Инвесторы банкротят производителя сорбентов для очистки ядерных отходов. Из кассы компании пропали 19 млн
Компания «Эксорб», созданная Ремезом в 1993 году, зарабатывает на анализах воды, поставках сорбентов для АЭС, производстве субстанции для препарата «Ферроцин» (антидот от отравления тяжелыми металлами и радионуклидами цезия). Это малый бизнес с выручкой 27–32 млн рублей в год. Примерно такой же оборот у фирмы «Роса-Центр», выпускающей станции комплексной очистки воды для нефтегазовой отрасли.
С 2014 года инвесторами этих предприятий стали Алексей Герасимов и Игорь Воинов, у которых есть бизнес в Чехии. Герасимову принадлежит 25% «Эксорба» и 25% «Росы-Центр», Воинову — 25% «Росы-Центр».
По словам Герасимова, его заинтересовала технология Corebrick — это бетонный куб с сорбентом внутри, через который фильтруют жидкие радиационные отходы (ЖРО). Когда сорбент перестает улавливать загрязнения, куб запечатывают — радиационный фон снаружи остается нейтральным.
Теоретически Corebrick должен пользоваться спросом — странам, где сейчас останавливают энергоблоки и выводят из эксплуатации старые АЭС, нужно утилизировать ЖРО. «Но маленькой фирме из Екатеринбурга трудно пробиться на мировой рынок, поэтому в европейских странах мы работаем с компаниями-партнерами, которые продвигают наши технологии и организовывают испытания сорбентов, чтобы доказать их эффективность», — поясняет Ремез.
Прежде продукцию предприятия за рубежом продвигал компаньон Ремеза Вадим Цывьян. На международной технологической выставке Recycling & Waste Management в Фениксе (США) в 2014 году Цывьян и Ремез рассказали, что из бетонных кубов, содержащих радиацию, можно строить здания и искусственные острова. «Ремез и сейчас пишет об этом в научных статьях, — говорит Герасимов, — это фантазия, которая противоречит нормативным требованиям к строительным материалам. Но сама идея жизнеспособна, если найти правильное техническое решение».
Воинов и Герасимов предложили директору «Эксорба» создать технологию и внедрить работающее устройство. Семь лет спустя они говорят, что Ремез с задачей не справился. Сам он уверяет, что технология Corebrick существует — предприятия Росатома ее не используют, но на АЭС в Актау (Казахстан) «Эксорб» завершил опытно-промышленные испытания (за счет гранта Сколково) и ведет переговоры о продаже лицензии.
Герасимов эту информацию не подтверждает. По его словам, речь идет о локальном эксперименте — «Эксорбу» удалось очистить небольшой объем ЖРО, но воспроизвести этот процесс в промышленном масштабе он не может. Инвесторы готовы завершить проект своими силами, если Ремез не станет чинить им препятствий.
«В проект Corebrick я вложил 50 миллионов, — говорит Герасимов. — Деньги «Эксорб» освоил, а готового продукта до сих пор нет — это основная причина конфликта с ним. Среди мошенников есть такая специализация — балабол. Им удается втереться в доверие, заразить людей большой идеей, получить мандат на ее реализацию, а потом вытягивать себе в карман ресурсы, имитируя полезную деятельность».
Инвесторы намерены взыскать с Ремеза 19,7 млн рублей. По их словам, такая сумма наличными пропала из кассы предприятия без оправдательных документов и сведений в отчетности. Еще 10 млн рублей Ремез потратил на оформление патентов, у которых — по словам Герасимова — нет практической ценности. Пока арбитражный суд разбирается с исками к директору «Эксорба», соучредители предприятия — в том числе два брата Ремеза, работающие технологами — пытаются отстранить его от должности на собрании участников ООО. Чтобы вынести решение, им не хватает голосов. Помимо финансов, к директору есть технологические претензии — сейчас «Эксорб» не может изготовить две одинаковые партии сорбента или две партии субстанций для «Ферроцина» и не может выпускать продукцию в большом количестве. Максимальный объем — сотни килограммов.
Чтобы масштабировать процесс, инвесторы предлагали Ремезу использовать опыт чешских химических предприятий. Заключить контракт разрешили эксперты УрФУ. По условиям договора, «Эксорб» передавал чехам лабораторный образец продукта, а взамен получал технологическую карту для промышленного производства (с учетом окупаемости, требований к качеству и охране труда). Это позволяло запустить контрактное производство в Европе. Поначалу Ремез идею одобрил и летом 2022 года готовил пробные партии сорбента, но затем передумал и сказал нет.
В беседе с корреспондентом 66.RU он объяснил, что не хочет передавать формулу иностранцам: «Если Герасимов и Воинов наладят производство сорбентов в Чехии, Россия потеряет инновационные технологии и права на патенты, защищенные в десятках стран, уйдут в Западную Европу. Мы готовы продавать лицензию, которая позволяет применять технологии на основе сорбентов, а выпускать их будем в Екатеринбурге, где можно контролировать качество».
«Ровно такие же претензии мы могли бы предъявить самому Ремезу, у которого двойное гражданство и недвижимость в Испании», — говорит Герасимов. В январе 2023 года он подал иск с требованием начать банкротство «Эксорба», накопившего долги перед инвесторами (около шести миллионов рублей).
После этого Ремез перевел спор в политическую плоскость.
Третьим лицом в деле о банкротстве стал Свердловский научно-промышленный кластер двойного назначения. Руководство этой организации Ремез уведомил, что технологию Corebrick можно использовать для производств «грязных бомб». «После банкротства «Эксорба» нашими разработками воспользуются предприятия Чехии, состоящей в НАТО, — говорит он. — Кластер двойных технологий готов бесплатно предоставить юристов и привлечь к судебному разбирательству областную прокуратуру, чтобы технологии не уходили за границу».
Оппоненты Ремеза считают, что таким способом он пытается избежать ответственности. «Нам потребовалось семь лет, чтобы понять — король голый, — говорит Герасимов. — У Ремеза нет конкурентных наработок, кроме «Ферроцина», созданного 30 лет назад, и нескольких сорбентов. Его разговоры о «грязных бомбах» — просто спекуляция на злобу дня, как и рассуждения, что банкротство предприятия оставит атомные станции без лекарственного препарата. С уходом директора производство не остановится».
Свои аргументы стороны готовы представить на заседании Арбитражного суда Свердловской области, которое состоится 31 мая.
