«Услышал порцию мата и совет ездить на такси». Что не так с частными перевозчиками
«Своих не бросаем. Бросаем. Еще как…»
Как постоянный пассажир общественного транспорта Екатеринбурга, я свидетельствую, что услуги по перевозке пассажиров на маршруте № 81 оказываются из рук вон плохо. Это очень протяженный маршрут, он связывает «Пионерский поселок» с центром города, автовокзалом и юго-западным районом. Нельзя сказать, что микрорайон Пионерский — это периферия города. Здесь много современной застройки, его жители в целом при деле, как правило, это люди не бедные и уж точно не маргиналы. Здесь очень много молодых семей, немало престижных школ. Если бы любой депутат городской думы проехал в автобусе маршрута № 81, он бы увидел, что типичные пассажиры внешне ничем не отличаются от него самого. Люди спешат на работу, по делам, студенты и школьники едут учиться. Однако каждый раз, особенно в час пик, им приходится фактически штурмовать каждый автобус. Особенно на остановке с интеллигентным названием «Библиотека имени Крапивина». Поэтому автобус № 81 при мне не единожды попросту проезжал эту остановку и ожидающих на ней горожан. Только и мелькнут мимо закрытые двери с горделивой надписью «Своих не бросаем». Бросаем. Еще как…
Кстати, к вопросу о «своих». Пионерский поселок — это вотчина председателя городской думы Анны Гурарий. По злой иронии судьбы, накануне последних выборов в гордуму частный пассажирский автобус № 81 врезался в столб на улице Советской. Но никого из кандидатов это тогда не всколыхнуло. Выборы закончились, фанфары отгремели, и избиратели остались один на один с проблемой — выбраться на работу в центр города или юго-западную часть, а вечером вернуться домой. Не хватает не только автобусов на маршруте, но и сами по себе они скорее рассчитаны вместительностью на сельскую местность, чем на город-миллионник.
«Исконный русский язык они успели освоить»
После объявленной мэром реформы общественного транспорта система оплаты услуг частных перевозчиков изменилась. Теперь им платят не за пассажиров, а за пройденный километраж. Я не видел контракты, которые город заключил с частными перевозчиками, и не знаю, кто конкретно должен контролировать их исполнение, чтобы не было перекосов. Но то, что водители частных маршрутов стали ездить значительно быстрее, подрезая другие машины, для меня, как пассажира, очевидно. Отдельная тема — тормоза. Иногда кажется, что эти водители нарочно издеваются над пассажирами, то дергая ручку сцепления, то нажимая педаль тормоза.
Пассажиры порой ударяются о поручни, о впереди стоящие кресла, друг о друга. На возмущения отдельных граждан ни разу ни от одного водителя при мне не прозвучало «извините». Да и странно было бы на это рассчитывать, тогда как почти все водители маршрута № 81 — выходцы из Средней Азии и плохо говорят по-русски. Впрочем, исконный русский язык они успели освоить. Однажды я сделал замечание водителю маршрута № 81 за то, что он начал движение от остановки с открытыми дверями (да, они не закрывались, потому что у дверей гроздьями висели люди), на что услышал порцию мата и стандартный совет ездить на такси.
Вообще, вопросы безопасности частного общественного транспорта давно требуют хоть какого-то внимания со стороны ответственных лиц городской власти. Стало общим правилом не только открывать и закрывать двери автобуса в процессе движения от/к остановке, но и парковаться параллельно с другим, ранее прибывшим автобусом, фактически — на проезжей части, создавая угрозу для жизни выходящих пассажиров (то, что такой автобус не виден ожидающим на остановке, — совсем уж «мелочи»). Почти всегда водители разговаривают по телефону. Многие делают это при помощи гарнитуры, но бывает и без нее. Пример такого звонка в процессе вождения — в прилагаемом видео. Запись сделана 14 апреля 2026 года в автобусе маршрута № 81, госномер: км 750. Здесь только часть разговора водителя за рулем во время движения, а продолжался он всю поездку от остановки «Уральская» до «Ювелирной», то есть около часа.
«Номер телефона указан в каждом автобусе и по нему невозможно дозвониться»
Но бывают и более вопиющие случаи. Три года назад юный журналист Максим Аксенов обнаружил, что значительная часть спидометров в автобусах частных перевозчиков неисправна. «Лежащие» стрелки мог увидеть любой пассажир, но только Максим стал обращать на это внимание, фиксировать случаи и проводить журналистское расследование. Интересный ответ он получил от главы департамента транспорта мэрии Игоря Ошепкова. Тот написал в ответ на запрос журналиста, что департамент не отвечает за обеспечение безопасности общественного транспорта. (Отметим и странную реакцию пассажиров: когда юный корреспондент обратил внимание водителя на неисправный спидометр и просил комментарий, те стали возмущаться: «Едет и пусть едет, мы почти час ждали этот автобус в мороз на остановке — ты теперь хочешь, чтоб он высадил нас и поехал спидометр ремонтировать?»).
Что ж, наверное, Игорь Ощепков по-своему прав. Ему, как выходцу из системы ГАИ, виднее, кто и за что отвечает на дороге. На мой взгляд, система работы общественного транспорта со всеми ее нюансами, включая вопросы безопасности, относится к большому количеству подразделений мэрии и комитетов городской думы. Оставим в стороне департамент транспорта, чей номер телефона указан в каждом автобусе и по которому никогда невозможно дозвониться.
Но разве службы, ответственные за туризм и имидж города и ее власти, должны стоять в стороне? Разве не относится общественный транспорт, на котором невозможно нормально доехать на экзамен в институт или на урок в школу, к интересам департамента молодежной политики и управления образования (не здесь ли кроется растущий спрос молодых людей на услуги кикшеринга, с которыми отдельные представители власти пытаются бороться)? Разве рост карманных краж в битком набитых автобусах — это не предмет внимания департамента административных органов? Разве ежедневные словесные перепалки коренных екатеринбуржцев с водителями-мигрантами не требуют особого совещания у тех, кто отвечает в городе за межнациональные отношения? Наконец, регулярные опоздания екатеринбуржцев на работу, испорченное настроение, а также испытания, которые дарит им система общественного транспорта после трудового дня, никак не связаны с производительностью труда, качеством работы и отдыха и будущими налоговыми поступлениями? Что скажете, сотрудники департамента экономики мэрии? К слову, о том, что плохая работа общественного транспорта напрямую связана с выполнением на заводах Екатеринбурга государственного оборонного заказа, прозрачно намекнул в свое время, представляя на пресс-конференции в ТАСС транспортную реформу, глава Екатеринбурга Алексей Орлов.
Выходит, интерес к вопросам эффективности и качества услуг системы общественного транспорта столицы Урала всеобщий. Так почему же не задать вопросы, которые помогут разобраться в проблеме на системном уровне? Как так получается, что столь лакомый маршрут, как № 81, достался частной компании, и она зарабатывает на нем прибыль, а не городской бюджет? Почему власть больше волнует внешний вид остановочных комплексов, а не тех грязных и ржавых частных автобусов, которые к ним подъезжают? Наконец, почему расходы на помощь пострадавшим в страшной аварии должны нести только налогоплательщики, пополняющие городскую казну? Почему целевым образом не отправить на те же цели квартальные и полугодовые премии по крайней мере «профильных» сотрудников городской администрации? А заодно и обязать их либо тех новых, кто придет им на смену (давно назревшую смену, будем честны), хотя бы раз в месяц приезжать на работу не в служебных и собственных автомобилях, а на общественном транспорте, как это делает большая часть горожан.
