. Подход компании — тотальное покрытие: заходя в новый город или район, «Интерра» стремится подключить каждый дом, независимо от этажности и года постройки. Зайдя в Екатеринбург в 2015 году, компания поэтапно закрыла своими сетями Уралмаш, Эльмаш и Сортировку, а сейчас задумала планомерную экспансию в другие районы.
Выглядит как план. Но начиналось все совсем не с бизнес-плана, а со спонтанной идеи, возникшей в конце 90-х. Тогда у Виталия Листраткина был небольшой компьютерный бизнес: салон продаж и сборочное производство в пятистах метрах от него. Две точки, между которыми нужно было постоянно курсировать с дискетами и бумажками. «Это было непродуктивно», — вспоминает Виталий.
— В то время только начинал появляться интернет на диалап-модемах. Я поставил модем на одной точке, модем на другой — все работало, но очень медленно. Тогда я решил сделать свой канал передачи данных между офисами. Взял обычный силовой кабель 220В — даже не витую пару — и протянул эти 500 метров. Это не должно было работать, но заработало. Этот «колхоз» дал импульс: теоретически, из этого может получиться бизнес.
Домашняя страница города
— И как из этого получился бизнес?
— В 1999 году зарегистрировал домен pervouralsk.ru, начал делать городской портал «Первоуральск-Онлайн». Параллельно расстался с партнером по компьютерному бизнесу — тяжело, на скандале. И меня осенило: раз уж я делаю сайт, нужен и интернет, чтобы люди на него заходили. Пришел к знакомым айтишникам и говорю: «Давайте запустим своего провайдера». Мы знали, как строить сети, умели работать с железом, а куда это приведет — понятия не имели. Но решили рискнуть. Так в 2001-м появилась «Интерра». Кстати, для многих наших первых абонентов этот сайт стал «домашней страницей» в браузере: он открывался первым при каждом выходе в сеть.
— Как вообще выглядел рынок интернета в Первоуральске в 2001 году? С кем вам приходилось конкурировать?
— Рынка как такового не было. Был только «Уралтелеком» — государственная монополия, которая подключала по телефонным линиям и особо не развивалась. А частных провайдеров не существовало вовсе. Первые три года мы людям буквально объясняли, что такое интернет. Многие вообще не понимали, зачем это нужно, и это была нормальная реакция для того времени. Мы были первыми, кто пытался создать спрос с нуля.
Военный кабель и радиолинки через горы
— Вы не ограничились одним только Первоуральском. Как появилась идея идти в Ревду, Дегтярск, Полевской? И главное — как вы технически соединяли эти города, когда своей оптики еще не было?
— Географическая близость сыграла. Ревда — всего 6–7 километров от Первоуральска. Мы поставили релейный тракт на высотке в нашем городе, второй — на заводе в Ревде. Прямая видимость пять километров. Скорости были невысокие, но прокачивало. Так сидели до 2009 года. Потом через Дегтярск, через гору Сухарную, сделали загоризонтный тракт в Полевской. Это был кошмар, но работало. К концу нулевых ни один радиоканал уже не выдерживал нагрузок — нужна была только оптика. А внутри городов мы строили сети на военном кабеле П296. Эти катушки скупали как ненормальные — выгребали из всех военных запасников. На этом кабеле строили до 2007–2008 года. Он был надежнее телефонного и дешевле собственной оптики на старте.
— Почему именно военный кабель? Чем он был лучше обычной «витой пары» или телефонных линий, которые использовал тот же Ростелеком?
— Мы попали в хорошее технологическое окно. Ростелеком подключал людей по ADSL через старый медный телефонный кабель, который постоянно гнил и давал сбои. А П296 — это полевой кабель связи, созданный для армии. Он прочный, устойчивый к помехам и погодным условиям. Для нас, пионеров рынка, это был идеальный компромисс между качеством и ценой.
— Откуда вы брали сам интернет-трафик в те годы? Ведь чтобы дать его абонентам, нужно купить его у кого-то крупного.
— Мы договорились с компанией «Уральские мобильные сети», кабельные коммуникации которых висели на столбах Свердловской железной дороги. Ситуация сложилась интересная: у них была мощная инфраструктура, но не было своих абонентов, поэтому каналы простаивали. Я предложил занять их свободные порты. Нам дали точки доступа в Первоуральске и Качканаре, и на этой базе мы начали строить свою сеть. И первые четыре года мы жили только на этом трафике. А потом, в 2010-м, Ростелеком реорганизовал структуру, выделил корпоративные продажи и сам предложил нам покупать трафик оптом. Так мы и перешли к ним.
Своя оптика вместо аренды
— В какой момент вы решили зайти в Екатеринбург и зачем понадобилось тянуть туда свою оптику?
— Мы зашли в город в 2015 году, купив небольшую сеть на Уралмаше. Но своя оптика появилась гораздо раньше, еще в нулевые. Строили ее не от хорошей жизни, а из-за денег. В то время цены на трафик были кошмарные. Условно, выручка подразделения — 2 миллиона, а половину ты отдаешь магистральному оператору просто за вход. Я понимал: если построить свою линию, входная цена упадет в два раза, а это даст огромный импульс для развития. Мы тянули эти 60 километров два года — и в земле, и по столбам, — это был прямо подвиг. Зато сейчас мы независимы: трафик идет с двух плеч, от Ростелекома и Транстелекома, и мы сами выбираем, где выгоднее.
— А что за история с покупкой сети на Уралмаше?
— В 2015 году к нам обратился владелец небольшой сети на Уралмаше, вдоль улицы Машинстроителей. У него была «кривая» лицензия и кустарная инфраструктура. В то время ужесточился контроль за операторами связи: внедрялась система СОРМ (оперативно-разыскные мероприятия), и у контролирующих органов возникали вопросики к таким операторам. Сумма была небольшой — за два миллиона рублей мы получили абонентскую базу из примерно 1000 физических и юридических лиц и оборудование. Честно говоря, из тех клиентов сохранилось не более 20%. Абоненты разлетелись практически сразу — люди у нас не любят перемен. А сеть мы полностью модернизировали, заменили все. Сейчас от той инфраструктуры не осталось практически ничего. Но нам было необходимо застолбить территорию, пометить точку старта.
Ковровое покрытие
— В чем суть вашего подхода «коврового покрытия»? Почему вы идете в каждый дом, а не выбираете, например, только новые ЖК, где завести сети можно еще на этапе строительства?
— Мы стремимся к тотальному покрытию: не важно, 30-этажная башня это или двухэтажный дом — мы заходим везде. При освоении района сразу прорабатываем проект целиком и заранее выстраиваем отношения с управляющими компаниями. В отличие от многих коллег по рынку, я считаю, что договариваться гораздо эффективнее, чем вступать с ними в конфликты.
— Сколько времени заняло покрытие Уралмаша с таким подходом?
— Уралмаш был самым тяжелым районом — два, кажется, года ушло на него. Еще два – на Сортировку. Екатеринбург сильно отличается от региональных городов: здесь все гораздо серьезнее, каждый шаг требует долгих согласований и выстраивания отношений с управляющими компаниями.
— Как выглядит процесс выстраивания этих отношений? Это легальный бизнес или все еще «серая» зона?
— Де-юре, согласно последним новациям законодательства, УК не может отказать оператору связи в присутствии на жилом фонде. Но де-факто каждая управляющая компания рассматривает контрагента как источник поступления денег. Мы участвуем в расходах на содержание: электроэнергия, размещение оборудования. Все официально, оформлено на бумаге, закреплено договорами.
— За что конкретно вы платите УК?
— За электроэнергию — по счетчику. За размещение оборудования. За аренду любого пространства — когда кабель проходит через офисное здание и где-то там висит наш коммуникационный шкафчик, — мы платим за это. Таких мелких договоров набирается от одной до пяти тысяч на один район.
— Заходите ли вы в новостройки на этапе проектирования?
— К сожалению, работа на этапе проектирования — не наша сильная сторона. Это скорее конек Ростелекома в силу его административного веса. Мы пытаемся, и иногда получается закладываться в проекты, но чаще нет. Мы появляемся скорее вторым эшелоном. Конечно, хотелось бы приходить первыми — кто заходит первым, тот получает наибольшую долю абонентов. Но что имеем, то имеем.
Не перепродавать, а строить свое
— Вы говорите, что ничего не арендуете, а строите все свое. Почему вы считаете такую модель более устойчивой чем аренда каналов, которая позволяет быстро масштабироваться с минимальными затратами?
— Смысл в независимости и контроле над ценой. Когда ты арендуешь, ты зависишь от чужих тарифов и чужих аварий. А когда у тебя своя оптика, ты сам решаешь, куда идти дальше. Да, это дорого. Но именно это позволяет нам не просто перепродавать трафик, а строить качественную сеть. Мы эксплуатируем только свое хозяйство. Наши амбиции распространяются не только на три района Екатеринбурга, а в перспективе на весь город. Не факт, что получится к концу жизни все закрыть сетями, но тренд и стремление есть.
