Супергерой-дьявол против отрубленной головы Миллы Йовович. Павел Матяж о фильме «Хеллбой»
На фоне главного кинопротивостояния современности между DC и Marvel многие позабыли о существовании мощной альтернативы студиям-гигантам. Dark Horse всегда позиционировали себя как «темную лошадку» в мире комиксов, но благодаря своему особому отношению к художникам/авторам комиксов заработали репутацию. В восьмидесятые и девяностые они печатали всякий авангард (да можно даже сказать, андеграунд) типа «Города грехов» и «300 спартанцев» Фрэнка Миллера, «Акиру», «Маску» (это тоже комиксы, да) и, конечно, «Хеллбоя» Майка Миньолы.
В начале нулевых, за пару лет до появления нолановской трилогии и первого «Железного человека», «Хеллбоя» экранизировал Гильермо дель Торо. Сейчас он оскароносный и титулованный, а тогда считался маньяком, повернутым на мистической готике, снимающим всякую жуть про нацистов и мутантов. Казалось бы, кому как не Гильермо надо доверить «Хеллбоя», но изнеженные и рафинированные киноманы заклеймили его тогда коньюнктурщиком и говорили, что Гильермо «продался» большой студии. Сейчас все, конечно, привыкли, вокруг дилогии дель Торо сформирован настоящий культ, а сама она воспринимается как классический канон. Если можно вообще такое сказать об экранизации комикса про супергероя-дьявола, которого вызвал из преисподней Григорий Распутин по заданию нацистов-оккультистов.
Эта безумная преамбула про фашистов в новом фильме, кстати говоря, сохранена. Но если дель Торо растянул противостояние с немцами на весь фильм и Карел Роден в роли Распутина у него там за главного злодея, то в фильме Нила Маршалла нацисты, коммунисты и прочие человеческие организации занимают значительно меньше экранного времени. С одной стороны, это лишает кино антифашистского подтекста, а с другой – без этого подтекста оно становится ближе к первоисточнику Майка Миньолы. Все-таки надо признать, что антифашизм, антикоммунизм и прочий антиглобализм «Хеллбоя» – это видение свободолюбивого мексиканца Гильермо, у него без этого никуда, а в оригинале немного не в этом дело.
Нил Маршалл до этого специализировался на малобюджетных фильмах ужасов («Псы-воины» и «Спуск»), также он известен как режиссер нескольких эпизодов таких телесериалов, как «Константин», «Черные паруса», «Мир Дикого запада» и «Игра престолов». Битву за Черноводную и атаку одичалых на Черный замок снимал он. Ему здорово удается брутальный экшен и кровавая резня, поэтому новый «Хеллбой» концентрируется именно на этом. Режиссер и сценаристы на этот раз не пытаются очеловечить адского сатану путем навязывания ему любовных терзаний и не предлагают ему в качестве мотивации ненависть к нацизму.
Новому «Хеллбою» вообще не до рефлексий, не до любви и не до политики. Он, как Портос, «дерется, потому что дерется», а еще много пьет и сквернословит. Тем более что ситуация у него еще более непростая, чем раньше.
В 504 году где-то на британских островах король Артур с друзьями разрубил на куски некую волшебницу Нимуэ (Милла Йовович). В оригинальных сагах она проходила как владычица озера, персонаж безусловно положительный, это Нимуэ дала Артуру Экскалибур и так далее. Но здесь она – Кровавая королева, исчадие зла, которая собралась извести людей с помощью чумы, призвать силы ада и устроить глобальный апокалипсис. Поэтому Артуру и пришлось пойти на столь радикальные меры. Куски волшебницы король приказал запереть в сундуки и захоронить в самых глухих углах королевства, «чтобы сам Сатана не смог их снова собрать».
Но уже в наше время Баба Яга сговорилась с неким человекообразным кабаном разыскать все эти сундуки и воскресить Кровавую королеву. Баба Яга выглядит максимально инфернально, как полуразложившийся труп, одноглазая и злобная, она готовит суп из маленьких детей и путешествует в избушке на курьих ножках, как будто вышедшей из мультфильма Миядзаки (ну хотя всегда было понятно, что это про Бабу Ягу история). Кабан этот тоже отличный.
Но главная находка фильма – это разрубленная на куски Милла Йовович в роли исчадия ада, ну и всего, что полагается далее. Понятно, что довольно успешно злых волшебниц уже переиграли и Тильда Суинтон, и Николь Кидман, и Кейт Бланшетт, и отличница Шарлиз Терон даже. Все это было прекрасно, но как-то слишком предсказуемо и дежурно, что ли. Инопланетянка Тильда создана для роли злых волшебниц, Кейт Бланшетт, такая оригинальная вроде бы в «Рагнареке», уже играла что-то подобное у Джексона в его киноэпопее про хоббитов. А вот дать роль злой волшебницы Милле Йовович, которая так зациклилась на уничтожении зомби в бесконечной «Обители зла», что намертво слилась с персонажем, – это так иронично, саркастично. Короче, гениально. Никто и не помнит уже, что Милла когда-то играла кого-то еще.
Хеллбой играл раньше шерифа Джима Хоппера из Stranger Things, но это очень трудно определить под маской болгарского CGI. Вообще к спецэффектам от некой болгарской студии минимум претензий – хтонические монстры выглядят куда жестче, чем в 2004-м. И их тут навалом на любой вкус, цвет и размер.
На пути к Кровавой королеве Хеллбоя поджидают несколько групп фанатичных оккультистов, три великана (в прошлом они терроризировали всю территорию Великобритании, но в наше время повывелись), тролли, гоблины, ведьмы и куча всякой более мелкой нечисти, а еще несколько демонов из самой Преисподней, таких лютых, что сам Лавкрафт снял бы перед ними шляпу (ну или что там у него было).
Получилось в итоге, может, не так многозначительно и сентиментально, как у великого дель Торо, а напротив, безбашенно, мощно и яростно, насколько это вообще возможно. А главный конфликт истории в 2019-м году стал еще актуальнее. В мире, где выбирать предлагается между Чудо-женщиной и Капитаном Америка, возможность сходить в кино на что-то третье – это очень круто.
