Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Татьяна Деменок: «Цена жилья растет, пока не вмешивается власть»

14 декабря 2011, 09:38
интервью
Генеральный директор Группы компаний «Центр недвижимости «Северная Казна», председатель совета УПН рассказала Порталу 66.ru, какими она видит перспективы рынка недвижимости 2012 года.

А также назвала события, которые повлияли на него в 2011-м.

Мы планировали только часть интервью посвятить тому, какие события, по мнению нашего эксперта, повлияли на рынок недвижимости в этом году. Вышло иначе — только об этом мы и говорили. Потому что любой новый вопрос так или иначе касался либо того, что произошло в 2011 году, либо того, к чему надо стремиться в 2012-м.

— Давайте я начну с того, что мне ближе. С моей точки зрения, важно то, что в этом году стали решаться вопросы обманутых дольщиков. Эта тема просто красной линией проходит по всему году.

В этом вопросе все определяет степень ответственности государства. Кто контролирует объекты строительства? Государство. Кто выдает разрешение на строительство? Государство. Кто контролирует процесс строительства и договоры, которые заключает застройщик с гражданами? Государство.

Так вот тема обманутых дольщиков — это краеугольный камень, который показывает, насколько государство сегодня отвечает за свои решения. И позитивные сдвиги в этой области — это самое первое, что стоит отметить.

— Сейчас в бизнес-сообществе и даже на уровне правительства появляется информация о создании государственно-частного партнерства. Поможет ли оно разрешить ситуацию обманутых дольщиков?

— С моей точки зрения, это очень важная тема. Работать над ошибками друг друга власть и бизнес могут только сообща. И речь здесь не о коррупции. Бизнес понимает, где можно эффективно инвестировать. Но без власти легитимно иногда не все получается. Так что она обязательно должна присутствовать. Это первое.

Второе. Власть понимает, что у бизнеса есть потребность постоянно развиваться. И он всегда будет искать новые ниши, где можно извлечь прибыль, создавать какие-то новации или использовать «хорошо забытое старое». И нужно этому всему способствовать. Потому что тут и рабочие места, и новые технологии, и в целом развитие общества.

Получается, в выигрыше каждая сторона: бизнес получает прибыль, власть зарабатывает себе очки.

— А если уйти от вот этих общих фраз — что будет представлять собой такое партнерство?
— Пожалуйста! Что надо сделать, чтобы не было проблемы обманутых дольщиков? Наверное, у власти должна быть достоверная информация о себестоимости, о том, из чего она складывается, о тех затратах, которые несет застройщик. Только тогда власть сможет влиять на застройщика, чтобы он не раздувал цены, как это было у нас в 2006 году.

— А почему такая ситуация сложилась в 2006-м? Власть не контролировала бизнес?
— Да, кто как хотел, тот так и тратил деньги. Государство не контролировало процесс. Вроде все надзорные органы есть, а по факту все идет само собой. Застройщики были слишком уверены в себе и в завтрашнем дне.

А государство могло бы оказывать более серьезную помощь. Например, тем застройщикам, объекты которых востребованы на рынке в первую очередь. Для нашего города в этом плане очень злободневна тема расселения аварийного и ветхого жилья. У нас его очень много. Но не все признается ветхим и аварийным. Почему? Потому что застройщик может не справиться с такой финансовой нагрузкой.

— Подождите, но ведь не застройщик признает или не признает жилье аварийным!
— Абсолютно верно. Таковым его признает город, администрация, и на то есть определенная процедура. Но город должен четко понимать, что этот застройщик справится с отселением. А если нет этого понимания, то как может городская власть признавать тот или иной район ветхим или аварийным? Конечно, она будет эту процедуру максимально оттягивать. Потому что если застройщик не справится, людей придется отселять на бюджетные деньги. А в бюджете на это денег может и не быть.

— И как такое партнерство поможет решить проблему?
— Власть будет понимать, справится ли застройщик с отселением жильцов, и будет помогать ему в этом. Жильцы ведь скорее прислушаются к власти, чем к бизнесмену. Яркий пример: когда мы отселяли с Белинского, 61, за 1/64 доли нам пришлось купить две однокомнатные квартиры и две двухкомнатные. И такая ситуация сплошь и рядом.

Представителю власти, наверное, сподручнее как-то регулировать отношения между застройщиком и отселенцем. К нему прислушаются быстрее. Граждане и сами во всех сложных ситуациях жалуются власти, а не бизнесу.

А пока ни о каком доступном жилье говорить не приходится, поскольку затраты при отселении неизбежно потом включаются в себестоимость строящегося жилья — наряду с подключением к сетям и прочими немаленькими расходами. И у застройщика, кстати, нет понимания, что деньги, которые он платит монополистам за подключение к сетям, идут по назначению. А уж монополисты выкручивают из нас по максимуму.

— Каким образом?
— Смотрите. Застройщик платит три раза: он должен вынести сети с площадки, построить новые сети и еще заплатить за подключение. Все это деньги, которые мы безвозмездно отдаем монополисту. Это справедливо?

Когда мы выходим на площадку, монополисты выдают техусловия, в которых прописано, что вот эти сети не справятся с нагрузками, которые даст новый дом. И согласно техусловиям, сети подлежат замене. Естественно, все затраты мы перекладываем на квадратные метры, которые потом реализуем. Неизбежно закладывая еще и какую-то рентабельность, иначе мы работать не сможем.

— А вообще — рынок, наконец, ожил после кризиса?
— Он сдвинулся с мертвой точки. Возобновились многие замороженные стройки, поднялся риелторский рынок. Проводятся земельные аукционы, стали проявляться новые площадки.

Мы, например, возобновили строительство на улице Сыромолотова, где предыдущий застройщик оставил 11 обманутых дольщиков. Мы вышли на площадку в апреле, когда там был только котлован. Сегодня там уже стоит 16 этажей, а в следующем году мы закончим, и дольщики получат свои квартиры.

— А раз рынок ожил, значит, цены будут расти и дальше?
— Да. Причем на первичном рынке — существенно.

— С чем это связано?
— Все-таки у нас недостаточно объектов. К тому же, по-моему, слишком велик перекос в сторону малоэтажного строительства. Мне кажется, далеко не все граждане готовы уходить в этот сектор. Мы не приучены вести собственное хозяйство, жить в собственном доме. Это психологический фактор, я считаю, что к этому надо приходить более постепенно.

Сначала надо создать условия. Где дороги? Где сети? Где социальная инфраструктура? Сегодня много поселков, которые либо удалены от городской черты, либо туда неудобно добираться. А детские сады, школьные заведения, больницы, аптеки? Все это развито далеко не так, как хотелось бы.

— Пока у нас активнее всего из инфраструктуры, пожалуй, развивается метро.
— Кстати, вот это должно здорово повлиять на рынок! Открытие станции «Ботаническая» и особенно проектирование новой ветки. В районе ВИЗ — Правобережный очень много земли под строительство. Я живу в том районе и хорошо это знаю. Там много частного сектора, и можно очень хорошо развернуться в этом направлении. Но пока новой ветки метро нет, в районе гигантские пробки. Сама в них стою, если только не выезжаю в 7:15.

— Открытие «Высоцкого» как-то встряхнуло рынок?
— Да, это здорово, что его достроили. И мне очень приятно, что он получил такое название. Честь и хвала Андрею Гавриловскому. Я уважаю людей, которые не сдаются перед препятствиями и преградами, которые возникают на их пути. Я сама такой человек — стараюсь последовательно идти к намеченной цели вместе со своей командой. И я думаю, что Гавриловский победил только потому, что у него тоже есть своя команда единомышленников.

Внутренний фотобанк компании