Российские банкиры [боятся выдавать кредиты]
Центр по изучению финансовых инноваций совместно с международной компанией PricewaterhouseCoopers опросили банкиров со всего мира.
И если в мире банкиры боятся «верхов» — чрезмерного политического вмешательства, то российский банковский сектор больше всего опасается «низов» — проблемных задолженностей и просрочек по кредиту.
Банкиры настроены пессиместично. Так, недавние признаки восстановления мировой экономики они называют «слабыми и чувствительными к новым потрясениям». Банки ожидают новых потерь по мере того, как будут подсчитываться реальные убытки от кризиса и замедленный эффект экономического спада будет сказываться на заемщиках.
Джон Хитчинс, руководитель отдела по оказанию услуг банковским учреждениям PwC Великобритания:
— Респонденты начинают думать о том, что будет после кризиса, хотя многие по-прежнему опасаются, что худшие времена еще не закончились, поэтому кредитный риск занимает столь высокое место в списке.
По поводу перспектив развития банковского сектора мнение у банкиров также не очень радужное, причем в России основная проблема в «очевидной слабости руководства и нехватке квалифицированного персонала», особенно в области управления рисками. Большие опасения вызывают риски, связанные с целостностью банковских систем, возможным ростом мошенничества и увеличением других операционных убытков.
Как отмечают аналитики, очень показательно, что в подобных обзорах кредитный риск, производные финансовые инструменты (деривативы) и методы управления рисками всегда оказывались в верхних строках списка.
Эндрю Хилтон, директор центра по изучению финансовых инноваций:
— Иногда кажется, что банковские работники старшего звена ведут себя как магазинные воришки-клептоманы, буквально умоляя, чтобы их поймали и избавили от плачевного положения, вызванного давлением со стороны компаний-конкурентов. А пока неудивительно, что сегодня банковские работники во всем мире ставят «политическое вмешательство» на первое место в списке рисков. Я, во всяком случае, считаю, что это лучше, чем угроза стать объектом ритуального жертвоприношения, которая казалась вполне вероятной еще несколько месяцев назад.
