2020-й обязательно надо экранизировать! Концепт фильма-катастрофы от Павла Матяжа
Если бы 2020-й был фильмом, то это, конечно, была бы катастрофа. По аналогии с суперхитом Роланда Эммериха «2012», где мир гибнет в огненном апокалипсисе по древнему предсказанию индейцев майя. Однако тут надо понимать, что 200 миллионов долларов, которые компания Columbia Pictures потратила на виртуальное разрушение планеты в 2009 году, свердловской киностудии не собрать даже гипотетически. Так что апокалипсис у нас будет локального масштаба. Типа как «Под куполом».
Архетипический разведенный папаша пытается сводить концы с концами. Поэтому о новом китайском вирусе он узнает не сразу, как-то ему не до того – парень одновременно работает таксистом, официантом и курьером. Но потом его увольняют из ресторана, который закрывают на время пандемии, и запрещают выходить на работу в такси без специального защитного экрана. Остается развозить еду, вот только его коллеги-курьеры один за другим заболевают.
Раньше папаша работал в крупном издательстве, но это было очень давно. Издательство разорилось, а жена забрала детей и ушла к преуспевающему айтишнику. Айтишник зашибает миллионы и на таком хорошем счету в своей американской корпорации, что получает приглашение в Силиконовую долину. Чтобы попрощаться с детьми и в последний раз перед переездом провести с ними время, неудачник выпрашивает у бывшей разрешение сводить их в поход на Денежкин камень.
Папа и дети разбивают палатку и устраиваются на ночлег в лесу. Через некоторое время отец слышит, что кто-то бродит вокруг лагеря, выходит посмотреть и обнаруживает взъерошенного длиннобородого старика в странной одежде. Да это же экс-схиигумен Сергий. Безумный священник говорит, что скрывается от демонов интернета и пришел предупредить о надвигающемся апокалипсисе. Рассказывает, что Норильск отравлен, Салда утонула, Владивосток покрыт коркой льда и обесточен, в Карабахе война, а президентом США стал зомби! Все сходится, грядет Антихрист!!! В эту секунду молния ударяет в ближайшее дерево. Начинается пожар.
Спасаясь от огня, папа, дети и схиигумен добираются до монастыря, затерянного где-то в лесу. Там обитает ультраконсервативная община монахов, они соблюдают жесткую епитимью и тоже уверены в очень скором конце света. За последние дни несколько братьев умерли от коронавируса, еще несколько в тяжелом состоянии. Монахи запирают героев в одной из комнат, якобы для их же безопасности. А безумный схиигумен заявляет, что необходимо изгнать из вновь прибывших демонов.
Через окно папаша видит отряды казаков, которые патрулируют территорию, и понимает, что выбраться самостоятельно будет непросто. Фанатики забрали у него и детей телефоны, потому что считают сотовую связь орудием дьявола. Но как-то же они связываются с внешним миром. Папаше удается обмануть казаков, добраться до телефона и вызвать полицию.
Через некоторое время к монастырю приезжают полицейские, но казаки не пускают их. Полиция вызывает на помощь ОМОН, те окружают территорию, готовят штурм, но почему-то медлят. Папа и дети выбираются из комнаты, когда понимают, что их больше никто не охраняет. Казаки и монахи куда-то подевались, видимо, тоже готовятся к штурму.
Папа и дети пробираются по коридорам к выходу, но так никого и не встречают. У самых ворот они обнаруживают несколько мертвых монахов. Герои бегут к полицейским машинам, но и там нет никакого движения. В машинах и возле них только тела мертвых полицейских. Но на телах нет ни крови, ни следов от пуль. Похоже, все они умерли от коронавируса!
Тогда папа и дети садятся в одну из полицейских машин и собираются ехать. Но безумный схиигумен не так прост. С несколькими выжившими казаками он преследует героев, извергая проклятья. Начинается погоня.
По пустой дороге на максимальных скоростях полицейская машина с героями и машины преследователей довольно быстро добираются до Екатеринбурга. Еще немного, и все это средневековое безумие будет позади. Но трасса оказывается перекрыта бронетехникой и вооруженными людьми в химзащите. Въезд и выезд из города запрещены из-за эпидемии. Немая сцена, конец эпизода, продолжение следует, титры пошли).
