Киану попал в ад и обжился там. Павел Матяж — о фильме «Джон Уик 4»

После выхода в 2014 году первой части боевика «Джон Уик» многие критики развивали конспирологическую теорию о том, что фильм Чада Стахелски и Дэвида Литча является неавторизованным спин-оффом «Матрицы». Мрачным анекдотом о том, как Нео и Морфеус попали в ад и теперь обречены жить вечно в окружении грешников, покрытых тюремными татуировками и наряженных в похоронные костюмы и черный латекс. Из царства теней, где царит бесконечная ночь и всегда идет дождь, нет выхода. Обитающих здесь русских бандитов, гарлемских гангстеров, итальянских мафиози, японских якудза и прочих нельзя спасти. Это преисподняя, тут осуществляется приговор, который не подлежит обжалованию. Единственное, что остается разжалованному Спасителю, это убивать.

https://youtu.be/xAviSwSSHMY

«Джон Уик 4» соответствует этой теории даже сильнее, чем предыдущие три. Он начинается с цитаты из «Божественной комедии», а в следующие два с половиной часа местные герои и злодеи будут вспоминать бессмертный текст Данте Алигьери при каждом удобном случае.

За девять лет в аду Нео изрядно постарел. Но продолжает подрывать устои и идет против системы. Даже получив издевательское прозвище «Баба-яга» и белорусские корни, Киану действует так же, как его персонажи из «Матрицы», «Константина», «Скорости», «Джонни-мнемоника» и многих других героических боевиков, в которых он переиграл за сорок лет кинокарьеры. Машинально, вероятно, по наитию.

В 2023 году к нему в преисподнюю попали «Пеннивайз» Билл Скарсгард, а также «Ип Ман» Донни Йен и главный японский киносамурай современности Хироюки Санада. Первый играет нового главного злодея франшизы, молодого аристократа из французского криминального клана по кличке Маркиз. А двое других — старинных друзей Джона Уика, бывших напарников из кровавой прошлой жизни, которую никто из них не помнит. Расстановка сил напоминает о второй «Матрице»: противником Нео там тоже был француз, возомнивший себя аристократом, а союзником — молчаливый клон Брюса Ли.

Для Нео это просто очередной круг ада, четвертая попытка добраться до Правления Кланов, а для Донни и Хироюки — шанс спасти дочерей. Хотя едва ли им удастся вытащить своих красавиц из огненной геенны, в которой они все оказались. Все это не более чем условности сценария, ставки, которые необходимо установить, чтобы зрителю было комфортнее сочувствовать героям. А традиция сопереживать безутешным отцам и их обольстительным дочкам восходит аж к «Риголетто», опере Верди, написанной по мотивам пьесы Гюго, запрещенной французской цензурой, как подрывающей авторитет королевского двора.

Впрочем, в поисках метафор и подтекстов, скрывающихся за сюжетом четвертого «Уика», не стоит копать слишком глубоко. Структура этой истории предельно проста и напоминает компьютерную игру. У протагониста есть главный квест и несколько вспомогательных. В каждом следующем эпизоде фильма он перемещается в новую локацию: из подвала в Гарлеме в аравийскую пустыню, оттуда — в футуристический Токио, потом — на рейв в Берлин, а в конце престарелого белорусского киллера ждет восхождение по циклопической лестнице, ведущей на вершину холма Монмартр, и поединок с финальным боссом у базилики Сакре-Кёр.

Сакре-кёр переводится как «Сердце Христово», но для друзей-каскадеров Стахелски и Литча форма всегда значила больше, чем содержание. И в своей версии «Матрицы», из которой вытащили всю научную фантастику и буддистскую философию, а оставили только костюмы, спецэффекты и гонконгские боевые искусства, они смогли достичь совершенства. В 2014 году многие смеялись над этим каскадерским карнавалом смерти, примитивностью сюжета и запредельным пафосом монологов, которые произносили герои в редкие минуты между погонями, драками и перестрелками. Сегодня уже никто не смеется.

Оказалось, что фильм, целиком состоящий из экшена, тоже может быть искусством. Хоть и с маленькой буквы. Человек может быть художником в чем угодно, даже в каскадерстве. Чад Стахелски, Дэвид Литч и их старый друг Киану Ривз посвятили годы жизни постановке эффектных трюков, предельно реалистичных и физиологичных боевых сцен и так прокачались, что сегодня никто ни в Голливуде, ни на родине гонконгских боевиков не может составить им конкуренцию. Нереальная виртуозность происходящего на экране обезоруживает любого критика.

Продюсеры Lionsgate, прокатчика франшизы про Уика, уговаривали Ривза и Стахелски снимать четвертую и пятую части одновременно. Дескать, так экономнее: расходов на производство и времени будет меньше, а гонорары режиссеру и исполнителю главной роли можно сделать больше. Но ветераны решили сделать передышку. Выход пятой части «Уика» пока не анонсирован. Вместо нее выйдет сериал-приквел «Континенталь» и спин-офф «Балерина», где танец смерти вместо Киану Ривза исполнит Анна де Армас.

Каскадерская преисподняя расширяется. За четыре фильма героями франшизы стало огромное количество колоритнейших персонажей и актеров: Маркус Уиллема Дефо и Аурелио Джона Легуизамо из первой части, Кассиан Коммона и Тарасов от Петера Стормаре из второй, Зеро Марка Дакаскоса и София Холли Берри из третьей. Каждый из них достоин если не сериала, то персонального спин-оффа. Кто вообще сказал, что кругов ада должно быть только девять?

Удачного просмотра.