С запуском транспортной реформы поменялась система сбора денег за проезд. Крики «Передайте деньги!» от нервных водителей прекратились, потому что перевозчикам теперь глубоко безразлично, кто и сколько платит за поездку.
Компании получают оплату только за выполненную работу в километрах, а деньги с пассажиров собирает мэрия. Они идут на функционирование общественного транспорта: обновление подвижного состава, зарплаты водителям и всему персоналу, который содержит этот состав, оплату контрактов с перевозчиками.
Траты на эти статьи выросли колоссально: если в 2023 году в бюджете закладывали на общественный транспорт 1,3 млрд рублей, то в 2026 году сумма увеличилась до 16 млрд. Руководство города не планирует, что все эти траты покроют пассажиры. Чтобы расходы окупились, надо совершить около 381 млн поездок. Сейчас пассажиропоток примерно на 100 млн меньше.
Около 15% пассажиров ездят «зайцами». Чтобы сократить их число, в Екатеринбурге подняли штраф — со 100 рублей до 2,5 тыс.
Публично руководители города говорят, что особых проблем с «зайцами» нет. Но у кабинетов горадминистрации, где выписывают штрафы безбилетникам, сотрудники мэрии рассуждают немного иначе.
«Вот если ты выходишь из магазина, не оплатив хлеб — это кража. Почему ты выходишь из транспорта, не оплатив поездку? Пассажиры жалуются на старые автобусы-трамваи, на нехватку водителей, потому что у них маленькая зарплата. При этом сами же отказываются платить за проезд. А это — недополученные средства. И даже несмотря на это нам удается проводить транспортную реформу. Возможно, она шла бы быстрее, если бы все вели себя добросовестнее», — говорит собеседник 66.RU.
Протоколы составляют раз в неделю. Сегодня планируют выписать 140 штук. Все пойманные безбилетники собрались у двух кабинетов. Сначала кажется, что это огромная группа студентов, которых привели на экскурсию в мэрию. Но нет, все они стоят в очереди за протоколами. Среди молодых лиц удается найти только четырех человек, которые явно старше 30 лет.
| |
|---|
В кабинете за столом сидит представитель департамента транспорта и помощница. Напротив — молодая девушка лет 18, которую поймали на бесплатной поездке в трамвае. Наказание — долгий и муторный процесс. Сейчас на нее составляют протокол. Потом его отправят в суд. Когда назначат слушание, пассажирке придет повестка. На заседании вынесут решение — штрафовать ее или нет, если у нее были объективные причины не платить за проезд. Да, такие, оказывается, бывают. Например, сломались валидаторы или пропал кондуктор.
Девушка внимательно слушает объяснение про повестку и расспрашивает сотрудника про очереди в суде.
— А что будет, если я не приду в суд?
— Решение вынесут без вас. Вы не сможете изложить суду свою позицию, — объясняет чиновник.
— А, ну то есть за то, что я не приду, не накажут? Только штраф выпишут?
— Ну да, — отвечает он.
— Нафиг тогда туда мне идти? Штраф ведь мне все равно как-то придет?
— Конечно.
После заполнения всех бумаг она выходит.
В кабинет заходит молодой человек, и процедура повторяется. Ему надо проверить данные и написать объяснение, почему он не оплатил проезд. Через минуту предыдущая девушка возвращается.
— Ой, а я квартиру неправильную вам назвала. Я сказала «50», а у меня «11». Исправьте, пожалуйста.
Сотрудники быстро исправляют данные и возвращают новый протокол. Парень, который все это время сидел, уткнувшись в бумагу, говорит ей:
— А напиши за меня объяснение.
Оказывается, они пара, и их поймали вместе. На выходе я ловлю безбилетницу и расспрашиваю, почему она не хочет идти в суд.
— А зачем эти оправдания? Да, я реально не заплатила за проезд. Я же не отказываюсь от этой ответственности. Просто зачем туда ехать, тратить на это время?
| |
|---|
Она говорит, что это первый раз, когда решила не платить. В тот день они поехали с парнем погулять. Он же на выходе сказал, что они добирались до автостанции, собирались в другой город. Кому верить — не знаю.
В холле останавливаю еще одну студентку. Ей 18 лет. Пришла с подругой.
— Вас тоже вдвоем поймали?
— Не, это моя группа поддержки, — говорит девушка. Она представилась Светой.
— Я оплачиваю. У меня проездной есть, — объясняет подруга.
Я интересуюсь, почему Света оказалась в такой ситуации. Она сбивчиво объясняет, что пыталась дважды оплатить, но что-то не получилось. То ли карта не работала, то ли терминал. А так, она обычно ездит на такси.
Безбилетники старше студенческого возраста отказываются говорить. Кто-то прячется от меня за молодежью, кто-то явно не в духе и всем своим видом показывает, что к нему лучше не подходить.
Я ловлю молодого парня. Александр говорит, что в тот день просто оставил карты дома. А по-другому оплатить не получилось.
— Вот как мы должны оплачивать проезд в этих толкучках? Там же постоянно люди, не протолкнуться. Даже телефон из кармана не достать, не говоря уже о том, чтобы до QR-кодов дотянуться, — довольно эмоционально объясняет он и утыкается в телефон.
Начальник отдела организации транспортного обслуживания Артем Ахияров, который проводит комиссию, рассказывает, что обычно такие встречи проходят спокойно. Молодые люди не агрессируют и адекватно воспринимают наказание.
Штрафовать безбилетников начали с марта. В суд ушли уже больше 500 протоколов. Решений по ним еще нет, поэтому назвать взысканную сумму пока не могут. Деньги от штрафов тоже пойдут в бюджет города.
Цели беспощадно штрафовать всех и зарабатывать на безбилетниках нет, говорят в кулуарах сотрудники. Хотя это было бы выгоднее, чем продавать проездные: они стоят 1,5 тыс. рублей, а для студентов вообще 1,2 тыс. При этом штраф такой же, как для всех — 2,5 тыс.