Пару лет назад молодая писательница Светлана Павлова выдала яркий, дерзкий и коммерчески успешный текст «Голод». Продажи книги показали — в выборе автора издательство не ошиблось.
Мы видим — российское литературное пространство открыто для талантливых авторов: они мгновенно добиваются признания аудитории и коллег. «Голод» вышел на пике популярности автофикшна — автобиографической прозы с долей вымысла, не лишенной, к сожалению, «актуалочки» и манипуляций. Роман Павловой я всегда считал единственной нормальной книгой в этом жанре (конечно, если упоминания об автофикшне не были маркетинговым ходом).
| |
|---|
И вот ее новая история о начинающей сценаристке Зое, которая однажды в игре с друзьями «я никогда не» заявила, что ни разу не проверялась на ВИЧ. В ответ ей настоятельно рекомендовали этим заняться. Зоя, поймав панические настроения, сдает анализ и ждет результата. Вынужденную паузу — 24 часа — тревожная героиня тратит на воспоминания об отношениях с мужчинами за последние два года.
В обычной жизни человек, которому не терпится узнать свой ВИЧ-статус, начал бы с купленного в аптеке экспресс-теста. Автор романа избегает простых решений, способных разрушить интригу. Читателям остается гадать, чем все закончится, и слушать рассказ Зои о партнерах, с которыми у нее был незащищенный секс.
Их трое — Ян, Андрей и Виталик. С каждым из них читателю предстоит познакомиться, наблюдая за очередным этапом из жизни сценаристки. Разные мужчины — разные типы отношений.
Не очень понятно, кстати, почему автор выбрала Зое такую профессию. Соглашусь, что человек, пишущий сценарии для сериалов, больше заинтересует публику, чем маркетолог или сотрудник отдела продаж. Почему у этих мужчин сложились отношения со сценаристкой? В тексте все получается само собой. Можно предположить, что Павлова сама осваивает сценарное мастерство и этим все объясняется. Писательница рассказала о буднях профессии, но смыслов в текст эта специфика не добавила.
Сама Зоя как персонаж — провинциалка, открывающая для себя мир московских домов, — написана, я бы сказал, сверхреалистично, возможно, с элементами автофикшн. Получился образ среднестатистической девушки, которая вопреки своим желаниям чему-то учится, но бабушка Яна, говорящая по-французски, от лица старой московской интеллигенции объясняет подруге, что Зоя «темненькая как чернозем».
| |
|---|
Тут я подумал — а вдруг план Павловой именно в этом? Что, если Зоя кинофицирует реальность и представляет своих мужчин — бесхарактерного музыканта Яна, ровного простого мужика Андрея и самовлюбленного придурка Виталика — как архетипы, знакомые и понятные зрителю? Может быть, она специально добавляет им ярких красок?
С точки зрения литературного мастерства, «Сценаристка» сделана хорошо. Писательница точно знает, как заинтересовать самых читающих в России женщин от 18 до 35 лет — предложить рассказ об отношениях Зои с мужчинами, включая их «постельные особенности». На мой взгляд, ее текст идеально отвечает запросам аудитории, и это выводит Павлову в пространство, где звание «талантливый писатель» и «модный писатель» сходятся в одной точке.
Давайте пойдем по критериям.
Мне понравилась общая концепция. Она по киношному «продает» произведение. Ведь главная интрига в том, заразилась героиня ВИЧ или нет? А если да, то от кого из трех любовников? Дочитай и узнаешь! Нормальная писательская манипуляция. Все остальное тоже будет таким вот «немного кино», но чего-то совсем неожиданного вы не встретите.
Несмотря на писательский талант Павловой и ее способность собрать характер человека из небольших деталей (в этом она очень крута, жаль, что описывает только московский и питерский бомонд), атмосферным роман не назовешь. Нет ни литературной описательности, ни попытки автора перенести нас в другой мир. Даже когда Зоя перемещается из одной географической точки в другую, за окном мы видим все ту же обыденность. Никакого эффекта погружения.
| |
|---|
«Сценаристка» — это история, которую одна женщина рассказывает про другую, раскрывая ее внутренний мир через недолгие отношения с мужчинами. Читателю их показывают с женского ракурса. С одной стороны, автор играет в кино, и типажи выглядят отчасти карикатурными, как будто сошедшими на страницы книги из одноразового фильма на канале «Россия-2». С другой, наблюдательность писательницы — как чит-код в прозе. Она подмечает много важных мелочей и делится язвительными, я бы даже сказал — злыми комментариями. Поэтому наблюдать за событиями интересно. Открытым остается вопрос — почему непримечательную по всем критериям героиню окружают мужчины-шаржи? В том ли смысл, чтобы показать, как эти мужчины выглядят с «нормального» ракурса? Или в том, что каждая женщина считает себя нормальной, а все остальное — немного кривоватым?
В дебютном романе Павловой я отметил сильный авторский голос — главное оружие писательницы. Ее язвительность, злобные усмешки, острые комментарии и ум — все это сегодня в тренде, как в литературе, так и в быту. В «Сценаристке» Павлова не выводит свой стиль на новый уровень, скорее утверждается во мнении, что это лучший способ рассказывать истории. Подобно тому, как девушки, с детства замечающие, что они красивее остальных, бессознательно используют это преимущество, Павлова чувствует этот свой уникальный голос, а возможно, по-другому просто не умеет. Ее тексты читаются легко, написаны в высоком темпе, со страстью и некоторым смакованием того, как писательница умеет выкрутить словцо, чтобы получилось еще острее.
Павлова пытается рассказать интересную историю, но, оглядываясь назад, в 99% случаев опытный читатель легко ответит на вопрос — зачем автор (причем, любой) взялся за свою книгу. «Сценаристка», как и «Голод», создавалась не ради одной только истории, скорее, чтобы разобраться в себе, в людях и в том, как устроены связывающие их нити. Мужчины могут не оценить ее роман, ограничившись замечанием: «как сложно порой бывает с женщинами!». Читательницам — я уверен — текст понравится. Светлана Павлова то ли методом анализа, то ли благодаря внутреннему чутью подбирает идеальные сюжеты для целевой аудитории, которая верит, что поиски тепла и понимания — не абстракция.
Есть, правда, очевидная проблема финала. Павлова «кликбейтнула» нас вопросом, заразил ли героиню кто-то из трех парней? Эта интрига исчерпывается примерно за 70 страниц до последней точки, и возникает вопрос — зачем дочитывать? Теоретически — чтобы испытать катарсис и подвести итоги, но на предыдущих 200 страницах писательница не сильно инвестировала в глубину, в сложность героини, в ее характер, и под конец читателю вместо «Вау, это было глубоко…» достаются лишь ее размышления о том, чем живет страна. Зоя выносит какие-то уроки из нездоровых отношений, пытается из гусеницы превратиться в бабочку, но это как будто лишено стержня. Все-таки «Сценаристка» — не «Властелин колец», где действительно интересно, что там дальше произошло с Братством кольца после визита в Мордор. Впрочем, судя по многочисленным положительным отзывам читательниц, предположу, что им хочется иногда забыть о геополитике, мужчинах, работе и просто подумать о себе. Такая реакция убеждает — в «Сценаристке» много разного, что непременно хочется обсудить и разобрать, а это — признак большого писательского таланта.
| |
|---|
Сильные стороны:
Слабые стороны:
Итоговая оценка — 6,72 или действительно неплохая книга
Признаюсь, я читал этот текст не сколько из интереса к сюжету, сколько из интереса к автору. По времени Светлана Павлова появилась в литературе рядом со мной и несколькими другими писателями, заявившими о себе дебютной книгой. Всегда интересно узнать, как литератор проходит экзамен второго текста. Одни понимают, что сказать больше нечего, другие зачем-то продолжают писать, пытаясь остаться на слуху, и быстро хоронят свое имя. А третьи, как Павлова, находят свою территорию, своего героя, свои темы, свое литературное пространство.
«Сценаристка» не лучше дебютного «Голода», но и не хуже. Новинка подтвердила — Павлова именно такая, какой казалась после первой книги, и может стать еще круче. Имея все способности к большому роману, она будто бы выбрала путь модной и обсуждаемой писательницы, и рассказывает о мажорных тридцатилетних Москвы-Питера с их проблемами и тревогами, модными прическами и кофейными привычками.
| |
|---|
«Сценаристка» укрепляет Павлову в статусе модных и талантливых. Хотя есть призрачное ощущение, что все пули уже выпущены. В такие моменты подкрадывается писательский кризис. Павловой не нужны мои советы, но если бы она меня спросила, я бы сказал: бросайте все и отправляйтесь в путешествие по стране. Вы найдете все, что нужно, потому что такому острому взгляду на человеческую натуру, невозможно не позавидовать.