Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Мафия в маразме. Павел Матяж о фильме «Капоне. Лицо со шрамом»

2 октября 2020, 14:11
Мафия в маразме. Павел Матяж о фильме «Капоне. Лицо со шрамом»
Фото: Павел Матяж для 66.RU
Сюрреалистический байопик популярного гангстера сфокусирован на финальном периоде его жизни. Аль Капоне больше не грабит банки, не избавляется от конкурентов, не пытается уйти от погони ФБР, а бродит по своему флоридскому особняку, тщетно пытаясь совладать с памятью, позвоночником, мочевым пузырем и кишечником. В главной роли – Том Харди.

Абсолютно все в мире в курсе, что Альфонса Капоне осудили на 11 лет за неуплату налогов. Но на этом моменте легенда о классическом гангстере обычно заканчивается. То, что отсидел из них он только 8 из-за прогрессирующего нейросифилиса, уже мало кого интересует.


Возможно, поэтому американский режиссер Джош Транк («Хроника», «Фантастическая четверка») решил сделать это фишкой своего нового проекта. Сразу после помещения под стражу у Капоне были диагностированы сифилис и гонорея, а также симптомы абстиненции, вызванные кокаиновой зависимостью. Тюремное заключение не исцелило «врага общества», а совсем наоборот. Через несколько лет, когда из-за развития болезни Капоне перестал узнавать охранников и сокамерников и уже не мог самостоятельно передвигаться, власти решили, что он больше не представляет опасности для общества, и отпустили его домой.

Там все и начинается. Экс-криминальный босс ковыляет по коридорам огромного поместья, словно Джек Николсон по отелю «Оверлук», и так же, как Джек, постепенно теряет связь с реальностью. Правда, в отличие от незадачливого писателя, Капоне вовсе не в изоляции – вокруг него солнечный штат Флорида, огромная итальянская семья, бывшие друзья и партнеры по опасному бизнесу, многочисленная прислуга, а также целая армия позолоченных античных статуй в духе позднего Симановского. Но что из этого действительно существует, а что ему только кажется, Альфонс понимает чем дальше, тем слабее. Да и Альфонсом его больше никто не зовет. Для домашних он просто Фонзи. Этот момент так понравился Транку, что изначально фильм так и должен был называться – «Фонзи». И только под влиянием студии и коронавируса он заменил его на всем известное «Капоне».

Фото: kinopoisk.ru

В остальном это стопроцентно авторское кино, Транк его режиссировал, написал сценарий, сам смонтировал и даже сыграл небольшую роль. Но ничего бы не получилось, если бы не Том Харди. Это сложно объяснить, но кавалер ордена Британской империи Том Харди, несмотря на свои интеллигентские корни и приличное образование, знаменит ролями разных гопников, бомжей, мошенников, алкоголиков и психопатов. Он развивался на этом поприще и постепенно эволюционировал из Стюарта и Бронсона в суперзлодея Бэйна и братьев Крей. Роль короля преступного мира Чикаго для Харди – апофеоз в каком-то смысле, логическое завершение карьеры. Осталось только дьявола сыграть.

Возможно, в этом кроется главная причина разочарования большинства американских и британских критиков. Капоне называют ни больше ни меньше «худшей ролью Тома Харди», (как-то они слишком быстро забыли про «Веном»). Никто не ожидал увидеть такого босса мафии. Человек изобрел отмывание денег и рэкет, а его изображают пускающим слюни маразматиком! Где бейсбольная бита Де Ниро, где смокинг Аль Пачино, где все эти шляпы борсалино, форды и томмиганы? Где изощренное коварство и макиавеллевские интриги, где подлость и предательство?

Томмиган тут, надо сказать, будет, и не простой, а золотой. Ну а какой еще? А вот вместо остальной романтической бандитской атрибутики все прелести деменции: постепенный распад психических функций, потеря контроля над речью и памятью, конечностями, а потом и пищеварением. Реки блевоты, мочи и говна. И морковка вместо сигары. Нет более эффективного способа разрушить образ благородного разбойника, ну или не разбойника даже, неважно, чем все эти физиологические подробности. Это принцессы не пукают, а умирающие от сифилиса гангстеры – сколько угодно.

Мартин Скорсезе в своем недавнем мегапроекте «Ирландец» развивал эту тему, но обошелся со своими героями значительно мягче. Ну да, они тоже сидели там по тюрьмам и домам престарелых в креслах-каталках, у них тряслись руки, но не более того. Может, потому что Скорсезе постарше просто. Деменция для него – не какая-то далекая недостижимая абстракция.

Фото: kinopoisk.ru

А молодые и дерзкие Харди с Транком жгут напалмом и не жалеют никого. Если деконструировать миф о мафии, так до основания. Вместе с дьявольской харизмой главного героя и прочими цветами зла оказались раздавлены и консервативные семейные ценности. Главным аргументом всех крестных отцов всегда было: все, что я делаю, я делаю ради семьи. Но и этот священный образ отца-патриарха революционеры отправляют на свалку истории. В смысле, это же все основано на грубой силе. Папу просто все очень боятся, а стоит только папе дать слабину и наложить в штаны, как дружная семья разваливается, жена плюет в лицо, а дети презрительно отворачиваются.

Многочисленные родственники оказываются ничуть не лучше эфбээровцев. Все они собрались вокруг и демонстрируют любовь и заботу, потому что хотят, чтобы Фонзи рассказал наконец, куда спрятал свою заначку. И никто, ни вездесущие агенты, ни жена, ни дети, ни даже лечащий врач не могут поверить, что человек, который обманывал всех вокруг всю свою жизнь, теперь действительно не помнит, где спрятал 10 миллионов баксов. Пап, ну хватит уже, давай колись, тут нет никого.

Фото: kinopoisk.ru

«Все сицилийцы – профессиональные лжецы, мой отец был чемпионом мира по вранью в тяжелом весе», – говорил Тарантино в молодости. Неудивительно, что бедному Фонзи никто не верит. В этом, собственно, и заключается главная интрига этого не самого жестокого, не самого длинного, не самого увлекательного, но уж точно самого оригинального фильма про итальянскую мафию.

А теряющему рассудок мафиози лучше всего удаются итальянские ругательства. Это странным образом роднит Аль Капоне с великим французским поэтом Шарлем Бодлером, который, также умирая от сифилиса, в самом конце мог бормотать только merde, merde, merde. В смысле не обязательно быть архизлодеем, чтобы боги решили наказать тебя лишением разума. Просто фильмы про великих французских поэтов не так часто снимают.