Забытые герои. В Екатеринбурге осыпаются и ржавеют могилы солдат Великой Отечественной войны
В годы войны Свердловск был не только местом сосредоточения промышленной мощи Советского Союза, но и пунктом для лечения и реабилитации раненных на фронтах. В городе организовали 49 госпиталей в 36 зданиях: конторах, домах отдыха, гостиницах, школах и техникумах.
На Урал попадали самые тяжелые пациенты, чье восстановление требовало усердной работы хирургов и длительного ухода. Свердловским медикам удалось вылечить, реабилитировать и вернуть в строй свыше половины поступивших бойцов — невероятный показатель мастерства врачей.
Михаил Росляков
Ежегодно гвардии полковник Росляков со студентами наводят минимальный порядок на тропинках соответствующей секции. Обычно такие акции Росляков приурочивает ко Дню Победы и урокам мужества. Усилий энтузиастов не хватает: металлические мемориальные знаки и оградки проржавели, а фамилии, указанные на них, практически нечитаемы.
Восстанавливать могилы силами одних лишь добровольцев-студентов фактически невозможно. Достойная реставрация захоронения одного бойца стоит порядка 250 тыс. рублей — столько в прошлом году местный жертвователь вложил в восстановление могилы гвардии сержанта Константина Мизина.
«Многие хотят помочь, но возможностей очень мало. В прошлом году пригласили на открытие могилы — нашелся спонсор, который все сделал за свой счет. Нашел деньги, поднял могилу, восстановил, сделал надгробие. Мы посадили цветы, окультурили немножко», — рассказывает Росляков.
Внимания и средств меценатов хватает не всем. Под землю уходят не только могилы рядовых бойцов — в прах рассыпаются захоронения Героев Советского Союза, кавалеров орденов Славы и Красного Знамени.
«В Бессмертный полк — все ходят. А могилу прадеда покажете?»
«Ишмухаметов — Герой Советского Союза из Уральского добровольческого танкового корпуса. Валялся, как бомж! Железная, ржавая пирамидка — до 13 года. Афанасьев на Восточном кладбище… Таких, поверьте мне, очень много. О чем мы говорим, если у нас Герой Советского Союза валяется? Меня это шокирует. В Бессмертный полк — все ходят. А могилу прадеда покажете?» — говорит историк Николай Неуймин.
В 1993 году, указывает Неуймин, Минобороны взяло на себя обязательства устанавливать памятники ветеранам Вооруженных сил и участникам Великой Отечественной. Обратной силы этот закон не имеет. Поэтому ветераны, умершие с 1945 по 1993 год, соответствующих почестей лишены.
«Герой Советского Союза, умер, например, в 1953-м, как Ишмухаметов, — значит, не повезло. Будет лежать в ржавой могиле. И Бессмертный полк пройдет мимо с портретами, не понимая, куда идет», — говорит Неуймин.
С просьбами поспособствовать реставрации могил хотя бы на Михайловском кладбище к властям на разном уровне обращался Михаил Росляков. Чиновники то ссылались на проблемы с необходимыми документами, то жаловались на невозможность найти источники финансирования.
Депутатов тема также не заинтересовала. По словам Рослякова, с разнообразными инициативами по теме в ходе предвыборных кампаний выступали кандидаты и в гордуму, и в ЗакСо. По окончании выборов тема из повестки традиционно исчезает.
«От меня уже шарахаются. «Куда ты лезешь? Тебе оно надо?» А как не надо? Как воспитывать молодых людей? Только на таких примерах. Никуда ехать не нужно: работай, трудись, восстанавливай. Уроки мужества можно проводить, другие мероприятия. Целую школу можно построить. Я хочу возглавить это движение, хочу студентов нацеливать на это. Но уже руки опускаются», — говорит Росляков.
Структуры, ориентированной на поиск и идентификацию ветхих захоронений, сегодня не существует. Оцифровка данных о могилах проводится механически — данные в систему буквально переписывают с надгробий. Информация на многих уже стерлась, да и изначально могла быть неполной.
«Вы проходите мимо, а тут, оказывается, Герой Советского Союза»
«Многие герои похоронены скромно — «фамилия, имя, отчество». Совершенно непонятно, кто это такой и воевал ли вообще. Только по году рождения можно предположить. Я таких находил. Например, Рыбаков — фотография в гражданском пиджачке, ордена — три степени Славы (гораздо реже, чем герой СССР), они срезаны. И табличка: написано Рыбаков Валентин Владимирович. И все. Вы проходите мимо, а тут, оказывается, Герой Советского Союза. Фотографии или нет, или она срезана. И это не единичный случай», — отмечает Николай Неуймин.
Из-за подобной коллизии фактически пропала могила полного кавалера ордена Славы Виктора Першакова. В 1973 году Першакова похоронили на Широкореченском кладбище. Николай Неуймин сумел установить участок захоронения (восьмой), но самой могилы уже не найти.
Обстановка с могилами ветераном на Широкореченском кладбище — та же, что на Михайловском: металлические пирамидки ржавеют и рассыпаются, звезды, венчающие их, обваливаются и лежат рядом. Самая же известная заросшая «аллея героев» в Екатеринбурге — на Уктусе. По неподтвержденным данным, там прямо на месте забытых могил построили жилой дом.
«На кладбищах находятся герои, чей подвиг подтвержден документами. Сейчас идите на кладбище, возьмите ржавую могилку с какими-то наградами, проверьте, посмотрите. Не исключено, что вы найдете героя СССР или кавалера ордена Александра Невского. Но государство, к сожалению, на это не обращает внимания. А время не ждет. Таблички отваливаются. Я вам сказал про Першакова — человек просто исчез. Других примеров масса», — говорит Неуймин.
Прямая связь с предками стабильно пресекается на втором поколении, отмечает Неуймин. За могилой умершего отца ухаживают дети. За могилой деда — внуки. На могилу прадеда, даже если тот был героем войны, правнуки практически не заходят.
Таким образом, «нормальный» цикл существования захоронения продолжается около 70 лет. После могилы осыпаются и забываются. Рассчитывать на иной исход без системной поддержки, увы, не приходится.
«Эти люди имеют ценность, и государство должно взять на себя обязательства ставить им памятники не хуже, чем [установлены] какому-нибудь Хабарову или Цыганову. Чтобы даже через 500 лет памятник как бы «сказал» о том, кто тут похоронен. Это настоящая работа», — резюмирует Неуймин.
