Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Система пыток и унижений: заключенные рассказывают о порядках и законах исправительной колонии Екатеринбурга

31 января 2017, 10:10
расследование
Система пыток и унижений: заключенные рассказывают о порядках и законах исправительной колонии Екатеринбурга
Фото: архив 66.ru
Верх-Исетский суд Екатеринбурга сегодня, 31 января, огласит приговор четырем так называемым активистам печально известной екатеринбургской исправительной колонии №2. По материалам следствия, обвиняемые забили насмерть заключенного Антона Штерна, вымогая у него пять тысяч рублей. По ходу расследования обвиняемые и многочисленные свидетели поведали следователям о существовавшей в ИК-2 системе, при которой сотрудники администрации колонии переложили свои обязанности на активистов, что и привело к трагедии Штерна и других. Адвокаты обвиняемых с сожалением отмечают: «Представители администрации колонии избежали наказания».

Приговор обвиняемым в убийстве Штерна выносят спустя два года после преступления. В ночь на 11 января 2015 г. Антона забили насмерть в туалете отряда. В справке о смерти значится, что причиной летального исхода стали «сочетанная травма туловища» и «контакт с тупым предметом». Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту непредумышленного убийства и вымогательства.

Следствие по этому делу шло полтора года. В итоге в июле 2016-го на скамье подсудимых Верх-Исетского суда Екатеринбурга оказались четверо зэков ИК-2 — так называемых активистов — сотрудничающих с администрацией учреждения: Мамонтов, Бессонов, Агамалиев и Садов. По мнению следствия, активисты колонии «переусердствовали» в избиении Штерна, вымогая у него ежемесячную дань (5 тыс. руб.).

Александр Шульга, старший помощник руководителя СУ СК по Свердловской области:

— Несмотря на то что обвиняемые пытались вывести следствие на ложный путь, органам СКР удалось не только детально восстановить объективную картину произошедшего, но и установить всех соучастников указанных преступлений. Общий объем материалов уголовного дела составил 17 томов. И несмотря на отрицание соучастниками своей причастности к преступлениям, следствием собрана достаточная доказательственная база. Необходимо напомнить, что за совершение наиболее тяжкого из указанных составов преступлений сообщникам грозит вплоть до 15 лет лишения свободы.

Трое из подсудимых обвиняются в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, совершённым группой лиц и повлекшим по неосторожности смерть потерпевшего; двое — в вымогательстве.

Светлана Ладанова, мать погибшего:

— Я уверена, его убили из-за вымогательства. Он просил у нас денег. Мы ему выслали 15 тысяч. А в конце года (2014 г.) он стал просить, чтобы отец переписал на него квартиру.

Несмотря на то что обвиняемые не признают себя виновными и их версии произошедшего отличаются друг от друга, они принципиально сходятся в одном: в колонии существовала жесткая система, при которой администрация наделила активистов полномочиями для наведения порядка и решения неудобных вопросов.

Из показаний свидетеля — заключенного, содержавшегося в ИК-2:

— Это был отряд 2.1. Мамонтов был завхозом отряда. Ему безоговорочно подчинялись другие активисты. Правой рукой Мамонтова был Заяц. Через него он давал поручения другим активистам. Иногда Мамонтов давал поручения лично. Следующим активистом был Бессонов. Его задача состояла в том, чтобы вымогать денежные средства с осужденных. Это называлось гуманитарной помощью. Мне известно, что Егоров совместно с Мамонтовым и Бессоновым вымогали денежные средства со Штерна. Штерн мне об этом рассказывал. Он говорил, что Бессонов и Мамонтов разговаривали с ним, угрожали, что если он не заплатит определенную сумму, то Штерна будут избивать, унижать, он будет плохо жить на отряде.

О том, как активисты Ик-2 устраивают плохую жизнь на отряде, Портал 66.ru ранее уже подробно сообщал.

Мамонтов не отрицает, что дал поручение «наказать» Штерна. Но по словам бывшего завхоза отряда, соответствующее распоряжение поступило ему от сотрудников оперотдела колонии. Там якобы были недовольны уборкой в кабинетах, которую проводила группа зэков, а особое недовольство вызвал Штерн. Поэтому по возвращении этой группы от завхоза потребовали отправить зэков мыть весь отряд, а Антона «наказать».

— Если бы не я, то потом меня, — объяснял Мамонтов. По его словам, существующая система не прощала ошибок и вольностей, в том числе допущенных активистами. По словам экс-завхоза, ему самому за провинности приходилось стоять 12 часов «на растяжке» в оперотделе колонии. Мамонтов рассказывает, что приказал надеть на Штерна пять фуфаек и после этого «наказать».

Егор Мамонтов, обвиняемый:

— В таких (летальных, — прим. ред.) последствиях заинтересован никто не был. Ни я, ни оперотдел. Была заинтересованность просто напугать его, чтобы он делал то, что ему говорят. Его даже одели, чтобы он не боль физическую испытал, а испугался за себя.

По мнению следователей, Мамонтов, Агамалиев и Садов избили Штерна. Агамалиев с Садовым ранее занимались единоборствами (благодаря своей физической форме они и оказались в числе активистов). Антон побоев не выдержал.

Активисты ИК-2 у ворот колонии.

В убийстве по неосторожности обвиняются Мамонтов, Агамалиев и Садов. Четвертый подсудимый — Бессонов, более известный обитателям ИК-2 под кличкой Бес, обвиняется в вымогательстве. Он якобы заведовал бухгалтерией зэков колонии. Именно через него проходили средства так называемой гуманитарной помощи, которую осужденные поставляли в учреждение. Из-за невозможности оказать эту самую «помощь» и был избит Антон Штерн, считает следствие.

Из показаний свидетеля — заключенного, содержавшегося в ИК-2:

— Меня к себе вызвал Мамонтов. Когда я зашел, он спросил у меня, хочу ли я жить нормально: чтобы меня не били и надо мной не издевались? Я сказал: «Конечно хочу!» Мамонтов сказал, чтобы я купил в кратчайшие сроки холодильник в комнату длительных свиданий. Я спросил, можно ли подумать. Мамонтов ответил, что у меня есть час, в противном случае меня будут бить. Я вышел, подумал. Примерно через час я зашел к Мамонтову и сказал: «Я согласен». Потом подошел к таксофону, позвонил маме и сказал, что мне нужен холодильник, в срочном порядке. Мама поехала в магазин и купила холодильник. Через пять дней мама привезла холодильник и оставила его на проходной. Сейчас этот холодильник стоит в комнате длительных свиданий №5. Больше Мамонтову я не платил.

Десятки чеков, доказывающих денежные переводы.

Фото: Константин Мельницкий, архив 66.ru