Лондон. Часть IV

В фильмографии Билла Мюррея есть фильм «День сурка», где тележурналист застревает в небольшом городке из-за разыгравшейся снежной бури. Переживает один и тот же день снова и снова. Я попал в это кино с побочным эффектом: деньги кончались катастрофически быстро. На телефоне было две тысячи рублей. Трынь! Минус 470 рублей баланс. Ведь сам всегда говорю: покупайте, покупайте симку местного оператора. А тут проруха какая-то.

Знакомые должны были улететь в среду, но задержались и перерегистрировали рейс на четверг. Извержение вулкана Эйяфьятлайокудль на юге Исландии началось в ночь на 14-е апреля. Аэропорты Британии закрылись. Обратный билет у меня был на 18-е апреля. Куковал вместе со знакомыми. Смотрели новости. Начал прикидывать в голове, на сколько мне хватить денег на карточке. Питание в день минимум фунтов на 30 (это без алкоголя) плюс гостиница. Мда.

Позвонил, как и многие россияне там, в наше посольство: никто разговаривать с нами не захотел. Тьфу, тьфу, тьфу, конечно, но если в другой стране землетрясение, то наше государство помогает. А тут всю жизнь платишь налоги, улицу переходишь исключительно на зеленый, ребенка в садик не можешь устроить, потому что очередь в сад шесть лет — когда дойдет, ему уже в школу пора, и все по новой: когда в школу идет дите, то материально помогаешь школе все одиннадцать лет, и, как дембельский аккорд, выпускной, потом служишь в армии (ой, что-то я увлекся), а не дай бог, что случилось, так ты и не нужен своему государству... Государство не берет трубку. Не мешай. Нет его.

Нет, вы поймите меня правильно, ну, нет и не надо. Но обидно. «Не спрашивай, что Родина может сделать для тебя, — спроси, что ты можешь сделать для Родины».

Сижу, экономлю деньги. Доедаю все, что заказал в ресторане, как в детстве — силу на тарелке не оставляю. Маме бы понравилось.

После того, как стало понятно, что 18-го апреля я не улечу, пошел продлевать гостиницу.

Через знакомое агентство мой номер в 4-хзвездочной обходился до этого в 128 фунтов. Спустился на рецепцию, говорю: продлите, пожалуйста, номер до среды, а там видно будет. Ок, ок, только платите сейчас, — отвечают мне. Ага, да как же я сейчас заплачу? Вылеты закрыты на неопределенное время, если мне тут месяц жить, то у меня все средства на карте заморозятся. Нет. Посмотрел в инете: на сайте цена номера 189, мне на рецепции объявили в лоб 245. Как так? Я жил по 128 за сутки? Это вам агентство бронировало за эти деньги, а я вам говорю 245 фунтов. У вас на сайте стоит цена 189! Смотрит и на голубом глазу — ну мало ли, что там на сайте. Я вам тут говорю — 245.

Отошел, набрал Россию. Знакомую, которая помогала бронировать гостиницу. Она позвонила своей партнерше по бизнесу в Лондон, и та продлила отель до конца недели по 128 фунтов сутки. Договорились, что они оплатят мне номер через агентство, и будут продлевать, сколько нужно, а я дома по прилету рассчитаюсь.

Ну, что, жадный консьерж, съел?

Знакомые ребята остановились недалеко в пятизвезднике. Им, после того как в четверг в Хитроу завернули, в гостинице объявили за прежний номер 570 фунтов сутки. Ровно в два раза. Они съехали на квартиру. Там не то, чтобы было дешевле, но уже дело принципа.

Знакомая знакомых, не дождавшись самолета домой (муж рвал на себе волосы, но не смог вылететь к жене из Шереметьево), родила в Лондоне, — я ездил проведать мамашу. У нас в роддоме держат после родов еще 4-7 дней, наблюдая маму и ребенка, тут через шесть часов пожали руку, спасибо, мол, что воспользовались нашей клиникой, гудбай. Вон бог, а вон порог.

От безделья стали посещать странные мысли: эх, нужно было в машине клемму с аккумулятора снять, а то разрядится в ноль — и что потом? Эвакуатор? Блин, кому б позвонить. А где я ключи положил от машины? Чёрт, чёрт.

Не рассчитывая на то, что буду так долго вне дома, не взял бритву. К началу второй недели борода была как у Льва Николаевича. Пришлось идти в аптеку и купить набор одноразовых бритв. С непривычки (дома — электрическая) и потеряв навык, изрезался весь, выходить из номера не стал, чего людей зря пугать. Смотрел полдня телевизор. Там LOST последний сезон шел. Эх, что же я в школе-то не одолел предмет «иностранные языки».

Отношение к русским хорошее, британская старушка, услышав мой чудовищный акцент, поинтересовалась, откуда я. Узнав, что из России, посочувствовала, что не можем вылететь домой. В ресторане официант, услышав нашу речь, сказал, что у него отец в Италии сейчас, и не может прилететь домой из-за облака вулканического пепла. Европа-с!

Утром решили, что деньги экономим, так как непонятно, сколько тут землю топтать ещё, а вечером пошли в устричный бар. Так как выяснилось, что никто еще не травился устрицами, и, получатся, что дома и рассказать-то не о чем будет.

Поехал встретиться с ребятами, которые тоже застряли в Лондоне. Договорились о встрече в районе Челси, во французском ресторане. Начали с устриц. Мне что-то вообще, как говорится, не пошло. Потом дорада, ну, ничего. Сьедобно. В разговоре с официантом выяснилось, что у ресторана есть мишленовская звезда. Ну, об этом я бы догадался и сам, только увидев счет.

Челси вообще особый район. Облюбованный русскими. Тихий, чистый, красивый, дорогой. У огромных риэлторских витрин, с вывешенными на них объявлениями, стоят русские, которые не улетели домой.

Решили с ребятами отходить через Францию: купить б/у машину, договориться с посольством о транзитных визах, и рвануть на родину. Ну, на крайний случай, по железке, если не найдется машина по сходной цене. Позвонили знакомой из турагентства: на транзитную люди за месяц записываются. Не вариант. Шенген был только у одного из нас. Дружно его возненавидели.

Пока обсуждали, скрутило живот так, что сидеть больно. Устрицы. Спустился в туалет. Маленький, на одного человека. Заходишь — свет включается. Как в холодильнике.

Сижу — ооп! Свет гаснет. Темно — глаз выколи. Дернулся — вспыхнул. Датчик движения. Дальше так и сидел. Свет выключается, я как на стадионе болельщик: пускаю волну руками, привстаю. Я оценил. У ресторана мишленовская звезда — офигеть. Явно до туалетов не дошли даватели звезд.

Позвонили родители, говорят, по ТВ в России прошла инфа, что все рейсы из Британии заморожены до 27 апреля. Но можно попробовать выслать факсом паспорта, билеты, и дома попробуют что-то сделать по своим каналам.

Отксерить и отправить факсом 18 страниц оказалось проблемой. Сканировать тоже. Подумал, что фотография ничем не хуже скана — сфотографировал полукрупно документы. Поехал к знакомым, у которых в гостинице был ноут с вайфаем. Кинули фотки домой по мейлу.

Среда, 21-е апреля. В 6 утра подскочил от пронзительного писка. Будто дельфин в ухо верещал. По очереди цапнул все телефоны, и даже зачем-то фотоаппарат прикладывал к уху спросонья, не понимая, откуда идет звук. Перестав прыгать по номеру, остановился и поднял голову. Звук шел из динамика, у вентиляции.

Выглянул в гостиничный коридор — мимо меня быстро прошла пожилая китайская пара, а за ней сирийка в чадре и отчего-то босая. Они быстро направлялись к пожарной лестнице.

Вернулся в номер, оделся, взял билеты, паспорт, фотоаппарат и пошел за всеми. Так как жил на последнем, восьмом этаже, то терзался опасениями. Лифты не были отключены, но я воспользовался лестницей. С каждым этажом людей на пожарной лестнице становилось больше и больше, дыма и запаха не было. Этаже на втором встали. Люди были, кто в чем. Многие без обуви, только в пижамах. Утро было холодным, многие топтались прямо на асфальте босиком и с тревогой смотрели вверх.

У дверей стояла сотрудница и без остановки говорила: айм сорри, но мы не знаем, что произошло.

Простояв пару минут, пошел за угол, где был вход в гостиницу. Там уже люди, вышедшие из других пожарных выходов, заходили внутрь отеля. Пожал плечами, зашел, поднялся в номер и лег спать. Но уснуть не смог. Включил телевизор: там говорили, что Лондон «распечатали», самолеты полетели. Ура? Стал набирать всех, кого знал наших оставшихся. Попросил забронировать мне билет, стал собираться. Да что там собираться? Подпоясаться.

Норма 23 кг в один чемодан. У меня чемодан 26 кг один на троих. Это мало, кого волновало, одно место должно быть 23 кг, значит, оно и будет столько, и не граммом больше.

Попросили вынуть 3 кг и переложить в ручную кладь. Кладь не взвешивали, что открывает для нашего человека огромные возможности.

При досмотре обувь с каблуками в Хитроу заставляют снимать. В кедах и мокасинах идешь свободно. Футбольный мяч, который купил в Гайд парке у школьников, не поднялась рука выбросить, и стаф секьюрити долго мне объяснял, что мяч может в полете лопнуть от изменения давления. Но как только я согласился расстаться с мячом, он сказал, что шанс настолько мал, что им стоит пренебречь. Зато потом я весь полет сидел и ждал, когда мяч рванет, сенкью вери мач.

В зоне беспошлинной торговли действительно вещи стоят как в городе (минус налог). В Германии было значительно дешевле (например, наушники, которые я купил в Selfridges за 119 фунтов, в порту стоят 108, и приписка на ценнике, что вы экономите аж 30 фунтов, брехня).

На обратной дороге Бритиш Эйрвэйс делали страшные лица, и рассказывали о том, что из-за инцидента с вулканом, служба, отвечающая за поставку еды, не работает. Поэтому на обратной дороге пили, но не ели. Я в порту не успел перекусить, поэтому сидел и пронзительно урчал желудком на весь самолет, глядя с укором на стюардов.

Из самолета вышел и стал целовать грязный домодедовский асфальт.

Хоум, свит хоум! Люблю спать в своей кровати.