Пыль шагающих сапог. Павел Матяж — о фильме «Долгая прогулка»
Стивен Кинг никогда не был позитивным и оптимистичным автором. Но романы, написанные им под псевдонимом Ричард Бахман, отличаются особенной мрачностью. «Бегущий человек» и «Худеющий», «Ярость» и «Дорожные работы» еще более жестоки и депрессивны, чем произведения официального Кинга. Героям здесь не светит хэппи-энд, любовь, вера или хотя бы надежда на что-то хорошее. А «Долгая прогулка» — самый жуткий и безысходный из них.
19-летний Стивен Кинг написал этот роман, будучи студентом первого курса университета штата Мэн. Правда, опубликовать его сразу после написания в середине 1960-х юному литератору не удалось. Адский мрак от никому не известного малолетки не заинтересовал издателей, и «Прогулка» пролежала в столе 13 лет.
В печать ее отдали только в 1979 году — уже после «Сияния», «Противостояния», «Кэрри» и «Жребия Салема», через пару месяцев после «Мертвой зоны». За эти годы отношение издательств к Кингу кардинально изменилось, но сам маэстро так и не избавился от синдрома самозванца и использовал псевдоним, чтобы проверить читателей: ценят ли они его за громкое имя и скандальную репутацию или все же за талант.
Кадр из фильма «Королевская битва», режиссер Киндзи Фукасаку, 2000 год, Япония
Режиссер Френсис Лоуренс сделал себе имя на экранизации цикла романов Сюзанн Колинз и набил руку в производстве подростковых постапокалиптических антиутопий. И вот теперь он взялся за легендарный роман, который, собственно, и породил все это явление. Круг замкнулся.
Кадр из фильма «Голодные игры», режиссер Гэри Росс, 2012 год, США
В связи с этим мистеру Лоуренсу — как и всем нам, зрителям — поневоле придется сравнить и оценить метаморфозы, произошедшие с леденящей кровь своим брутальным натурализмом «Долгой прогулкой» на пути к гламурным «Голодным играм». В этом есть очень по-кинговски злая ирония.
Исходная предпосылка изменилась не слишком сильно. Америка разрушена войной. Гражданской или нет — не до конца ясно; применялось ли при этом атомное оружие — тоже сказать сложно. Сильных разрушений в кадре не видно, но упадок экономики очевиден. На территории бывших США — новая Великая депрессия, в провинциях царят запустение и безнадега. Отчаяние населения столь велико, что военная хунта, захватившая власть в стране в послевоенной анархии, решает отвлечь внимание людей садистским телешоу.
Каждый год 50 победителей общенациональной лотереи из 50 штатов собираются на старте «Долгой прогулки» — пешего марафона без финишной черты. Правила просты: участники обязаны строго придерживаться маршрута и поддерживать темп 5 километров в час. Остановки на сон, еду или даже для естественных надобностей запрещены. За нарушения выносятся предупреждения. Получив три предупреждения, участник получает «билет» — толерантный эвфемизм для пули в голову, любезно предоставляемой марафонцам одним из бессловесных и безымянных солдат, круглосуточно сопровождающих это траурное шествие на танках и джипах.
Соревнование продолжается до тех пор, пока в живых не останется только один участник. Этого счастливчика ждут запредельная сумма денег и исполнение одного заветного желания, а 49 его товарищей — мешки для трупов.
Существует теория, что оригинальный роман, написанный Кингом в разгар войны во Вьетнаме, является ее метафорой. Ни в чем не повинных детей, которые просто идут по дороге, расстреливают из автоматов М16. Однако Лоуренс эту теорию не поддерживает: действие фильма происходит в неопределенный период. Автомобили, пленочные фотоаппараты, транзисторные радиоприемники и одежда ребят напоминают 70-е, но в кадре нет никаких визуальных намеков или разговоров о Вьетнаме.
Это и неудивительно. Переживания той далекой войны в XXI веке успешно обновили сразу несколько кошмарных военных конфликтов, происходящих в ряде стран в непосредственной близости от современных зрителей. «Долгую прогулку» пытались экранизировать и раньше (в разные годы к роману подступались и Ромеро, и Дарабонт), но то, что до экранов все это добралось только сейчас, — совсем не случайно.
Так же, как солдаты враждующих армий из выпусков новостей, марафонцы-гладиаторы ведут здесь друг с другом войну на истощение и участвуют в этом шоу совершенно добровольно — каждый из них выиграл билет на игру в лотерею. Ну, или как сказать. В одном из главных отступлений от первоисточника сценарист «Долгой прогулки» Дж. Т. Моллнер («Сталкер») разоблачает этот момент. Если в лотерее участвуют все без исключения, то это уже не лотерея, а пропагандистская акция, с помощью которой деспотический режим пытается убедить всех в легитимности своего правления и праве на проведение этого адского мероприятия. Ведь все это, якобы, происходит по просьбам трудящихся.
Таким образом тираническое государство приучает своих подданных к крови, ежедневным смертям и принуждает их праздновать собственное самоуничтожение — десятки молодых людей умирают вместо того, чтобы созидать и строить — под лозунгами патриотического объединения нации.
Такая злободневность придает «Долгой прогулке» дополнительный вес. Но это не просто и не только желчный социальный комментарий. Главное и самое интересное здесь — взаимодействие главных героев, мальчиков-марафонцев. В первую очередь дуэта Рэя Гаретти (Купер Хоффман — «Лакричная пицца») и Пита МакВриса (Дэвид Йонссон — «Чужой: Ромул»). Дружба Хоффмана-младшего и Йонссона — сердце и душа этой погребальной истории. В строгом соответствии с законами драматургии их отношения крепнут и развиваются под воздействием обстоятельств. А роковой для участников марафона становится буквально каждая мелочь: жара и холод, дождь, неровности ландшафта, изношенная обувь, несварение желудка, простуда, кровь из носа, понос, нервное и физическое истощение, голод, отчаяние и безумие.
Впрочем, страдают не только Купер с Дэвидом. Мальчиков тут целая толпа, а более-менее в центре повествования — примерно десяток. Френсис Лоуренс и его продюсеры собрали для этого дела всех самых ярких и многообещающих актеров-миллениалов: Гарретта Уэринга («Хористы»), Бена Ванга («Карате-пацан: Легенды»), Романа Гриффина Дэвиса («Кролик Джоджо»), Чарли Пламмера («Возвращение Одиссея»), Джордана Гонсалеса («Милые обманщицы»), Тута Нюота («Ведьмак: Происхождение») и некоторых других. Кто-то из них продержится всего пару часов, кто-то — пару дней, но большинство в финале ждет одно и то же: пуля в затылок.
Взаимопомощь и доброта, человечность по отношению друг к другу не приносят им никакой пользы. Однако вскоре между ребятами зарождаются неофициальные союзы. Это противоречит не только жестокой логике организаторов игр, одной из целей которых было разделить и атомизировать общество, но и логике самого Кинга. В книге мальчики не особенно дружат друг с другом и умирают поодиночке, что дополнительно усиливает беспросветность и ужас происходящего. Лоуренс и его сценарист изменили это и подарили героям немного радости и тепла перед смертью.
Это никого из них не спасает (ну, почти) и не добавляет оптимизма относительно гипотетических перспектив общества, которое позволяет устраивать на своей территории подобные шоу и отправляет в них собственных детей. Однако это добавляет роману еще одно измерение — дает надежду, призрак надежды, но все же. Да, здесь вроде бы все ясно: все разрушено, никого не спасти, марш смерти — наш общий приговор и так далее. Но незадолго до финала Рэй и Питер находят в этом жутком процессе возможность — способ изменить мир с помощью своей великой жертвы.
Это, конечно, совсем не то же самое, что дерзкий побег, последующее разрушение системы и революция, как в «Голодных играх». Да и отношения Гаретта и МакВриса довольно далеки от романтического союза Китнисс Эвердин и Пита Меларка.
Но сама их дружба — угроза бесчеловечной диктатуре. Освобождение и побег остаются лишь в мечтах погибающих мальчишек. Но то, как они встречают неизбежное, доказывает, что победа в этой борьбе возможна, а братство и объединение — лучший и единственный способ одолеть систему. Come together.
Удачного просмотра.
