Минюст нашел иностранное финансирование только у 4% иноагентов
Речь идет о тех, кто стал иноагентом в 2025 году, уточнил заместитель министра юстиции Олег Свириденко на заседании комиссии Совета Федерации по защите госсуверенитета.
«Сохраняется тенденция на снижение иностранного финансирования», — заявил замминистра. Он напомнил сенаторам, что до 2022 года основным признаком для включения в реестр иноагентов были зарубежные деньги. Свириденко поблагодарил парламентариев за то, что они добавили в закон пункт об «иных формах влияния».
«Если бы сейчас такой признак остался, то это было бы всего 4% иноагентов. Представляете, да? Где гуляли бы все остальные? А мы бы искали с Росфинмониторингом эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы», — сказал Свириденко.
По словам замминистра, российские власти не придумывали норму об «иных формах влияния», а «отзеркалили» ее из американского закона о регистрации иностранных агентов (FARA). «Если у американцев и в Европе этот признак существует, почему его не должно быть у нас?» — сказал Свириденко.
- С 2012 года, когда в России создали реестр иноагентов, туда внесли сведения более чем о 1,2 тыс. человек и организаций. На 29 мая в стране было 962 действующих иноагента. В 2025 году этот статус получили 215 субъектов, из них 182 — физлица.
