Вымирающие троллейбусы. [Как маршрутки душат самый экологичный вид общественного транспорта в Екатеринбурге]

В депо на Щорса мы приехали на полчаса раньше. Неторопливо заходим с фотографом Костей и оглядываемся. За бетонным забором ничего особенного: высокие ангары-гаражи, большие площадки для парковки. Но поднимаю голову и не могу отделаться от странного чувства — кажется, что сверху на нас накинули рыболовную сеть — все небо исчерчено линиями проводов.

В Октябрьском депо ночуют 125 троллейбусов. На небольшой территории их выстраивают в особом порядке — в соответствии с расписанием на завтра. А перед этим тщательно моют кузов и проводят уборку в салоне. Раз в неделю машины встают на техобслуживание, чтобы бригада за полтора часа проверила всё: фары, колеса, зеркала, токоприемник (рога)…

Чтобы сесть за руль троллейбуса, нужно пройти специальное обучение. Главная трудность водителей в том, что им приходится следить за двумя дорогами: снизу — за подрезающими машинами, а сверху — за проводами. Кроме того, водители по зеркалам следят, чтобы машина не отклонялась от провода более 4 м — иначе обрыв (или в лучшем случае отцепится токоприемник). Вдобавок нужно еще правильно проходить стрелки, чтобы не поджечь и не оплавить провод.

 — В День города разные умники любят на крыше кататься. Не понимают, что провод не имеет изоляции и находится под напряжением 600 вольт — это опасно для жизни. Если заденут случайно, то без руки останутся точно! — Олег указывает на лестницу, которая ведет на крышу троллейбуса.

 — Мы напрямую зависим от того, сколько пассажиров перевезем. Основной поток людей уходит в метро и на маршрутки. А нам остается возить воздух. Администрация не спрашивает нас, когда разрешает коммерсантам дублировать наши маршруты. Так что мы выполняем в основном социальную роль — тянем на себе всех льготников, которых никто не хочет перевозить.

 — Может случиться так, что троллейбусы исчезнут из Екатеринбурга?

 — Нет, не будет такого. Город тогда задохнется. Троллейбус — это же экологически чистый транспорт.

Много десятилетий в России делали троллейбусы только на заводе в Энгельсе. Теперь же монополии нет, и их изготавливают повсюду. Олегу Кошкину особенно полюбились троллейбусы с уфимского завода:

 — Там делали конфетку: и низкий пол, и мягкие сиденья, и кондиционер у водителя… Чего там только не было! И ГЛОНАСС стоял, и троллейбус на аккумуляторе мог около километра проехать. Но сейчас, к сожалению, завод находится в стадии банкротства.

 — Вы говорите, что пассажиров стало мало. Но вечером, как ни зайдешь в троллейбус — слышишь: «До Щорса». Получается, что люди и хотят поехать, да не могут.

 — Да, мы уменьшили транспортную работу. Это связано с тем, что закрылись заводы и пассажиров стало значительно меньше. Изначально мы возили людей, которые работали на больших предприятиях, в том числе и во вторую смену. Вспомните девятый маршрут, где раньше была большая промзона. А сейчас табачная фабрика исчезла, шинный завод стоит. Кого там возить? Жилой массив не хочет ждать нас и обходится быстрыми маршрутками, зачастую подвергая свою жизнь опасности. А коммерсанты копеечку свою очень хорошо считают и в ранние или поздние часы никуда не поедут.

Сейчас, к сожалению, разговоры идут только о сокращении. А я бы очень хотел, чтобы троллейбус выглядел современно и чтобы любой горожанин желал прокатиться на этом красивом, экологически чистом, бесшумном и комфортном транспорте.