Принимаю условия соглашения и даю своё согласие на обработку персональных данных и cookies.

Чиновники не имеют опыта регулирования кризисов такого масштаба

20 октября 2008, 15:28
Глава ФСФР Владимир Миловидов заявил, что никто из российских чиновников не имеет опыта регулирования кризисов такого масштаба.
За крахом бирж США в 1987 году нынешний глава российского регулятора – Федеральной службы по финансовым рынкам – Владимир Миловидов наблюдал как ученый, за дефолтом 1998 года - как советник премьера. Сейчас он регулирует фондовый рынок России, который, по его признанию, пока плохо поддается антикризисным мерам. Но после кризиса Россия может стать мировым финансовым центром, говорит Миловидов в интервью "Ведомостям".

Издание напоминает, что Миловидов возглавил Федеральную службу по финансовым рынкам (ФСФР) в мае 2007 года, накануне мирового финансового кризиса. В начале сентября 2008 года, когда российский фондовый рынок пережил серию самых крупных падений за всю свою историю, ФСФР впервые закрыла биржевые торги на несколько дней и с тех пор неоднократно прибегала к приостановке биржевых операций. Служба также временно запрещала маржинальную торговлю ценными бумагами, чтобы минимизировать массированные продажи акций.

В сентябре - октябре рыночная капитализация российских компаний сократилась более чем в три раза. Она и на пике индексов РТС и ММВБ, по словам Миловидова, не соответствовала их масштабам и ресурсам, а сейчас вообще уже потеряла какое-либо экономическое значение. "Впору пошутить, что индекс РТС скоро уйдет в отрицательную зону", - с горькой усмешкой говорит Миловидов.

"Понятно, что эта эпидемия экономическими методами не лечится. И психологическими методами тоже. Вообще никакими, - слегка раздраженно добавляет глава ФСФР. - Ведь рынок состоит из реальных игроков. Ну кто их заставляет устанавливать бид на 30% ниже (предыдущей цены – прим.ред.)? Чтобы сдавали акции за бесценок? Вот такой у нас сегодня рынок - такой, какой есть. Экономический абсурд. Только с конкретными экономическими последствиями, к сожалению".

От назначения Миловидова в ФСФР участники рынка ожидали продолжения политики его предшественника. Так и получилось, считает председатель наблюдательного совета группы "Алор" Анатолий Гавриленко. "Вьюгин начал возвращать рынок из Лондона в Москву (при нем ФСФР запретила эмитентам размещать свои акции только за границей), а при Миловидове этот процесс успешно продолжился, - говорит он. - В первом полугодии 2008 года обороты российских фондовых бирж достигли миллиардов долларов в день, с небывалой активностью развивалась торговля фьючерсами, опционами". Но мировой финансовый кризис вызвал беспрецедентный обвал на российском фондовом рынке. А решения ФСФР о приостановке торгов и запрете на маржинальную торговлю привели к тому, что российские акции в сентябре преимущественно торговались в Лондоне, а не в Москве. Биржевые обороты снизились почти вдвое.

Эксперты: правительство не вполне компетентно в вопросах фондового рынка

К тому же предотвращать новые падения рынка с помощью приостановки торгов в большинстве случаев не удавалось. Ряд критиков ФСФР недоумевали, почему регулятор рынка просто не установит биржевые каникулы. "Это бессмысленно, пока в мире есть другие площадки, на которых обращаются российские бумаги, - внебиржевой рынок, Лондонская и Нью-Йоркская фондовые биржи, где торгуются АДР на российские акции, - отвечает Миловидов. - Весь российский фондовый рынок окончательно переместится туда, и мы будем следить за тем, что происходит с нашими ценными бумагами, по котировкам в Лондоне. Но тогда возникает вопрос: а зачем нам вообще биржа нужна, если мы ее так боимся?"

В конце сентября он заявил, что ФСФР сделала выводы из периода, во время которого были ограничены операции, и с отменой предписаний объемы торгов на российских биржах должны восстановиться.

Некоторые эксперты считают ошибочными действия федеральной службы и подозревает, что ФСФР не была свободна в своих решениях. Однако не исключено, что Миловидов не все решал сам, считает Гавриленко, регулярно принимавший участие в антикризисных совещаниях руководителя ФСФР с участниками рынка.

По его словам, "сегодня, когда у нас выстроена вертикаль власти и все решается сверху, нетрудно допустить, что фактор влияния на руководство ФСФР со стороны непосредственных руководителей, таких как первый вице-премьер Игорь Шувалов, достаточно велик". В то же время у Гавриленко сложилось впечатление, что руководители правительства не вполне компетентны в вопросах фондового рынка: "Настолько сложно в такой кризисной ситуации объяснять им, что происходит… Тут ему можно посочувствовать. Если бы наши руководители понимали в фондовом рынке, неужели они стали бы снимать с должности генерального директора ММВБ (Александра Потёмкина) в разгар кризиса?"

"В таких ситуациях, как сейчас, люди могут быть тысячу раз сильными, смелыми, профессиональными, умными, но, поскольку они исполняют неверные политические решения, все эти качества на ход кризиса не влияют, - рассуждает бывший советник премьер-министра Михаила Касьянова Олег Буклемишев, работавший во время кризиса 1998 года в Минфине. - Они не могут переломить систему и, возможно, даже не осознавая того, генерируют неправильные решения. Так было перед кризисом 1998 года: ни один эксперт не мог развернуть опасную тенденцию, потому что она была создана неправильной системой политических решений. И нынешняя ситуация (в регулирующих органах), к сожалению, очень похожа на то, что было 10 лет назад".

Сам Миловидов признает, что сегодня никто из российских чиновников не имеет опыта регулирования кризисов такого масштаба. "И я тоже не имею, потому что 1998 год был совершенно другой ситуацией. Никто сегодня не знает, как себя сейчас вести. Никто не является истиной в последней инстанции. Каждый день, каждый час учишься чему-то новому", - заключает он.

Миловидов: после кризиса у России есть шанс стать мировым финансовым центром

"Ведомости" отмечают, что незадолго до кризиса российские власти объявили о создании мирового финансового центра в Москве (эта идея была анонсирована Дмитрием Медведевым еще в бытность кандидатом в президенты).

Миловидов, впрочем, считает, что придерживаться прежнего плана надо независимо ни от каких кризисов: "Все приоритетные законы для формирования мирового финансового центра, как определил президент своим указом, должны быть приняты до середины 2009 года: об инсайде и манипулировании ценами, о допуске иностранных ценных бумаг к обращению в России, о регулировании инфраструктуры, поправки в налоговое законодательство".

"Нынешняя ситуация даже сильнее оттеняет важность формирования мирового финансового центра в России,-— добавляет он. - Я, например, понимаю его как конкурентное преимущество российского рынка перед другими. А это означает перетягивание ликвидности к нам, сюда, в наши ценные бумаги. Повышение конкурентоспособности наших финансовых институтов, наших депозитариев, размещение ценных бумаг у нас в России".

Или взять, к примеру, проблему margin calls — из-за того что пакеты акций крупных российских компаний (таких как "Норильский никель") заложены собственниками под кредиты иностранных банков, сейчас возникает риск реализации этих залогов в пользу зарубежных кредиторов. "Значит, надо нам самим развивать такую финансовую систему, чтобы подобные сделки были возможны здесь. Пусть такие кредиты выдают российские банки, и тогда, даже если margin call произойдет, перераспределение собственности случится внутри страны", - делает вывод Миловидов.

Бывший научный сотрудник ИМЭМО прекрасно помнит, что США именно после Великой депрессии и Второй мировой войны превратились в полноценный мировой финансовый центр. "Я, конечно, не хочу проводить аналогий, - усмехается Миловидов, - но если мы будем с умом распоряжаться нашим богатством и нашими деньгами, то будем одной из немногих стран в мире, у которой хоть какие-то деньги останутся после всего этого. Думаю, что пока мы все делаем правильно. Поскольку сейчас не только Россия, но и весь мир будет отжиматься с нуля, у нас есть шанс".