В магазинах дорожает еда, рост цен достигает 80%. Кто на этом зарабатывает

Поводом для беспокойства ФАС стал рост цен на сливочное масло. За год — с октября 2023-го по октябрь 2024-го — масло подорожало на 45%. Зампред правления ассоциации производителей и поставщиков «Руспродсоюз» Дмитрий Леонов заявил, что виноваты торговые сети, где наценка превышает 70% — при оптовой цене масла 600 рублей за килограмм магазины продают его за тысячу с лишним.

Владелец компании «Талицкое молоко» Юрий Окунев уверяет, что дело не в этом. «Килограмм сливочного масла не может стоить 600 рублей, если в него не добавляют говяжий жир или другие наполнители, — говорит он. — Себестоимость масла сегодня — 800–900 рублей. При наценке 70% его цена в магазине была бы заоблачной».

Александр Лебедев, академический руководитель магистратуры «Менеджмент в ритейле» Высшей школы бизнеса НИУ ВШЭ, считает, что поиски виновных в повышении цен ничего не дадут. По его словам, причина роста цен на продукты питания — кадровый дефицит: производители вынуждены повышать зарплаты в надежде удержать работников или привлечь новых. «Конкретного выгодополучателя в данной ситуации выделить сложно, — говорит Лебедев. — В случае с маслом цены растут по всей цепочке — от сельскохозяйственного производства к переработке и к предприятиям розничной торговли. Ни на одном участке нет монопольного положения, каждый участник цепочки вынужден адаптироваться к новым экономическим условиям, что приводит к общему повышению цен».

По другой версии, продукты становятся дороже из-за западных санкций, вынуждающих аграриев увеличивать затраты на всех технологических этапах. «За год цена наших огурцов выросла на 9,5% — в пределах инфляции, — говорит директор хозяйства «Тепличное» Сергей Лацков. — Эта цифра отражает рост производственных затрат. Большую часть семян для томатов и огурцов «Тепличное» покупает за границей. Привозить их напрямую из Голландии, как раньше, не получается — маршрут стал длиннее. Импортные средства защиты растений за год подорожали на 30–40%, российские удобрения — на 12–15%. Платить овощеводам меньше 80–85 тысяч рублей мы не можем, потому что предприятию не хватает около сотни сотрудников».

Власть объясняет высокие цены реакцией рынка на растущие доходы граждан. В декабре 2023 года, когда из магазинов пропали яйца, президент Владимир Путин говорил: «Идет небольшое повышение уровня заработной платы — люди начали больше приобретать яйцо, мясо курицы. А о том, чтобы открыть импорт, вовремя не подумали. Бум — и цены полетели».
Главный экономист ПФ «Капитал» Евгений Надоршин считает, что фраза «просто все подорожало» ничего не объясняет. По его словам, ответ можно найти в отчете Росстата о финансовых результатах организаций в январе–сентябре 2024 года.

«Если мы посмотрим графу «Сельское хозяйство», то увидим — вот это да! — прибыль в отрасли увеличилась, а убытки сократились. Совокупный результат — прибыль минус убыток — вырос на 10% при общем падении экономики предприятий почти на 20%, — говорит он. — В переработке пищевых продуктов картина ровно обратная — убытки выросли, а прибыль стала меньше на 13%. Это может означать, что производители молока диктуют условия молочным заводам, выпускающим их продукцию, и масло в том числе. Если вы хотите найти бенефициара этой истории, стоит присмотреться к хозяйствам, поставляющим молоко».

По данным министерства агропромышленного комплекса, за 11 месяцев текущего года закупочные цены на молоко в регионе выросли на 30%. По прогнозам Окунева, в декабре при цене молока 50 рублей за литр (с учетом НДС) предприятие «Талицкое молоко» зафиксирует убытки. Выходов из этой ситуации два, считает он, — либо животноводческие хозяйства снизят закупочные цены на молоко, либо производителям масла разрешат продавать дороже.

Судя по заявлениям ФАС, второе решение можно не рассматривать.

Евгений Надоршин, изучивший статистику, утверждает, что с декабря 2023 года цены выросли и на борщевой набор: картофель подорожал на 80%, капуста — на 34%, лук — на 40%, свекла — на 28%, морковь на 12%.

«Это подводит нас к мысли, что на фоне господдержки, ориентированной больше на крупных сельхозпредприятий, в том числе за счет контрсанкций, действующих с 2014 года на импорт многих продуктовых позиций из недружественных стран, ряд аграрных предприятий получил значительную рыночную власть, — говорит он. — С проявлением этой монопольной власти мы сейчас и сталкиваемся. При этом рост цен на продукцию сельского хозяйства не удается полностью переложить на потребителя, в том числе из-за бдительной антимонопольной службы, но, возможно, платить за ее активность приходится посредникам в пищевой промышленности».

Среди всех участников цепочки хуже всех приходится производителю конечной продукции в пищевом секторе, считает Надоршин. Сейчас это можно видеть на примере производителей масла, которые готовятся подсчитывать убытки.

Поставщики молока напоминают, впрочем, что летом 2023 года ситуация была противоположной — из-за того, что иностранные производители молочных продуктов ушли из России, а часть отечественных заводов закрылась, закупочные цены на молоко в Свердловской области упали с 36 до 26 рублей за литр. Представители регионального минагропрома признавали, что даже с госдотацией цена на молоко была ниже порога рентабельности в 30 рублей. Тогда же хозяйства начали продавать молоко в соседние регионы, где платили больше.

По словам поставщиков молока, снижать цены на масло, изготовленное из дешевого сырья, переработчики не стали.